Эликсир (СИ)

— Бен, компас вообще исправен?— спрашиваю просто чтобы отвлечься.
— Я и сам последние пару часов задаюсь этим вопросом,— признается он,— чем ближе Роща, тем сложнее до неё добраться. Обычные опознавательные знаки здесь не работают, тот самый пресловутый мох или муравейник. Магнитное поле, судя по всему здесь просто зашкаливает, — опустившись на корточки он задумчиво сгребает землю в кулак,— не место, а находка! Ни полярной звезды.. ни южного креста.
— Прям как в послании «в тринадцатую ночь бледнеют звёзды жемчужным светом сшитые»…
— Лунным,— поправляет меня Бен.
Я резко запрокидываю голову и мне становится не по себе. Небо едва виднеется, а звёзды, что мелькают перед глазами отнюдь не на небосводе, а от внезапно накатившей дурноты.
— Есть у меня пару козырей в рукаве,— заговорщически отвечает Бен. Складывается впечатление, что вся эта ситуация его только забавляет.
Он уверенно заявляет:
— Будем ориентироваться по Луне. Как ты заметила ранее, сегодня тринадцатая Лунная ночь, значит с большей вероятностью там Восток, —указывает на ту часть Луны, которая не скрыта тенью,— Необходимо мысленно разделить диаметр Луны на двенадцать частей, а дальше все то же самое, что и когда светит Солнце…
Пока магистр-лесничий пытается впечатлить меня своими знаниями в голове складываются пазлы. Всеми рецепторами ощущаю, что вот это поросшее зарослями место наша конечная точка. Дальше нас не пустят. И хоть местность не похожа на описываемую в книге легендарную Рощу Титанов, продолжать путь смысла нет.
— В чем смысла нет? — будто прочитав мои мысли спрашивает Бен.
И только я собираюсь поделиться своими догадками, как вдруг лес наполняется цветочным запахом, ярким, приторным, настолько, что сводят скулы. Этот аромат, будто можно пощупать, настолько он осязаем, что отдаётся вибрацией в каждом миллиметре тела.
Бен, что секундой ранее был погружён в вычисления приближается ко мне. Молча. Решительно. Смотрит на меня заворожённым затуманенным взглядом. Я отшатываюсь назад. Он же решительно притягивает к себе за локоть. И только я хочу возмутиться, как его рука спускается на талию.
Становится душно.
Я тяжело сглатываю. В живот тут же вываливаются бабочки, как конфеты из пиньяты. Ни одной мухобойкой не справиться с этим нахлынувшим роем.
И хоть Бен выглядит крайне непрезентабельно. Откровенно говоря, ему бы не помешало сгонять в душ. Впрочем, как и мне. Но о Богиня, кто бы мог подумать, что мужчина измазанный грязью, со слипшимися от влаги и пота волосами может выглядеть так сексуально? Я бесстыдно подаюсь вперед.... (больше по инерции. Честно! ) И вот мои губы в мучительно опасном расстоянии от его. А потом нас сносит такой мощной волной желания, что цунами рядом всего лишь пузырьки джакузи.
— Видит бог я чуть не убил ту практикантку, когда она спутала черемшу с майским ландышем. Поверь, я не имею к отравлению никакого отношения,— шепчет нехотя прерывая поцелуй,— ты мне веришь? — с мольбой заглядывает в глаза.
Я не даю ему закончить. Меня такие чувства внутри обуревают, а он с этими глупыми объяснениями. Я такого никогда в жизни не чувствовала. Глубоко вдохнув очередную порцию сладкого воздуха ко мне грустно приходит осознание, что страсть его вызвана отнюдь не искренними чувствами.
Где-то далеко на задворках памяти листаются смятые желтые страницы книги колдовских трав Старика Кинсли, а потом его голос эхом отдаётся в ушах:
— Аромат диких орхидей самый настоящий афродизиак. Он начинает действовать прежде, чем человек осознает, что это за аромат. Все в природе так искусно обманчиво.
Но откуда он здесь? И разве возможно теперь остановиться когда пылкие поцелуи вызывают такой противоречиво вкусный коктейль чувств?
Но благодаря Адри, которому вероятно тишина показалась угрожающе подозрительной я выхожу из эротического транса. Он выскакивает из сумки с недовольным визгом набрасываясь на нас.
