Оглянись в темноте (СИ)
— Все сделаю, господин майор.
Вот пожалуйста, немного смекалки и уже продемонстрировал свою полезность. А то военные фонари, только и могут что под ноги светить, а если ветер, то бывает, что гаснут, хоть и прикрыты стеклянным колпаком, такая вот конструкция…
Движения во тьме
В крепости очень мало комнат с окнами, и еще меньше ярко освещенных помещений. Набор обязанностей небольшой горстки солдат всегда одинаковый. Пятеро дежурных по хозяйству: вода, дрова, кухня. Пятеро в карауле. Пятеро отдыхают, сюда же входит стирка личных вещей, уборка помещений, приведение себя и вооружения в порядок. И пятеро дежурных. Над всем этим пять офицеров. Комендант, два его зама, боевой маг и интендант. Вот и весь гарнизон. Спиртное строго запрещено, азартные игры запрещены; ссоры, драки и дуэли — под строжайшим запретом. Новый кузнец в поселке, оказался хоть и заносчивым, но дело свое знал, да и работал проворней, не в пример старику со слепым подмастерьем. Мне, из поселка, по большей части, несли оружие на заточку, да доспехи на ремонт, но мне и в крепости работы хватало выше крыши. Благодаря тем прожекторам, что я сделал, ночные нападения мелких гадов оставались без последствий. Эти монстры, они примерно, как я, тоже очень хорошо ориентируются в темноте. Но вот при ярком освещении, на которое майор не жалел ни масла, ни спирта, становились легкой добычей уже для солдат, которые быстро сообразили, как их обездвиживать, а потом и убивать. Потом звали меня, и я подробно показывал, а потом и рассказывал, как разделать, на какие жидкости и внутренние органы обращать внимание. С тем инструментом, что мне достался в наследство от старика, это получалось очень быстро. Что интересно, Ная тоже пристрастилась к разделке местных тварей, мало того, она строила глазки боевому магу, который с огромным интересом наблюдал за моей работой, а еще и тщательно зарисовывал анатомию монстров, снабжая свои рисунки подробными описаниями. Вот и сестренка выклянчила у него себе немного бумаги и брала у него уроки рисования. Пусть кокетничает с ним. Она ему уже все уши прожужжала о том, что хочет в магическую академию, а он и рад стараться, рассказывает ей все, что помнит, да еще и стал обучать работать с внутренней энергией, буквально давая ей азы всего того, чему ее станут обучать на первом курсе.
После разделки монстра, возникает резонный вопрос, куда девать хитин. Своя мастерская есть, сдавать монстра в гильдию не обязательно, ведь его не наемники поймали, а солдаты. Негласно было решено, что секретарь получает сорок процентов выплавленного магического металла, все офицеры получают пятьдесят, а я десять. Это серьезное правонарушение по законам империи, но закон тут, это как раз сам комендант. А так, все остаются с прибытком. Ведь закон распространяется только на слитки металла, и никак не регулирует оборот изделий из него. Вот, к примеру, та самая заколка в волосах у Наи, с которой та никогда не расстается. Совершенно законное изделие, которое можно легально, не таясь, продать и очень дорого. А вот попробуй продать слиток, тут же бдительные граждане донесут куда следует, и за тобой придут, дабы сопроводить на бесплатные работы в пользу государства. Вот я и переплавляю хитины в слитки, а уже из слитков делаю пряжки, кинжалы, подвески, заколки, брошки, браслеты. Тут не очень важна сама безделушка, хоть я и очень стараюсь придать любому изделию очень приличный вид, а сам материал. Свои слитки я откладываю отдельно, пока не знаю, что с ними буду делать, но пусть лежат в укромном месте.
Ближе к осени, светать стало намного позже, поэтому я решил, что никому не помешаю если буду выходить на общую тренировочную площадку, упражняться со своим деревянным мечом и посохом. Две декады мне удавалось это делать незаметно, потому что у гарнизона просто не хватало людей осматривать все части крепости. Но однажды я все же попался.
