Мастер Рун. Книга 11 (СИ)

Голем среагировал на мое движение молниеносно. Каменные щитки на предплечье сдвинулись, закрывая грудь, и пошел на меня, ускоряясь с каждым шагом. Он был гораздо быстрее, чем первый, и я едва успел уйти в сторону, когда правая рука твари с когтями прочертила воздух в том месте, где еще секунду назад была моя голова.
Левой перчаткой я открыл ладонь и тут же ударил током в стык пластин на правом плече. Ток ударил на половину мощности одного накопителя, и голем дернулся всем телом. Рунные линии на его корпусе замерцали. Сбой в его системах случился буквально на долю секунды. Я воспользовался этой паузой и ударил копьем в колено, вложив оставшуюся мощь накопителя.
  
Камень тут же лопнул, сустав хрустнул, и нога буквально разлетелась. Голем не устоял на одной ноге и рухнул на пол, но при этом, падая, он попытался меня достать, и у него бы это получилось, не предвидь я это заранее. Я удачно отпрыгнул назад, отмечая, как когти проносятся буквально в миллиметрах от моего доспеха.
Доспех, конечно, бы выдержал, но сам факт, что эта тварь меня чуть не достала, заставил пересмотреть подход. Всё-таки скорость каменной куклы была сопоставима с моей. Это было неприятное открытие.
Голем тем временем всё ещё пытался подняться на одной сломанной ноге. И при этом я почувствовал щупом, как конструкт переправляет этер к месту повреждения. Судя по всему, он пытался сам себя чинить. Может быть, это было медленно и неэффективно, особенно в бою, но сам факт говорил об одном, значит, они могут самовосстанавливаться. Интересно, от отращивает камень, берёт его из окружающей породы, или как? Или как в старом, виденном мною фильме, собирается по кусочкам из своих же осколков. Мне бы таких бойцов сотню, другую, я бы показал, как ими воевать.
Добивать я его не стал, он был практически безопасен. Вместо этого вернулся ко второму голему. А там мой отряд уже заканчивал. Они отработали грамотно и достаточно быстро. Первым же ударом остановили голема, перебили ему ноги, уже практически по классике, и затем, собственно, уничтожили его полностью. Ну, совсем идеально всё не прошло.
Один парень из деревни Горбуна получил ударом каменным кулаком в щит. Щит выдержал, как и доспех, а вот плечо за щитом — нет. Хорошо, что не перелом, но вывих. Собственно, это была единственная атака голема, на которую его хватило и за которую он тут же и расплатился. Я приказал Рену добить второго, валяющегося и пытающегося подняться, и его также быстро обездвижили и забили.
— Какие ещё варианты големов есть? — спросил я у Гарды, поднимаясь и забирая оба ядра, которые мне передали мои бойцы.
— Всего три варианта, но третий самый медленный и самый бронированный. — Ответила та, с отчётливо читающимся лёгким шоком в голосе. — Это очень необычно видеть, как быстро расправляются с нашими древними врагами.
— То ли еще будет, — сказал я, и неожиданно у меня возникло нехорошее предчувствие. — Гарда, выводи нас отсюда, мне не нравится здесь. Тихо!
Я прервал ликование бойцов, впервые победивших своих извечных врагов, и когда установилась тишина, прислушался к ней. Что-то нехорошее творилось вокруг.
Несмотря на то, что задача этерного щупа была в том, что он позволял более точно работать с локальным воздействием этера и рунными структурами, а также очень хорошо чувствовал все вибрации этера, которые происходят рядом со мной. И усиление навыка говорило мне о том, что эти самые насыщенные этером рунные структуры, буквально отправляющие мне сигналы о своём приближении, стремительно появляются вокруг меня причем в множественном числе.
— Уходим, — решил я. — Гарда, уводи нас отсюда, теперь точно. Рен, парни, собираемся и валим.
— Тогда пойдём по другому пути. Есть параллельный канал, буквально двести шагов назад и влево, за небольшим обвалом. Он узкий, и они там не пролезут.
Бойцы перестроились быстро, надо отдать им должное. Только что радовались, теперь молча встали плечом к плечу и выставили копья. И так получилось, что я остался в центре, рядом с Гардой.
Далеко отойти мы не успели. Первыми из левого прохода показались трое дозорных, такие же, как тот, которого мы убили в самом начале. Они шли чуть быстрее обычного патрульного шага, и я понял, что их гнал сигнал мертвого собрата.