Я быстро высвобождаюсь из рук Бена, отступая назад. Тот резко хватается за голову, словно быть вдали от меня для него становится физически больно и оседает на землю. А Адри ревностно бодает меня явно недовольный картиной, что застал совсем недавно.
 
— Подумать только! Прекрати. Не помню чтобы ты стыдился, когда я поймала тебя на кухне с недовязанным жирафом Стивеном, который остался нам от предыдущего жильца,— я строго угрожаю ему при этом пальцем. Судя по ошалевшей мордочке он хорошо помнит этот инцидент.
— Бен, я думаю это все действие,— тяжёлый стук о землю прерывает меня на полуслове. Оборачиваясь я нахожу мужчину, который безжизненности завалился на бок. И судя по бледному лицу в себя приходить он не собирается....
Минуты летят. От аромата, что проедал легкие не осталось и следа. Тем не менее Бен все ещё без сознания. Ни один из испробованных мною способов не привёл его в чувство. Даже щепотка смеси трав, что я заботливо ношу в бюстгальтере оказалась бессильна.
— Это место проклято, —сама не веря, что такое возможно шепчу я. Теперь одиночество ощущается острее. Ночь глубже. Лес опаснее. Я чувствую, что это место живое, точнее мы разбудили его, нарушив вековой покой и оно нам не радо. Воображение рисует, что из леса выберется косматый старик, что проспал старик представиться духом леса и сотрёт нас в порошок.
Вскоре опасения оправдываются. Адри начинает рычать. Злобно. Остервенело. Кидается на что то перед собой. На тот самый бутон орхидеи, что появился из неоткуда и одурманил нас. Белая дикая орхидея медленно, вальяжно начала распускаться раскидывая свои лепестки по обе стороны. Воздушные корни змейками пустились по земле. По мере ее приближения нам, дыхание Бена становится редким, поверхностным.
Самообладание летит к чертям. Сердце панически бьется о рёбра. Я не знаю, что делать! Одновременно хочу поймать паршивца, чей лай эхом проносится по лесу и спасти Бена. Но ноги перестают слушаться, земля, словно магнитом притягивает меня к себе. Вот она сила земного притяжения в самом ярком ее проявлении!
Я падаю, буквально прирастая к земле. В отчаянии больно бью по ней кулаками зная, что сейчас будет. А произойдёт именно то, что я чаще всего избегаю делать в человеческом мире. Ещё раз обернувшись к Бену и видя, как страдает Адри я принимаю единственное верное решение. Спасаться, пока лес не поглотил нас.
Благо настраиваться на нужный лад долго не пришлось. Сознание под действием адреналина быстро отталкивает скучную городскую Элери. И вот уже Бунтарка, что натворила делов в своё время, медленно протягиваю дрожащие руки к сумке и выуживает оттуда Книгу Теней. Открывает ее на нужной странице, проводит ладонями по древним страницам, пытаясь вобрать всю силу столетий. После чего глубоко кланяется цветку, словно идолу и направляет руки уже вверх, так чтобы лунный свет касался их и монотонно шепчет:
— Почитаем Ту, что призывает ее дочерей сквозь время, во многих местах и многих именах.
Мы, те, кто ведают рождение и смерть, силой природы бессмертие достигаем,
Тебя, Богиня почитаем!
Стоит последнему слову сорваться с губ, как лес наполняется воем десятка женских голосов. Они скандируют слова на древнем языке, будто готовясь к ритуалу, что так тщательно был описан в книге. Внутри все трепещет от восторга.Я, будто ждала этого всю свою жизнь!
Лес буквально на глазах преображается, меняет очертания. Деревья расходятся давая лунному свету проникнуть в каждый уголок. Опушка леса покрывается пушистой зелёным ковром из диких фиалок, что светятся игриво перекликаясь между собой. И вот как завершающий элемент огонь. Он появиляется из неоткуда дрожит застыв в воздухе прямо в середине. Лавируя и покачиваясь, словно в танце он опускается на землю вырастая в большой костёр. От него отбрасываются тени десятка стройных фигур.Фигуры оживают и предстают передо мной во плоти. Девушки-викканки. Грациозные, статные и недосягаемые. Каждая из них, будто часть самой природы в своём первозданном виде. У всех по плечам струятся длинные волосы. Они, словно шёлк переливаются богатым блеском, даже самый дорогой уход в салоне не даст такого результата.