Спроси у ветра (СИ)

Олив кивнула.
— Я не знаю были ли вы близки. Ты скучаешь по нему? — перед Фредриком и Олив поставили стаканы и фужер с водой.
— Скорее нет, чем да. — задумчиво проговорил Фредрик, а затем продолжил. — Он умер через сто лет после нашего с тобой воссоединения…
Олив резало слух, когда Фредрик говорил об их воссоединении. Наверное это происходило, потому что в прошлый раз Фредрик так яростно и прилюдно отрекся от нее, от их связи. А сейчас ему так легко давались слова о том, что они пара и все такое.
— И я не сразу понял, что при жизни король не был любящим отцом и примером для подражания. Для этого понадобились годы самокопания и болезненного роста. — грустно усмехнулся Фредрик.
— А что твоя мать? Она так и не вышла замуж? — поинтересовалась Олив.
— Чтобы разделить с кем-то еще свою власть? — рассмеялся Фредрик, но в этом смехе Олив послышалось некая грусть и печаль.
Но Олив не собиралась намеренно менять тему, чтобы облегчить Фредрику задачу. В конце концов она находилась на чужой территории и хотела знать угрожает ли ей что-нибудь. Тем более, раз Фредрик на самом деле хочет, чтобы она осталась, тогда Олив имеет право знать что да как устроено в Глориании. К тому же у нее слишком разболелась голова для того, чтобы лавировать между словами и смыслами во время беседы. Это требовало слишком много энергии, а Олив чувствовала себя уставшей.
Она выжидающе смотрела на него.
— Ты же не собираешься облегчить мне задачу и позволить мне перевести разговор на другую тему, не так ли? — весело спросил Фредрик.
— Не-а.
Он тихо рассмеялся, взял воду и стал разливать в стаканы.
— Как королева справилась с тем, что все золото и драгоценные камни исчезли из замка? — спросила Олив.
— Ей пришлось с этим смириться. — спокойно проговорил он.
Что-то Олив подсказывало, что Ангелия не одну плешь проела Фредрику за это. Олив взяла стакан, ее руки почему-то дрожали, наверное от усталости.
— Когда я осознал, по-настоящему увидел, как живут мои люди… — Фредрик замолчал и покачал головой. Выглядел он при этом сокрушенно. — Когда я в первый раз после «того» бала приехал в ближайший город и увидел, как какие-то грязные дети в оборванной старой одежде попрошайничают на улицах… позже я узнал, что их мать вынуждена работать проституткой, чтобы хоть как-то прокормить себя и их…Я не знаю, Олив. Я тогда и так был на грани после нашего воссоединения и твоего побега, — улыбнулся Фредрик совсем не весёлой улыбкой, — я поехал в город на следующий день, чтобы что-то доказать себе. Что мол это неправда все, что ты наговорила… А когда приехал увидел, что все еще хуже. — Фредрик вздохнул. — В общем со временем, все то золото из дворца было решено использовать для развития городов и улучшения жизни людей. Это было необходимо сделать.
Олив потерла виски.
— Олив, меня и правда беспокоит твое состояние сегодня, — с тревогой в голосе проговорил Фредрик.
— Я плохо спала и чувствую себя уставшей. — честно ответила Олив. — Давай поедим, может мне полегчает после еды.
— Хорошо, Оливка.
Как раз официант принес еду.
— Ммм, очень вкусно. — проурчала Олив, кладя в рот очередной кусок веганской котлеты. — Расскажи мне, как у вас тут с образованием? — просила Олив с набитым ртом.
— О, этим я особенно горжусь. — начал Фредрик запивая еду водой, — С детства дети учатся музыке, рисованию, математике, языкам, логике и другим предметам. Акцент делается на творческом развитии. Когда они становятся старше могут выбирать профиль обучения, который интересует их больше всего. А затем поступают в академии. Для обучения глориан я пригласил преподавать эльфов.
Олив чуть не поперхнулась.
— Серьезно? И они согласились? — удивленно спросило Олив.
— Скажем так, это взаимовыгодный обмен. Я долго их умасливал. Также отдал некогда отвоеванный у них лес и большую территорию со стороны гор. Но оно того стоило, нет никого лучше эльфов по вопросам обучениям различным наукам и знаниями. К тому же они хранители Истины и отличные учителя, как оказалось.
 
