То, чего мы никогда не забывали (ЛП)

— Тебе надо научиться выбирать мужиков получше, — пожаловалась я, заталкивая в лифчик скомканную туалетную бумагу.
Она пожала плечами.
— Он не так уж плох, когда не пьяный.
— Йоу! Дамы! Тащите сюда свои задницы. Я готов кого-нибудь пристрелить.
— Прямо-таки мужчина мечты, — пробормотала я.
— Постарайся не говорить так, будто у тебя кол в заднице, — прошипела Тина, толкая меня к двери.
  
— А ты постарайся не говорить так, будто закончила школу не благодаря списыванию.
Мы вернулись в Логово Холостяка, и я с облегчением увидела, что Уэйлей по-прежнему жива и настроена воинственно. Уэйлон сидел рядом с ней как охранник. Его хвост застучал по полу при виде меня, и я забеспокоилась, что Дункан заметит.
К счастью, он слишком увлёкся видеоигрой, которая, видимо, включала в себя стрельбу по скудно одетым женщинам.
— Ха! Соси мой ствол, сука!
Тина прочистила горло и посмотрела на Уэйлей.
— Я тут читала статью про уничтожение тропических лесов.
Глаза Уэйлей выпучились над изолентой, заклеивавшей её рот. Я кивнула ей, затем слегка наклонила голову в сторону её матери. Она дважды мигнула. Тина пихнула меня локтем.
— Ой. В смысле, хватит болтать про всякое дерьмо и иди сядь вон там... возле моего ребёнка, — сказала я, перекинув волосы через плечо и показывая в сторону Уэйлей.
— Уэйлей, мой сладкий медовый пирожочек, ты в порядке? Мне так жаль, что всё это происходит. Это всё моя вина, наверное, потому что я слишком чванливая и веду себя так, будто я лучше всех, — пропела Тина, плюхнувшись на драную оттоманку рядом со своей дочкой. Она широко расставила колени, и я могла заглянуть прямо под свою... кхм, её... юбку.
Уэйлей закатила глаза.
Я услышала, как Дункан поднялся на ноги. Затем меня застал врасплох жгучий шлепок по заднице.
— Сегодня эта жопка отлично смотрится в этих джинсах, Тин, — сказал он, после чего залпом допил пиво, швырнул банку через плечо и звучно рыгнул.
— У меня лучший вкус в мужчинах, — сказала я, сердито глядя на Тину.
— Хе. У твоей сестры такие же стринги, как у тебя, — сказал Дункан, показывая на обнажившийся пах Тины. — Вы реально близняшки.
Этот мужик был идиотом. К сожалению, он был идиотом с пистолетом. А у меня не осталось лучших вариантов, чем план Тины.
— Ти... типа, Наоми и я поговорили, — начала я.
— Она же там не размазала везде свои месячные, нет?
Я заскрежетала зубами.
— Нет. Никаких новых телесных выделений на полу и стенах не прибавилось.
Тина выразительно откашлялась. Бедный Уэйлон смотрел то на меня, то на нее, будто пытался сообразить, что происходит.
— Так вот, мы с твоей тётей, которая тебя очень любит, поговорили, Уэйлей. Мы решили, что ты можешь спокойно сказать Дункану, где спрятала флэшку, — сказала я.
— Ага. Ты можешь мне сказать, ребёнок. Я пи**ец какой надёжный, — сказал Дункан, видимо забыв, что считанные минуты назад он угрожал жизням её матери и тёти.
— Просто скажи ему, куда ты её затаила, и он пошлёт за ней своих людей, — сказала Тина, выразительно делая акценты.
И это было определённо неверное использование слова «затаила».
Дункан поддел меня локтем.
— Иди сними изоленту с её рта.
Я подошла к Уэйлей и наклонилась.
— Это я, Наоми, — прошептала я.
Она свела глаза к носу, словно показывая «да ежу же понятно». Уэйлон встал и лизнул мою лодыжку.
— О, теперь ты ему нравишься, — сказал Дункан. — Собаки непостоянные как и сучки. Час назад он не переставал рычать на тебя, а теперь хочет трахнуть твою ногу.
Я отлепила уголок изоленты.
— Извини, милая, — прошептала я и сдёрнула изоленту.
— Да е*аный ж ты на*уй, больно же! — заорала Уэйлей.
Внезапно я всем сердцем ужасно заскучала по Ноксу.
— Скажи мне, где флэшка, ребёнок, — потребовал Дункан. Краем глаза я заметила пистолет, когда он приблизился к нам.
Уэйлей сделала что-то вроде героического вдоха.