За ними следом вышло еще четверо. Двое были знакомой модели с каменными щитками, а вот двое других заставили выругаться сквозь зубы. Приземистые, широкие и хорошо бронированные дополнительными пластинами големы, только с виду казались неуклюжими поделками сумасшедшего кукольника.
А судя по длинным рукам, заканчивающимися огромными с человеческую голову набалдашниками, в атаке они были очень серьезным противником, нас спасала только длина копий. Вот только что они медленнее чем другие, я бы не сказал. Перешли в режим тревоги?
— Бегом! — приказал я и мы дружно сорвались за проводником, не собираясь участвовать в драке с таким количеством врагов, а там уже виднелись тени других, подходящих к месту боя собратьев убитых нами слуг Стража.
Бежали мы недолго, по прямому коридору, потом Гарда свернула налево, и я увидел тот самый обвал, про который она говорила. Груда каменных блоков перегораживала проход наполовину, оставляя довольно узкую щель у самой стены, в которую мог протиснуться один человек. И то, многим пришлось лезть бочком.
Гарда уже лезла первой, и я пропустил вперед бойцов, считая головы. Они протискивались быстро, сбрасывая щиты и протаскивая следом за собой. Копья передавали из рук в руки, чтобы не застревали.
Щуп показывал мне, что за спиной, в коридоре, который мы только что покинули, рунные сигнатуры сильно множились. Их там было уже несколько десятков, но они шли быстро, скоординировано перекрывая коридор по всей ширине. Я считал и понимал, что дело пахнет жареным.
Рен стоял рядом со мной и ждал, когда пройдут все.
— Лезь, — сказал я ему.
— Мастер, я пойду последним.
— Рен, лезь, я прикрою, даже не спорь со мной.
Он не стал спорить, полез. А я остался, поворачиваясь лицом к коридору, освещая его насколько давала сила фонаря, и смотрел, как из темноты выходят каменные фигуры, одна за другой, заполняя всё пространство передо мной. Первый дозорный уже был в десятке шагов от меня, когда я развернулся и полез в щель.
Но обошлось. Драться не пришлось, они просто не поместились в узкий лаз и остались угрожающе стоять у прохода.
Дуб с Реном, тут же подхватили ближайший обломок побольше и попытались завалить его окончательно.
— Не тратьте время, — остановил я их. — Они через этот завал не пролезут, а если начнут разбирать, мы услышим. Гарда, дальше куда? Веди.
— Прямо, а потом наверх. Здесь вторая лестница, она ведет на первый ярус, а оттуда до дренажного канала минут сорок ходу.
Мы двинулись. Узкий коридор за обвалом оказался техническим тоннелем, достаточно низким, с огромными трубами вдоль стен, покрытыми коростами из окаменевшей грязи. Идти приходилось гуськом, и Дуб снова матерился, задевая потолок макушкой. Но здесь было повыше, чем в прошлом коридоре.
Фонари давали ровный свет, но смотреть здесь было не на что. Стены были другие. Это не мозаика жилых кварталов, а голый камень. Чисто функциональный коридор, с возможностью добраться и починить в любой момент. Если прикинуть на сколько тут такие коридоры тянутся, то размеры просто впечатляли.
Довольно быстро туннель вывел нас к лестнице, широкие ступени которой явно были рассчитаны не на людей, а на что-то покрупнее. Гарда остановилась у первой ступени и прислушалась.
— Обычно здесь тихо, — сказала она, — патрули ходят выше, по основным коридорам первого яруса.
  
— Обычно да, — повторил я, — сегодня у нас здесь всё необычно. Дай мне минуту, я кое-что проверю.
Мое восприятие и щуп ничего не показывали. Я впервые пожалел, что не взял с собой Бабая, чувствительность у которого была в разы лучше. Но, сколько я не пытался ощутить опасность, не чувствовал впереди никаких рунных сигнатур, только слабый фон от самих стен. Подумав, я кивнул, и мы начали подъём. Лестница сделала два полных витка, прежде чем вывела нас на площадку с тремя выходами. Гарда показала налево, и вот тут щуп уже ожил, чувствуя слабые отголоски, на самом пределе чувствительности. Но они были впереди, причем именно в том направлении, куда указывала Гарда. А ещё одна, показалась гораздо ближе, справа.