"Фантастика 2023-172". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Что? — Тибер заинтересованно склонил голову на бок, словно филин.
Этот вопрос, а особенно шутливо-пренебрежительный тон старшего брата окончательно взбесил Бадриса.
— Трус и подлец! Я вызываю тебя на тренировочный бой!
И плевать на возможные последствия! Да и кто вступится за это недоразумение, по какой-то нелепой прихоти судьбы считающееся принцем? Красный двор? Даже императрица Лиара считает своего сына мозолящим глаза ничтожеством. Да одно его существование бросает тень на Красный двор! Плюс вызывающе-непристойное поведение и злые шутки, благодаря которым Тибер обзавелся массой недоброжелателей.
Да, дуэли в империи запрещены. Но тренировочные поединки мало чем от них отличаются. Убить в ходе них сложно, защитные руны тренировочных полей не позволят, а вот покалечить — запросто. Особенно если поставить себе именно такую цель.
— Мой горячий, но недалекий младший брат, — вздохнул Тибер, постучав по лбу средним пальцем. — Мой ответ в начале твоего вызова!
— Что?
— Раз я трус и подлец, — в очередной раз сокрушенно вздохнул Третий принц, переходя на менторский тон учителя, объясняющего нерадивым ученикам прописные истины, — то я просто не стану принимать твой вызов? Бывай!
Издевательски помахав ладонью, он развернулся на каблуках и поспешил вернуться к фонтану. Пусть Кэра улизнула с приема, но еще оставалась Эльгери ати Унсан. Возможно, астшанка любит танцы?
— Одно твое слово, я подстерегу его в темном уголке и переломаю ноги, — вполголоса предложил Бадрису верный Рас.
— Нападать на принца, да еще и на императорском приеме? — удивился Бадрис наивности друга. — Боюсь, тени моего отца тебе этого просто не позволят.
Может дракон и стар, но он все еще дракон. Не стоит дергать его за хвост, находясь в его логове.
— Позже, в городе, — пояснил Рас, бросив опасливый взгляд по сторонам, словно вездесущие императорские тени могут их подслушивать. — Никто не узнает.
— Многие пытались, но никому это не удалось, — вздохнул Бадрис. Гнев оставил его, осталось только глухое раздражение. А раздражать Тибер умел. Единственный его талант. — Не ты первый хочешь проучить Третьего принца. Красный двор, Синий двор, кланы — многие хотели бы сделать то же самое. Но калека скользкий, словно змея. А опасность чует лучше любой крысы.
— И все же, я попробую, — сказал Рас.
— Мешать не буду, — пожал плечами Бадрис. — Но никаких нападений в стенах Белого города! И сообщи моей матери, что ничего не получилось. Хотя… не надо, я сам это сделаю. А ты займись мечами, — он небрежно кивнул на руки друга, все еще сжимавшие два тренировочных меча, один из которых был совсем не тренировочным, а прекрасно заточенным клинком, еще и зачарованным на прочность и остроту.
Провоцируя Тара Валлона, Бадрис не видел ничего зазорного в том, чтобы несколько уровнять шансы. На победу он не рассчитывал. Если разрыв в одну ступень еще можно как-то компенсировать с помощью артефактов, зачарованного оружия или брони, то пятая ступень против седьмой — без шансов. Но есть ли эта седьмая ступень у искалеченного драконом Первого принца?
Слухи на этот счет ходят разные. А донесения шпионов ничего не проясняют, внося еще большую сумятицу. Одни считают, что Тар Валлон уже давно превзошел свою седьмую ступень в любимой школе льда. Некоторые так и вовсе говорят, что он догнал по силам стареющего императора. Другие наоборот считают, что Первый принц ослаб. Не сильно, но все же. А даже если не ослаб, то неспособен выдержать долгую схватку.
Искать мать Бадрису не пришлось. Покинув тронный зал, в котором, судя по льющейся через открытые двери в сад музыке, начались танцы, Четвертая императрица дожидалась сына на террасе.
— Судя по твоему хмурому и не побитому виду, у тебя ничего не получилось, — заметила Медея, поигрывая новинкой из Вольных городов — богато украшенным веером.
Черноволосая, гибкая, с большими изумрудными глазами и влажными, чуть припухшими, словно только что целованными губами, она не зря считалась одной из первых красавиц империи.
