Саламандра (СИ)
Бэл показал рукой на мальчишек, увлеченно крутящих ногами гончарные круги и, казалось, играючи вытягивающих из комков глины тонкостенные пиалы. Мастера захлопали глазами и стали переговариваться. Они знали, как тяжел труд гончара и сколько усилий надо затратить, чтобы из «колбасок» выложить пиалу, а потом загладить поверхность. А чтобы пиала не была кособокой, надо было тяжело и долго учиться. А тут мальчишки делают ровную и тонкостенную посуду за пару минут и, кажется, совершенно без всяких усилий!
Рарх достал из мастерской абсолютно новый гончарный круг, который он сделал как образец для мастеров, но пока на него свысока поглядывали, пришел Лейшан, а с ним пришли монахи в красных рясах, мастера-плотники и мастера-гончары из города Чаречаши. Мастера Лейшана были в шароварах и длинных рубашках и, конечно, они были рыжеволосы! К гостям сразу выскочил Крин и встал за плечом Бэла. Мэл захлопнул створку окна на стекольной мастерской, отсекая ненужное любопытство гостей. А потом снял кожаный фартук и вышел из мастерской, встав на пороге. Пин отвесил по паре тумаков любопытным мальчишкам, оставил их перетирать шпат в ступках дальше, а сам вышел из мастерской с обжиговой печью.
Лейшан стал представлять мастеров Лексу и ненавязчиво напомнил, что они договаривались, что он купит и гончарный круг, и образец игрушки-каталки Ламиля, все, что «прекрасный брат моего господина согласится продать». Местные мастера недовольно поправили пояса на туниках и ревниво посмотрели на Лекса. Они сообщили, что готовы заплатить больше, но гончарный круг останется собственностью их гильдии.
— Нет, так не годится, — Лекс усмехнулся, — Рарх сам продаст свою работу, а я прослежу, чтобы его не обманули с расчетами. И потом, гончарный круг может быть только в вашей гильдии на территории Империи. Но город Чаречаши самостоятелен и что, вы думаете, что его мастера будут ездить к вам на поклон за каждой единицей? Они и сами в состоянии ее повторить. А Рарх может продать оптимальные размеры и несколько хитрых секретиков, без которых круг не будет крутиться. Все не так просто, как кажется на первый взгляд. Вот вы видите, как легко мальчишки делают изящную посуду, но если вас посадить на их место, вы только перемажетесь, и у вас ничего не получится. Так же и с гончарным кругом, надо знать несколько хитрых секретов, без которых круг с места не сдвинется. И вот за эти секреты вы и должны заплатить Рарху.
Лекс высокомерно посмотрел на мастеров, и на тех, и на других, а потом обратился к Крину.
— Сходи в гильдию, принеси подготовленной глины и сообщи в гильдии, что если они хотят новое чудо, то им следует поторопиться.
Крин подхватил палантин и выскочил на улицу, торопясь исполнить наказ Лекса. Пока Рарх торговался с Лейшаном и гильдией столяров, пытаясь сложить наиболее достойную цену для секретов, рыжеволосые гончары уговорили мальчишек пустить их попробовать новинку. Лекс кивнул головой и крайний пацаненок слез с «насеста». Перед мастером поставили кусок глины и миску с водой, чтобы смачивать руки. Взрослый мастер с интересом крутанул диск под ногами, раскрутил его и схватился за глину. Та в отместку заляпала его и двор. Мальчишки, сидящие на кругах дальше по ряду, довольно засмеялись, они знали, что именно так и будет, и с удовольствием смотрели бесплатное представление. Второй кусок тоже разлетелся лохмотьями, забрызгав и приятелей мастера, которые отирались поблизости. Мастера недовольно зашипели на неудачу, но потом обратили внимание на саму глину. Она была необычной на ощупь, и они, как профессионалы своего дела, сразу поняли, что во всем есть свои секреты.
— С вами пообщаются отдельно. Заметили, да? — Лекс подмигнул мастерам-гончарам, которые с интересом мяли кусочки глины в руках, — но за все придется раскошелиться. Вам надо говорить с Крином. У него, кстати, есть и другие интересные секретики…
Лекс улыбнулся заинтригованным мастерам и порадовался, что с утра Крин дал мальчишкам в работу простую подготовленную глину, припрятав глину с секретными смесями в глубине мастерской. Сегодня по плану было продать мастерам Чаречаши гончарный круг и секрет обработки глины. Скорее всего, глина у города Чаречаши отличается от добываемой возле столицы, но в любом случае, ее стоило промывать, отделять грубые фракции. О секрете фарфора речи не шло. Это должно было остаться в гильдии младших и храниться, как зеница ока, но улучшить качество самой глины стоило в любом случае.
