Золотая дева (СИ)

— Не могу достать. Ещё чуть-чуть, сантиметров двадцать.
— Давайте подложим плиты, — предложил лейтенант. — Надеюсь, покойники за это нас не осудят.
В самом деле, плиты надгробий как нельзя лучше подходили для подобного дела. В часовне их было не меньше дюжины. Плиты, толстые и массивные, весили, должно быть, не меньше центнера. Без инструментов, голыми руками переместить хотя бы пару из них ближе к стене было задачей не из лёгких.
Антон попробовал сдвинуть одну из плит. Тщетно. Плита точно приросла к гранитному основанию. Тогда он повторил попытку с соседней плитой, и та неожиданно легко подалась и отъехала в сторону. Под плитой лежало что-то большое и белое. Даша немедленно вскрикнула, а Антон отпрянул от потревоженного надгробья.
— Платье, это же платье… — дрожащим шёпотом произнесла Даша. — Это одежда утопленницы.
— Какой ещё утопленницы?! — передёрнув плечами, спросил Болтухин.
— Привидение графини, что утопилась в пруду, — тихо, но отчётливо произнесла Даша. — Это же её одежда… Помните, Антон Васильевич, я вам рассказывала?
— Да, Даша, помню, — заверил перепуганную девушку Антон. — Но и тогда, и сейчас, я не вижу здесь никакой мистики.
Антон наклонился и поднял край платья. Под ним тотчас обнаружились и другие улики: ласты, маска и фонарик для дайвинга, закреплённый на резиновый обруч. Он поднял фонарик и включил его. Часовня озарилась бледным светом.
— Мама мия! — воскликнул лейтенант. — Надо же, какие у вас тут экипированные утопленницы!
Антон направил фонарик на белое платье. Вот оно — бурые пятна. Кровь…
— Вот и разгадка личности привидения, — сказал он со вздохом. — Наверняка, им была наша дражайшая Аделаида Сергеевна. Как только удалось найти место клада, она организовала поиски и подъём сокровищ. А чтобы никто из случайных парочек, блуждающих по парку, этому не помешал, она решила сыграть утопленницу. И тут она попала в точку. Гости фестиваля проглотили эту легенду и панически боялись ночью подходить к пруду.
— Это правда, — подтвердила Даша. — Когда мы её с девчонками выследили возле пруда, то так перепугались, что даже сфотографировать не смогли.
— Значит, так. Когда Костик и Васька Котов подняли сокровища и вытащили на берег, возник конфликт, — продолжил свою мысль Антон. — Возможно, Коту никто не сказал о размере сокровища. Поняв, что его надули, он потребовал большей доли. Графиня, естественно, была где-то рядом и, когда дело приняло крутой оборот, подавила бунт, ударив бедолагу подвернувшимся под руку багром.
— А почему вы решили, кэп, что эта малахольная его приголубила, а не наш ботаник? — спросил заинтригованный лейтенант.
— На платье следы крови, — пояснил Антон.
— А как мы докажем, что именно графиня шлялась по ночам в этом прикиде?
— У вас, лейтенант Болтухин, что было по криминалистике? — усмехнулся Антон. — На одежде подозреваемого остаются потожировые маркеры и мельчайшие волоски. Для экспертизы ДНК более чем достаточно.
— До экспертизы ещё далеко, — напомнила Даша. — Нужно сначала отсюда выбраться.
Аргумент был бесспорным и узники, взяв сдвинутую плиту за края, отволокли к стене. То же самое они проделали ещё с двумя плитами, которые удалось сорвать со старых надгробий. Теперь можно было надеяться, что Даша дотянется до оконца.
  
7
 
Даша с первого раза взобралась по живой лестнице и, ухватившись за кирпичный край, взобралась на узенький оконный карниз. Она прильнула к щели между фанерными листами и тотчас, отпрянув, рухнула вниз. Антон едва успел подхватить её у самого пола.
— Там, снаружи, какой-то мужик, — зловещим шёпотом заявила Даша.
— Может, Данилыч? — предположил Антон, но Даша категорично покачала головой.
— Нет, не Данилыч, — тихо произнесла она. — Этот большой такой, как медведь. Что-то высматривал возле двери. Я его только мельком видела, со спины.
— Что будем делать, кэп? — шёпотом произнёс лейтенант. — Может, шумнуть?
Антон покачал головой.
— Не годится, — сказал он. — Испугается, побежит звать охрану. Славик его угостит дубинкой и определит к нам на постой. Будем ждать, пока сам свалит.
 