 
— Этот план не нравился мне с самого начала, — отозвался Бадрис, небрежно облокотившись на перила террасы рядом с матерью. — Да и низко это провоцировать девчонку.
— Ты хочешь получить трон, оставаясь в белых перчатках? — выгнула точеную бровь императрица. — Нет, мой дорогой, привыкай возиться в крови и дерьме! Его будет много, — жестоко добавила она.
— А ты хочешь узнать силу Первого принца или отомстить своему бывшему любовнику? — поинтересовался Бадрис и закатил глаза, заметив, как изменилась мать. — Не делай такое удивленное лицо, мама. Стоило ему вернуться и весь императорский двор вспомнил про твою связь с Первым принцем!
Последнее было откровенной ложью. Тибер не в счет! Калека бьет редко, но выбирает самые болезненные точки. Но Бадрис вырос, на этих слухах. Эту застарелую обиду он всегда чувствовал особенно остро, а теперь и подавно. И выплескивал на мать боль своих детских воспоминаний.
Небрежный, но довольно сильный шлепок веером по щеке стал для него полной неожиданностью.
— Успокоился? — холодно уточнила Медея. — Или еще добавить?! Ты меня должен слушать, а не вздорные слухи. Кто мог такое ляпнуть? Тибер? Меньше его слушай! В калеке говорит его природная завись к тем, кому повезло родиться здоровым. Больше всего на свете он желает обладать тем, что есть у его старших братьев.
— Я должен знать, что это не обычная месть, — насупился Бадрис, буравя мать злым, упрямым взглядом.
— Прошлое осталось в прошлом, — криво улыбнулась Медея, поигрывая веером.
— Звучит неубедительно… Ты сама не знаешь! — внезапно понял он. — Прекрасно! Просто прекрасно!
Императрица Медея предпочла оставить эти слова сына без ответа и промолчала.
* * *
Зал Предков не горел, а скорее полыхал, словно гигантский костер, щедро разбрасывая искры в небеса. Расположенная слева от него стена поместья почернела. Занялся огнем один из домиков прислуги. Да и главное поместье в паре мест уже дымило. То здесь, то там в свете пожара виднелись фигуры в украшенных серебряными крыльями шлемах. Не дожидаясь приказа или разрешения, стражники Белого города пытались потушить огонь, нося воду из декоративного пруда и двух расположенных на территории Зеленого двора колодцев.
Пахло дымом и свежей кровью.
Первые трупы обнаружились в траве, чуть в стороне от главных ворот. Два исканца мертвыми глазами удивленно смотрели в ночное небо. У обоих было перерезано горло, и умерли они прежде, чем что-то поняли. Что уж говорить о каком-то сопротивлении.
— Зарезали, словно свиней! — зло выругался Драгор, проверив мертвецов.
— Соболезную твоей утрате, — сказал Тар, вглядываясь в темноту.
То, что пожар не случаен и на Зеленый двор кто-то напал, было понятно изначально — таких совпадений просто не бывает. Но раз в поместье хозяйничают Серебряные крылья, то спешить некуда — все уже кончено.
— Такова судьба наемника, — вздохнул исканец, закрыв мертвецам глаза. — Это далеко не первые наши потери… просто… — он с силой ударил кулаком в землю. — Проклятье! Я не люблю терять своих людей!
— Мы можем разорвать наш договор.
— Золото принято, клятва произнесена, — хмуро отозвался горец. — Что встали? — зло рявкнул он на остальных исканцев. — Анк! Возьми трех человек, на тебе охрана ворот. Остальные защищают принца. — Он вновь посмотрел на мертвецов. — Кто знает, какие неприятные сюрпризы подстерегают нас в темноте.
Они лежал на дороге, перед пылающим Залом Предков, там где приняли последний бой. Пес и старик. Пусть гор вражеских трупов перед ними не было, но одних следов крови было достаточно, чтобы понять — неизвестный враг дорого заплатил за свою победу.
— Глупый старик! Хоть раз в жизни можно же было отступить, — с горечью пробормотал Тар, подавив в себе порыв упасть на колени перед двумя телами. Он тоже не любил терять людей, особенно таких близких и дорогих.
Ладонь Кэры опустилась на его плечо.