Потом по плану надо было показать готовые тарелки с эмалью и рисунками и выставить мастеров на улицу, чтобы клиент «дозрел». В следующий раз им надо будет показать печь для обжига при высоких температурах. Без нее качественная керамика невозможна. И уж тем более, эмали и краски. Муравление и молочение можно было оставить как секрет имперских мастеров. Но вот секрет обжига Лекс собирался продать…
Тем временем деревянных дел мастера отчаянно торговались друг с другом. Рарх сказал, что продаст гончарный круг за одинаковую сумму и тем и другим. А потом покажет, что еще у него есть на продажу. Но если кто-либо не сможет рассчитаться, то это уже будут не его проблемы. При этом мастера стали задирать цену друг против друга, неважно, что им пришлось бы заплатить втридорога, лишь бы у конкурентов деньги закончились раньше их, и тогда, возможно, следующие секреты Рарха достанутся только им.
Лекс стоял рядом, но в стороне, наблюдая за торговлей Рарха, напряженным Лейшаном и любопытными мастерами-гончарами, которых согнали с круга, но не отгоняли и давали возможность смотреть, как работают мальчики. В воротах показался Крин, за его спиной бежали взмокшие мастера-гончары из столичных гильдий. Они принесли Лексу образцы своих кувшинов, покрытых муравлёной глазурью. Ей в прошлом мире Лекса покрывали черепицу и сточные трубы из-за её дешевизны и стойкости. Но здесь блестящая поверхность кувшина вызвала ажиотаж среди мастеров Чаречаши. Они тоже хотели такое!
Но Крин разочарованно покачал головой. Этот секрет уже продан в гильдию империи и, если они его хотят, то пусть сами договариваются с местными. Он не будет торговать чужими секретами. Одни мастера приуныли, другие приободрились. Но вместо ненужных слов о дружбе народов, Крин вынес расписную тарелку Лира. Она была в красной глазури из шпата и разрисована черно-белыми цветами. Тарелка была большой и широкой, и цветы красиво вились по бортикам. Ее обожгли сегодня ночью, и она была еще теплой.
Лекс увидел, как предвкушающе загорелись глаза у мастеров. Каждый захотел этот секрет именно для своей гильдии, но коварный Крин дал всем налюбоваться на тарелку. Посмотреть со всех сторон, пошкрябать ногтем стеклянные цветы, пощелкать по краю, вызывая нежный чистый звон хорошо обожжённой керамики, а потом забрал красавицу и заявил, что сегодня разговор будет только о гончарном круге. И если мастера захотят, то за пару золотых с человека он научит, как правильно им пользоваться. Конечно, хотели все и сразу!
Крин посадил на насест круга напротив каждого мальчика по мастеру, и выдал по свежему куску глины. Он сам так учил своих подопечных. А теперь и мальчишки стали специалистами по здешним меркам. Лекс прекрасно отдавал себе отчет, что до настоящих профессионалов, которые потребуются к тонкому фарфору, им еще расти и расти, но, как говорится, чем богаты… оставалась надежда, что мальчики набьют себе руку на простой глине, пока Крин разберется с рецептом, когда от качества самой работы будет зависеть если не все, то очень многое. Именно поэтому мальчишки и крутили сейчас простую глину. Руку набивать надо было всем: и изготовителям тарелок, и тем, кто экспериментировал с заливочной глазурью, и ученикам по разрисовке посуды. На все нужно было и время, и терпение в учебе.
Благо, что сами мальчики старались на совесть. Каждый понимал, что ему очень повезло оказаться именно здесь. Они уже прошли ужасы монастырских воспитателей, наказания, голодовку, издевательства старших, некоторые прошли через сексуальное насилие… и, оказавшись вдруг в тихом и сытом доме Лекса, они из забитых зверьков становились простыми детьми или подростками. Но страшная память детства не давала им относиться к чужой доброте, как к пустяку. Они знали этому цену и поэтому срывались по первой даже не просьбе, а намеку на пожелание учителей.