— Я спрятала её в библиотеке в Нокемауте. Приклеила снизу полки в секции исторической литературы.
Умная, умная девочка. Если Дункан пошлёт своих парней в библиотеку, они по факту будут вламываться в полицейский участок.
— Спасибо, что сказала нам. Я очень горжусь твоей честностью и совестливостью, — сказала Тина, видимо, изображая меня. Прозвучало это как будто с британским акцентом.
— Наверное, тебе лучше забрать её сейчас, пока библиотека закрыта, — сказала я Дункану.
— Ага, может быть, — сказал он, но при этом уставился на Тину, и его глаза казались задумчивыми.
— Наверное, я за курочкой, — сказала я, потихоньку направляясь к двери.
— Не так быстро.
Я почувствовала холодный металл у основания своей шеи и застыла. План Тины — официально отстой.
Уэйлон низко зарычал. И это тоже заставило меня скучать по Ноксу. Даже если этот мужчина меня не любил, я знала, что он бы без колебаний превратил лицо Дункана в абстрактное месиво.
— Всю мою жизнь все меня недооценивали, — буднично сказал Дункан. — Называли идиотом. Говорили, что я тупой и дурной. Так что я подыгрывал. Играл роль идиота. Люди не следят за языком в присутствии идиота. И они не так сильно стараются скрыть, что они делают, Наоми.
Чёрт.
— Идиотки здесь — вы двое. Вы реально думали, что я поведусь на этот старый фокус? — он фыркнул.
— Как ты догадался? — спросила я, чтобы потянуть время.
— У тебя сиськи не кривые.
— Ты хотел сказать, у Тины не кривые.
— Нет, дебилка. У Тины кривые. А у тебя нет. И кто теперь идиотка? — он сказал это, жестикулируя пистолетом.
Раз дуло не было наведено на меня, я повернулась к нему лицом.
Тина лихорадочно пыталась развязать путы Уэйлей.
«Коленом. По яйцам. По носу».
Инструкции Нокса всплыли в моей голове так же ясно, как если бы он стоял рядом.
— Ты мне нравилась, Тина. Реально бл*дь нравилась, а теперь мне придётся тебя грохнуть. Как думаешь, что я чувствую? — он поднял пистолет, и где-то в глубине души я знала, что в этот раз он намеревался им воспользоваться.
Тина сверлила меня взглядом. И впервые в жизни я могла прочесть её мысли.
— Эй, Дункан? — позвала я.
Как только он перевёл взгляд на меня, все развивалось будто в замедленном режиме. Тина пихнула кресло Уэйлей, отталкивая её с траектории выстрела, а сама метнулась в противоположную сторону, к коробке пиццы.
— Вот тебе! — я схватила его за плечи и заехала коленом в пах. Пистолет выстрелил, когда он согнулся пополам.
В моих ушах звенело. Но я до сих пор мысленно слышала голос Нокса.
«По носу».
Всё ещё держась за его плечи, я снова задрала колено и на сей раз заехала ему по лицу.
Я не расслышала, был ли хруст, но судя по тому, как этот тип рухнул на пол, я всё сделала правильно.
Мне показалось, будто сквозь звон в ушах я расслышала другие выстрелы. Но они как будто раздавались вдалеке. И ещё сирены.
Я оставила Дункана валяться и побежала к Уэйлей. Развернув её стул, я испытала неимоверное облегчение, увидев, что она невредима.
— Ты в порядке? — спросила я, дрожащими пальцами начиная её развязывать.
— Это было офигенно, тетя Наоми! — выдала она.
— Ты тупой кусок дерьма! — Тина держала Дункана на прицеле, пока тот поднимался на четвереньки. — Ты собирался пристрелить мою дочь, мою сестру и меня?
— Мам, копы здесь, — крикнула Уэйлей, когда я наконец-то освободила её запястья.
Тина пнула Дункана в живот.
— Повезло тебе, что у меня нет времени тебя пристрелить, — затем она отвернулась от него. — Держи, — сказала она, вручив мне пистолет.
Я взяла его, держа в вытянутой руке, и молилась, чтоб не выстрелил.
— Ты же не собираешься сбежать, нет? — спросила я.
  
Надо признаться, вопрос был идиотским.
Естественно, моя сестра сбегала. Именно так она поступала после того, как учиняла очередной бардак.
Тина схватила с пола грязную чёрную спортивную сумку и затолкала туда несколько пачек банкнот. Затем бросила сверху остатки пиццы, оставив тот кусок, в котором виднелась дырка от пули.