Касэлона. Особенный рейс (СИ)

— За дурака меня держите? — вспылил Кас. — Назовите ключевое слово и уберите ее с горизонта!
— Боюсь вас разочаровать, но Сана — человек. Не самый хороший, впрочем, и все же…
— Даже вы в это не верите!
— Не верю, — вздохнул Райс. — А остальной мир верит. Смиритесь.
— Тебе можно сомневаться, капитан, — уверил динамик.
Захватчик долгим взглядом смерил помигивавшую в коридоре камеру, обзор которой включал и открытую каюту.
— Почему? — спросил, небрежно вертя пистолет.
— Потому что он хам, — теперь звучал не стандартный голос компьютера, а сама Сана. — И упрям, как осел. Когда что-то втемяшит себе в голову, переубедить его нереально. Долго еще будете перемывать мне кости? Предлагаю вернуться к трупам. Их у вас четыре, причем если первые два убийства слишком неправдоподобны даже для Оникса и его забавной системы правосудия, то третье записано на камеру видеонаблюдения, а четвертое похоже на непредумышленное. Но убивать вы умеете, не спорю. Из этого сле…
— Отключите звук, — жестко приказал Кас.
Сэм не нашел внушительную причину, чтобы возразить, и стало тихо-тихо, лишь тяжелое дыхание Аристэя нарушало иллюзию покоя.
— Ну? — настаивал Даниал.
— Есть одна проблема. Я ее решить не могу. Сумеете — честь вам и хвала. И Оникс-12.
— Какая?
«Я ничего не теряю», — подумал Райс. Да и другого выхода нет. Надо тянуть время.
— Нас взломали, заблокировали автопилот. Вот этим. — Сэм положил планшет на пол и подтолкнул к противнику. — Есть желание — разбирайтесь. Когда все решите, обсудим смену курса.
Кас, позыркивая на заложников, поднял планшет и потянулся к компьютеру. Остановился, искоса глянул на настенный монитор…
— Система расценит мои действия как взлом? — спросил с подозрением.
«Очень на это надеюсь», — но Сэм лицемерно приказал:
— «Зара», не бей Даниала Каса парализатором. Кстати, если боитесь, станьте на середину комнаты и воспользуйтесь беспроводной связью.
— А тот, кто вас взломал, пользовался чем? — Захватчик смотрел на собеседника и не видел, как Леви украдкой ткнула пальцем в кнопку включения на боковой панели планшета.
Вспыхнувший экран привлек его внимание.
— Что за?.. — Кас коснулся сенсора. — Какой еще «Темный властелин сети»? Вы подсунули мне игры?! А-ах-х-х…
«Вообще-то дурацкую программу-«трехсекундку», но называй ее как хочешь, только отвлекись», — Райс надеялся поймать удобный момент для атаки.
В планшете что-то щелкнуло, и Даниал Кас упал навзничь без признаков жизни.
  
Глава 17. Страх придает сил. И спасает
 
Из неопубликованного романа Котэ Рины
— Ну что, дружище, ты у нас самый стойкий, да? До сих пор держишься в Центре?
Илиас Метт согласно кивнул и улыбнулся такой обаятельной улыбкой, что я едва не позабыла: он — один из моих основных подозреваемых в убийстве.
Разумеется, его внимание предназначалось не мне — как и прежде, я была сама по себе и не имела ни мужества, ни отчаяния с кем-нибудь «заговорить». Метт любезничал со своей партнершей — милой алианкой Келлин, с которой он познакомился минут десять тому назад и которую намеревался затащить в номер отеля меньше чем через полчаса.
— И ради этого я выбралась в город? — жаль, что уязвить их не получилось бы при всем желании.
Быстрый флирт с незнакомкой не относился к событиям, на которые я рассчитывала, подсмотрев одно из сообщений профессора.
«Спаси, умираю», — гласило оно.
Мне показалось, дело серьезное и (ну а вдруг?) связано с остальными происшествиями.
Ага, держи карман шире!
Писал какой-то родственник-забулдыга, требуя внимания, любви и заботы. Метт вызвал ему скорую, себе — таксофлаер. Я заинтересовалась, присоединилась и попала на самый настоящий светский прием, родственничку же отправилось пожелание не сдохнуть и приказ в следующий раз беспокоить кого-то другого.
Илиас мигом присмотрел себе сговорчивую алианку, мне же пришлось смириться с несправедливостью мироустройства и приготовиться к бесконечной скуке.
В номер они ушли раньше, чем я предполагала. То ли обаяние Метта действовало на людей сильнее, чем на призраков, то ли дамочка и сама подыскивала себе развлечение, сказать не могу.
 
