"Библиотечка военных приключений-2". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Техник-лейтенант бросил взгляд на таблицу условных сигналов.
—    
Просят помощи...— проговорил он глухо.— Авария... Но жив ли кто-нибудь из экипажа?.. Гидролокатор Румянцева в случае аварии вклю­чается автоматически и через каждые полчаса посылает сигналы самостоятельно. Оператора может и не быть...
  
8. Будем держаться до последнего
 
У телефона, связывающего лодку с аварий­ным буем, дежурил старшина второй статьи Орешкин. Мигал индикатор прибора, и от этого беспрестанного мигания утомлялись глаза, кло­нило ко сну. Движение из отсека в отсек было запрещено. Тускло светились аварийные лам­почки.
Капитан-лейтенант собрал коммунистов и комсомольцев в центральном посту.
—     
Нужно экономить энергию и воздух,— ска­зал он коротко.— Будем держаться до последне­го... Я не сомневаюсь, что помощь придет. Корма прочно засела в грунте. Оторваться своими си­лами вряд ли удастся: уже сделано все воз­можное.
Новоселов умолк, прислушался. Все тоже на­сторожились: высоко над головой послышался шум гребных винтов.
Все заволновались, заговорили, перебивая друг друга. Значит, помощь пришла. И так бы­стро...
—    
Спокойствие, товарищи!
В центральном посту воцарилось молчание. Вот что-то царапнуло о корпус лодки. Уж не во­долаз ли?!
Потянулись минуты томительного ожидания, невероятного напряжения. По-прежнему мигала белым огоньком лампочка индикатора. Царапа­ющие звуки прекратились.
Почему они там, наверху, не подают никаких сигналов?
—    
Товарищ капитан-лейтенант, индикатор по­гас!
Слова старшины второй статьи Орешкина по­разили всех, как громом. Индикатор погас!..
Затем шум винтов стал удаляться и вскоре совсем затих.
—    
Что же это такое?! — крикнул главный старшина Буняков.— Издеваются над нами, что ли?
—    
Возьмите себя в руки, Буняков! — строго сказал Новоселов.— Нам трудно судить, что про­исходит наверху. Может быть, там свирепствует шторм или еще какие осложнения...
Но в голосе капитан-лейтенанта не было уверенности. Он сам не понимал, что случилось.
Нет сомнения: буйреп оборвался или его обо­рвали. Связи с поверхностью нет. Там сейчас ночь. Может быть, какое-нибудь судно, проходя в этом квадрате, нечаянно задело винтами за буйреп? Но это маловероятно: нужно быть сле­пым, чтобы не заметить проблесков сигнальной лампы.
Капитан-лейтенант задумался. Если бы рядом был капитан третьего ранга Дорофеев! О, тогда все было бы в порядке. Он уж нашел бы выход из положения! Но командира корабля рядом не было, и вся ответственность легла на плечи Но­воселова. Его волей, его собранностью жил сей­час весь экипаж, и Новоселов понимал это. Но только общими усилиями можно спасти лодку... Был подобный случай на другом флоте с дру­гим подводным кораблем. Тоже корма прочно засела в грунте. Но командир не растерялся, приказал банками от сухарей вычерпывать воду из кормовых отсеков и переносить в носовые. Он хотел выровнять корабль. А что если попробо­вать?! Шуточное ли дело, перетаскать десятки тонн воды! И все же это лучше, чем полное без­действие. Люди будут заняты работой, гнетущее состояние исчезнет.
Новоселов поделился своими соображениями с товарищами. Он знал, что любое его приказа­ние будет выполнено беспрекословно, и все же хотел, чтобы каждый высказался, чтобы дейст­вия людей были согласованными. Одного реше­ния мало, нужна поддержка всего экипажа.
И когда его предложение поддержали едино­гласно, Новоселов сказал матросу Черникову:
—    
Все будут переносить воду, а вам пору­чается другая работа. Берите аккордеон. И ни­каких там «на палубу вышел, сознанья уж нет...». Давайте «Катюшу», плясовую, гопака, чардаш, польку. Чтобы мускулы взыграли!
—     
Есть! — коротко ответил Черников,
  
9. Во время шторма
 
Старший матрос Акопян волновался. «Власт­ный» был включен в поисковую группу, и теперь многое зависело от искусства Акопяна. Это он, беспрестанно прослушивая потерпевшую аварию лодку, вел за собой корабли. То, что удастся точно определить место катастрофы, Акопян не сомневался. Тянулись мили за кормой, и звук в телефонах становился все громче и громче. Одно­временно дно прощупывалось эхолотами.
 