Однако, незнакомец уходить вовсе не собирался. Его осторожные шаги послышались совсем близко. Они приблизились к железной двери и стихли. Незнакомец явно прислушивался. Узники замерли, остерегаясь пошевелиться.
— Эй, кто там? — строго спросил незнакомец совершенно знакомым Антону голосом. — Не шали, ответь.
— Никита Степанович?! — вырвалось у Антона. — Как вы здесь?
— Известно как, — отозвался участковый. — Вчера ночью с моря возвернулись. Решил вот, сходить посмотреть, всё ли в порядке на участке. Персиков Ивану Степановичу принёс, лучку ялтинского.
— Потом про лучок, Никита Степанович, — крикнул Антон. — Вы замок вскрыть сможете?
— Зачем вскрыть? — в недоумении спросил участковый. — Я у Данилыча могу ключ взять.
Антон бросился к двери.
— Ключ не у Данилыча, — сказал он взволнованно, прижимаясь любом к холодному ржавому металлу. — Ключ у Славки Фролова. Он заодно с графиней.
— С кем-с кем? — переспросил участковый.
— Долго рассказывать, Никита Степанович, ломай замок.
На этот раз участковый не стал переспрашивать. Он метнулся куда-то в сторону, а когда снова вернулся к двери, заскрежетал чем-то стальным, приговаривая:
— Сейчас, сейчас, Антон Васильевич, потерпи. Вот ведь, и на неделю нельзя уехать. Обязательно что-нибудь приключится.
Замок с тяжёлым лязгом упал на каменные ступени — и дверь распахнулась с визгом и грохотом. На пороге стоял, улыбаясь во всё красное от загара лицо, Никита Степанович. В руках он держал кусок арматуры.
— А я вас, дядя Никита, за медведя приняла, — всхлипнула Даша, бросаясь ему на шею.
— А ты-то как попала сюда, егоза? — добродушно спросил участковый.
— Костик нас предал, — восклинула Даша. — Всех нас предал! Они нашли клад и теперь хотят бежать за границу!
— Теперь не сбегут, — заверил лейтенант, выходя из часовни.
— Я смотрю, у вас тут целая компания подобралась, — усмехнулся участковый, разглядывая Болтухина. — Кто такой? Городской? Из дачников?
— Лейтенант Болтухин, питерский ОВД, — чинно представился лейтенант. — Город на Неве, может, слыхали?
— Город слыхал, — кивнул Никита Степанович, неодобрительно оглядывая болтухинский скелет. — А вот, чтобы в органы всякую шпану набирали, не слыхал.
— Аллё, коллега, почему сразу шпана? — возмутился лейтенант. — У меня, между прочим, шесть задержаний.
— Потом о своих подвигах расскажешь, лейтенант, — осадил распетушившегося напарника Антон. — Давайте лучше свалим отсюда в безопасное место.
— Ко мне, — предложил Никита Степанович. — Всё и обскажете. Наталья галушек навертела. Сметанка, опять же, свежая.
При упоминании о галушках, лейтенант тоскливо посмотрел на Антона.
— Не до галушек нам, Никита Степанович, — быстро возразил Антон. — Если, узнают, что мы сбежали, сокровища могут и перепрятать.
— Так чего же проще: вызови по телефону наряд и накроем всех разом, — пожал плечами участковый.
— Вызовем, обязательно вызовем, — пообещал Антон. — Только если у нас на руках железная доказуха будет. Начальство прикрыло эту тему, и я тут, можно сказать, по собственной инициативе.
— Ну, дела! — вздохнул Никита Степанович. — Стало быть, вдвоём будем брать, без подмоги?
— Втроём, — угрюмо напомнил о себе лейтенант.
— А я? — всполошилась Даша. — У них дедушка, между прочим, в заложниках.
— А вот тебя мы и отправим к Никите Степановичу галушки кушать, — строго сказал Антон. — У них, девочка, два ствола на руках. И твоей юной жизнью я рисковать отнюдь не намерен.
— Два ствола?! — покачал головой участковый. — Погано. А кто у них коноводит? Не Костик же?
— Графиня, — коротко ответил Антон. — И с ней Славка Фролов.
— Славка?! Вот ведь, паршивец! — возмутился Никита Степанович. — По малолетке его едва не закрыли лет на пять по нехорошей статье, но кто-то деньжат кинул: отмазали.