В любом случае сопровождать их я не собиралась. Внизу, среди причудливо разряженных гостей, тоже было неплохо. Музыка напоминала классическую, в разговорах порой всплывали имена и события, которые я знала из новостей, алианские розовые рыбки, плававшие в декоративном фонтане, донельзя забавно шевелили хвостиками и мерцали люминесцентными чешуйками.
Правда, меня беспокоил тот факт, что без Илиаса вернуться в Исследовательский центр будет затруднительно. Я примерно знала, где он находится, и при желании могла бы сориентироваться с транспортом, однако не в моих правилах усложнять себе жизнь.
Давняя вылазка в пустыню, когда я впервые за два года то ли плена, то ли «работы» увидела небо (инопланетное, но меня это не волновало) и на радостях пробродила в одиночестве пару недель, преподала мне неплохой урок. Заблудиться легко, особенно призраку. Дорогу не спросишь ни у вездесущих ящериц, ни у полицейских. На карте не глянешь. Компас не откроешь.
Нет уж, сегодня я точно не планировала заниматься ориентированием!
«Поторопись, дружок», — послала Метту мысленный приказ и устроилась на высоком табурете в углу, откуда хорошо просматривался лифт.
Минуты бежали. Музыка стала веселее, официанты с шампанским зачастили мимо меня, смех миловидных состоятельных дамочек заглушал чопорные беседы их надменных кавалеров.
На миг показалось, что никакого Оникса не существует. Я дома. Это всего лишь костюмированная вечеринка или сьемки исторического фильма. Одежда мужчин почти не отличалась от той, которую носили герои кинолент начала двадцатого века. Наряды женщин были намного разнообразнее, однако никого не удивили бы в моей студенческой современности.
Забавно, однако на этом приеме даже еда соответствовала земным обычаям. Вернее, я бы назвала угощения скудными, но на привыкшем к кормосмесям Ониксе они наверняка считались невиданной роскошью.
Потом гам утих, потому что подъехала какая-то местная шишка. Этот мужчина с тонкими усиками и маленькими злыми глазками в новостях не светился, поэтому я понятия не имела, кто он. Проводила взглядом без особого внимания, да и забыла о его существовании.
Но именно опоздавший чиновник заставил меня усомниться в том, что дело Лилианы Эвгении и четверых ее мужчин похоронено навеки.
Он привез творог. Грамм сто, не больше, однако все сгрудились вокруг стеклянного контейнера и принялись охать и ахать, как полоумные.
— Эй, а в чем прикол? — Я злилась, когда чего-то не понимала. — Вы зажиточные люди. Может, каждый день деликатесов и не едите, но уж точно на ваших столах бывает творог!
Объяснения последовали через несколько минут, и звучали они не столько невероятно, сколько безумно.
Во-первых, этот прием организовал губернатор Оникса-2 в честь доблестных ученых из Исследовательского центра, которые трудились дни и ночи напролет, и совершили прорыв в науке.
Во-вторых, под руководством некоего Зик Ли, гениального уроженца Алиана, загадочная хроноБК-лаборатория заработала снова.
В-третьих, программа по терраформации Оникса-10 начнется в следующем году и будет проходить в несколько этапов. После их завершения ледяная планета не просто станет пригодной для жизни и ведения хозяйства — из нее сделают копию Земли с ее уникальным животным и растительным миром, причем Земли настоящей, а не той туристической конфетки, в которую она превратилась.
 
В-четвертых, Илиас Метт отправляется в командировку на Алиан, чтобы перенять их методы информационной пропаганды и рекламы.
И, в-пятых, творог, собравший столько восторгов, получен от потомка коровы из хроноБК-лаборатории, что доказывает жизнеспособность особи и является вестником новой эпохи.
«…Из хроноБК-лаборатории?» — услышав это, я не могла думать ни о чем другом. Я ведь тоже появилась в этой самой лаборатории. То есть пример четвероногой животины показывал, что и некое двуногое создание по имени Екатерина и по профессии ветеринар — «жизнеспособная особь»?