Корабли поисковой группы прошли в заданный квадрат. Но разыгрался шторм. Удалось подо­брать аварийный буй с оборванным буйрепом. Где-то здесь, под водой, на грунте лежит лодка!..
На палубе корабля-спасателя водолазы гото­вили к действию снаряжение, камеры, компрес­соры, подводные фонари. Но на крутой волне долго не удавалось точно установить спасатель. Лицо командира спуска старшего лейтенанта Козлова было озабоченно. Удастся ли при такой 
погоде молодым, еще малоопытным водолазам обнаружить лодку? Она где-то здесь, где-то здесь... Ее уже прощупали эхолотами, засекли ее местоположение. Расставили буйки. Через каждые полчаса лодка посылала сигналы бедст­вия, но на запросы с поверхности не отвечала. Глубина не так уж велика — восемьдесят ме­тров. На такие глубины водолаз Зеленцов не раз опускался в обыкновенном мягком вентилируе­мом скафандре. Но то, что под силу Зеленцову, вряд ли окажется под силу остальным. Неужели придется опускать в жестком скафандре? В та­ком скафандре можно погружаться на глубину до двухсот метров. Правда, в таком скафанд­ре— стальной оболочке — водолаз неуклюж, он едва передвигает ноги, движения рук ограни­чены. Да, для начала нужно пустить старшего матроса Зеленцова... Трудно, очень трудно бу­дет работать на такой глубине в обычном трех- болтовом скафандре. Но Зеленцов — человек исключительной физической выносливости. Он, как и все на корабле, увлекается легководолаз­ным спортом. С одной дыхательной трубкой без кислородных баллонов может пробыть под водой несколько минут. Готовясь к нырянию на боль­шую глубину, он всегда «продувает уши», есть у него и другие «секреты» подводного спорта. Зеленцов — завзятый подводный охотник; Он даже смастерил себе ружье с гарпун-линем. Это ружье бьет до шести метров. Он знает места, где любит кормиться и отдыхать рыба, знает ее повадки. Оказывается, бить рыбу нужно сбоку и с упреждением.
Свет прожекторов освещает взрыхленную по­верхность моря. В этом свете стальные фермы — арки корабля кажутся неестественно высокими.
—    
Пойдете вы! — сказал старший лейтенант Зеленцову. Уже до этого Зеленцов догадывался, что первым пойдет он, а потому приказ коман­дира спуска встретил спокойно. Его не страшила это бурное море. Вода она и есть вода... До при­хода на флот Зеленцов был шахтером. Однажды шахту затопило. На помощь пришли водолазы и спасли оборудование. С тех пор Зеленцов меч­тал стать водолазом, и теперь его мечта осуще­ствилась.
Зеленцов был водолазом-гигантом. Смешно было наблюдать, когда его снаряжали под воду.
Вот старшина подал команду «Одеть водо­лаза». Зеленцов уселся на банку, взял рубаху и просунул в нее ноги, встал — и около него засуе­тились малорослые матросы Дымов и Макушкин. Они хватают тяжелые калоши и подтяги­вают их к ногам Зеленцова. Труднее надеть че­рез голову водолаза манишку: Зеленцову прихо­дится нагибаться. Вот манишка надета, закреп­лен сигнальный конец.
—    
Водолаз, на трап!
Дымов и Макушкин подводят Зеленцова к трапу. Ведет на сигнале, словно на поводке, ма­трос Макушкин.
Уже на трапе на водолаза надевают шлем, грузы.
Водолаз ушел под воду. Прошло несколько на­пряженных минут. Непрерывно от компрессора подавали воздух. Зеленцов сообщил, что он на грунте и чувствует себя хорошо. Прошло еще десять минут, и послышался встревоженный го­лос из глубины:
—    
Лодку обнаружить не удалось... Но я вижу кое-что...
  
10. Погоня под водой
 
На борту «Кассиопеи» поднялся переполох.