— Это впечатляет, Фредрик.
— Благодарю, — казал Фредрик с наклоном головы, как истинный аристократ.
Когда они доели, солнце уже поднялось высоко и стало еще жарче.
— Очень жарко, — проговорила Олив, обмахивая себя руками.
— На сегодня все, наверное. Нам стоит вернуться в замок.
Фредрик думал, что после еды румяный цвет лица вернется к Олив, но ее кожа стала еще бледнее. Он взял ее за руку, и Олив не сопротивлялась.
— Вернемся сюда в другой день, — если ты пожелаешь, конечно. — закончил Фредрик.
Фредрик хотел быстрее дойти до мотоцикла, так как видел, что с Олив происходит что-то неладное.
«Может она заболела чем-то, надо было вызвать лекаря» — Фредрик встревоженно перебирал в голове свои мысли.
— Благодарю тебя за то, что привез в город. Мне понравилось тут. — голос Олив был искренен.
Фредрик угукнул, но на самом деле его пугал тихий и слабый голос Олив. Он подумал о том, что они должны успеть добраться в замок, пока она совсем не ослабла.
Подойдя к мотоциклу Фредрик сам надел шлем на Олив, потом быстро уселся на мотоцикл.
— Оливка, обхвати меня руками посильнее, хорошо?
— Хорошо, — слабо выдохнула она.
Фредрик почувствовал, как Олив обняла его, уткнулась своей головой ему в шею и блаженно выдохнула. В другой раз он бы мог рассмеяться от такой милоты, но не сейчас, когда она заболевает.
  
Глава 13
 
Фредрик мчался что есть мочи, но все же старался аккуратно входить в повороты. Он чувствовал, как слабели руки Олив, обвивавшие его, и молился, чтобы они успели доехать до замка. Когда Фредрик увидел вдали ворота дворца, он облегченно выдохнул и прибавил скорости. Проехав ворота, он просигналил несколько раз, чтобы сообщить слугам о приезде. Когда Фредрик подъехал к лестнице замка, он повернулся к Олив. На ней совсем не было лица.
— Слезай, — приказала он властно.
Олив неуклюже и молча слезла и покачнулась. Фредрик одним ловким движением слез с байка и подскочил к Олив, которая стала уже корениться к полу. Он схватил ее руки и снял шлем. На ее лбу выступила испарина, а кожа стала мертвецки бледная.
— Олив, детка, что с тобой? Тебе плохо?
— Я не знаю, мне болит голова и… не могу дышать. — с этими словами она совсем ослабла и Фредрик подхватил её на руки.
Он быстро понес ее по лестнице вверх, на крыльце показались слуги, которые вышли из замка.
Фредрик шел очень быстро и на ходу прокричал:
— Позовите лекаря, как можно скорее, ей плохо. Слуги бросились в разные стороны.
Фредрик занес Олив в свою комнату. Он снял с нее обувь и уложил в кровать. Олив уже лихорадило и она как будто задыхалась.
— Фредрик…
— Олив, родная, что с тобой происходит? Где тебе болит скажи мне? — он сходил с ума от бессилия.
— Не могу… дышать…
Он был в ужасе и совершенное не понимал что происходит.
— Брас… — еле смогла произнести она.
— Что? — Фредрик очень низко наклонился к Олив, — Родная скажи мне…
— Браслет. Он как будто душит меня.
Первая мысль Фредрика была о том, что вдруг это какая-то уловка Олив, но с другой стороны, ее кожа была такой бледной и мокрой, и ее всю трясло. Он посмотрел на руку с браслетом и увидел ожог на руке под браслетом.
Фредрика как будто что-то ударило по голове. Его предупреждали, что для того, чтобы блокировать силы веракса нужна сильная магия, которая может навредить таким могущественным созданиям, коими являлись все вераксы. Но Олив была непростым вераксом, она была могущественнее многих, обладая даром управлять всеми стихиями и открывать порталы. Должно быть подавление такой огромной силы магическим способом навредило ей.
Олив становилось хуже. И Фредрик перестал сомневаться. Он приложил руку к браслету и проговорил заклинание, которому научил его маг, сделавший этот браслет. Он почувствовал, что браслет будто бы защищается и не хочет отпускать девушку. Фредрик весь похолодел от ужаса. Ему стало по-настоящему страшно. Он еще раз громко и уверенно произнес заклинание и почувствовал, как браслет стал поддаваться. Еще несколько раз проговорив слова, которые были наделены магической силой, Фредрик почувствовал как браслет отщелкнул на руке Олив. Он быстро снял его с нее и дематериализовал его силой мысли. Браслет растворился в воздухе.