Я как раз отрабатывал подсмотренный еще давно прием, когда на площадке появился сам комендант. Видимо ему кто-то доложил о моей самодеятельности. Заметив его появление, я остановился и замер в ожидании вслушиваясь в утреннюю тишину. Уже светало, и я прикрыл глаза повязкой, роль слепого уже давно давалась мне настолько легко и естественно, что никто даже не подозревал, что в действительности я все прекрасно вижу, пусть днем и не очень четко.
— Неужели даже с такого расстояния услышал? — удивился майор, выходя из арки внутренних ворот.
— Запах почувствовал — ответил я совершенно спокойно, — господин майор.
— Вот значит, как, запах. В следующий раз учту. Кстати, это упражнение, которое ты выполняешь: во-первых — неправильно ставишь опорную ногу, а во-вторых — у самого упражнения есть продолжение, все должно идти в связке. Единственное, чего не могу понять, зачем тебе это. Орфорд мне конечно рассказывал, что ты себя в обиду не даешь, но меч это не шило. Против снаряженного воина удар мечом требует точности. В твоем случае логичней применять посох.
— На узких улицах, где обычно поджидают неприятности, с посохом не развернешься, а с шилом не удержать дистанцию. Меч самое оптимальное.
— Не лишено логики, особенно для вашего брата, наемника. Действительно, — согласился Саон, — не на дуэлях же тебе биться.
Майор достал свой меч, не вынимая из ножен, закрепил ремнем на рукоятке и встал в боевую стойку.
— Давай посмотрим, насколько это реально.
Тот деревянный меч, что я для себя сделал, был достаточно легким. Намного легче чем обычное вооружение. Размышляя на тему какой бы меч подошел мне больше всего и не выделялся бы среди прочих, я решил, что мне придется делать упор на скорость и ловкость. А значит тонкий меч с хорошей проникающей способностью, шпага или цзянь. Приемами владения этими видами оружия, я не обучался никогда, но надеялся, что смогу приспособить местную школу боя к этому типу оружия. Имперцы, как и многие в этих землях использовали мечи с односторонней заточкой и толстым обухом, в разных вариантах. Но мне такой не годился.
Майор сам сделал первый выпад, который я отбил плоскостью о плоскость и попробовал уколоть встречно, но майора там уже не было. Я нарочно закрыл глаза, чтобы полностью оказаться в роли. За все время пока притворялся слепым, я неплохо научился слушать и ощущать, порой самые незначительные нюансы. Но майор никогда не сталкивался с настолько беспомощным, и в то же время особенным противником. Ведь он даже не замечает насколько много звуков он издает, и что я прекрасно их слышу, вплоть до шелеста складок ткани, когда он сгибает руку.
Еще выпад. Опять ловлю на плоскость, но в этот раз тянусь за клинком, но тут же упускаю и получаю удар в плечо. Не сильно, но ощутимо. В моем арсенале только несколько движений, которые я успел подсмотреть и немного отработать. Опытному вояке, аристократу — я не соперник, будь хоть трижды зрячий. Но этот же майор — слепой котенок, случись нам встретиться ночью. Одно движение острым как бритва кончиком и, он бы уже корчился на песке с перерезанным горлом.
Мне удалось отбить еще три удара, а потом майор поднял темп, и я уже не вытягивал. Получив несколько болезненных ударов, по разным частям тела, я думал, что сейчас выслушаю от вояки лекцию на тему: почему мне нельзя больше прикасаться к оружию, но вместо этого майор сказал:
— Было даже интересно. Будь ты чуточку быстрей, я бы уже не был так беспечен. Именно скорость должна стать твоим коньком. Ты позволишь мне с тобой позаниматься? Мне действительно это нужно, такой опыт нельзя игнорировать.
Каким балбесом надо быть, чтобы отказаться от добровольной помощи в таком деле. Да еще от опытного военного и аристократа. И ведь это не уроки владения кинжалом от бугая Сома. Он мне показывал, как прятать оружие, как наносить коварные удары исподтишка. Да приемчики примитивные, но и их требовалось отрабатывать, что я и делал, вот только для этого достаточно и комнаты, а не тренировочной площадки.
Договорились, что он будет консультировать меня два раза в неделю, перед вечерним разводом. Будет давать мне комплекс упражнений, который позволит мне наработать навык скоростных выпадов и обманных движений. Он сам признался, что это будет каша из разных стилей, но ему самому интересно, что из этого получится.