Саламандра (СИ)

Город Теланири пустеет с каждым днем. Новый проток Желтой расширили и взяли под охрану войска соседей, которые так долго зависели от воли строптивого и жадного царька. Новых поступлений в казну у него нет, жалование войскам и прислуге начали задерживать. Лекс сразу напомнил о маленьком городке, который построили на морском побережье между устьев двух рек. Сканд сказал, что по сообщениям разведчиков и торговцев, именно туда перебираются все мастера Теланири — плотники и столяры. Именно там покупают лодки жители старого города. Пушан заинтересованно повел ушами и стал обговаривать с братом возможность взять тот городок под протекторат империи. Пока Теланири не решил туда перебраться с остатками армии и верными аристократами. Братья сразу стали составлять план, что там следует сделать в первую очередь, пока отец, наконец, не вернется к своим обязанностям и не примет окончательное решение.
  
Лекс понял, что уже основательно объелся, и показательно зевнул пару раз. Сканд сразу заторопился доставить любимого домой. Пушан предоставил открытый паланкин и носильщиков, и вскоре к дому отправилась небольшая процессия. Сканд шел первым, а следом несли паланкин с рыжиком в окружении монахов. У ворот родного дома Сканд подхватил рыжее очарование и утащил в спальню. Но оказавшись на кровати, Лекс понял, что его просто переполняет энергия, и умчался во двор, проверять, как там без него справляются.
Броззи, надутый и недовольный, занимался восстановлением домны для завтрашней плавки. Оказывается, когда ножи были выкованы, Орис забрал их с собой, не позволив Броззи отполировать и заточить хотя бы один. И вместо этого отправил его заниматься подготовкой к следующей плавке. Лекс потрепал недовольного рыжего здоровяка и сказал, что вскоре приедет Чаречаши и будет праздник вылупления, и ему очень важно сделать меч в подарок Шарпу. Поэтому это будет последняя плавка, а потом домну во дворе разберут, пока гости не уедут. Именно поэтому к последней плавке надо отнестись со всем вниманием. Броззи надулся от гордости, что ему поручено такое важное дело, и сразу приободрился.
Стекловары собрали возле мехов всех мальчишек из младших и проводили им мастер-класс. При этом давали каждому покачать меха и почувствовать себя причастным к тайнам гильдии. Другие мальчики, которые были постарше, ходили вокруг Броззи и уговаривали его, чтобы он дал им в следующий раз покачать меха. Броззи устало зевал и соглашался, что завтра после завтрака даст всем возможность помогать. Лекс сразу отправил Броззи отдыхать, ведь завтра будет тяжелый день, следом отправил отдыхать детей… и скоро во дворе осталась только четверка стекловаров.
Бэл отправился уложить Тургула и пообещал вернуться на помощь. Лекс посмотрел ему вслед, с тех пор, как Тургул стал тихим, у Бэла пропали черные круги под глазами и он опять начал улыбаться. Было видно, что ему физически тяжелее остальных, но, похоже, его душа успокоилась и ему стало легче. Крин заметил взгляд Лекса и сказал, что будет лучше отправить Бэла отдыхать. Работа не тяжелая, здесь и двоих хватит. Все были в ожидании того, каким получится зеркало из нового песка. Когда они рассматривали его на лопаточке, то оно не было того пронзительного голубого цвета, как прежнее, но и желтым его назвать было невозможно.
Но Лекс отмахнулся от этих страхов, главное, чтобы пузырьков воздуха не осталось, а какой именно будет оттенок зеркала, сейчас было совершенно не важно.
— Намного важнее, чтобы большой поднос удалось выставить ровно, пока стекло застывает, а то не дай боги, оно станет… (хотелось сказать, восьмеркой, но здесь цифра восемь была из нескольких черточек и похожа больше на сложную табуретку, поэтому Лекс повел пальцами пытаясь показать сложную фигуру) … а, неважно! Рама все равно деревянная, попрошу Рарха, в крайнем случае, помочь.
Рарх не спал уже вторую ночь, зато он практически закончил раму для зеркала. Она была резная, как корона, и Лекс восторженно завис с открытым ртом. Как можно успеть сделать такую красоту вручную? С элементарными инструментами и простейшими приспособлениями? Рама была уже чем-то обработана и на дереве стали видны красивые прожилки древесины, которые складывались в дополнительный узор, совсем, как на булатном клинке. Рарх уже соединил крепления и теперь полировал стыки и какие-то только ему одному видимые дефекты. Сишь спал в углу мастерской на опилках, а на предложение рыжика отправляться спать Рарх только отмахнулся. Вот он покроет раму еще одним слоем лака, только тогда сможет отдохнуть.
Лекс почесал голову, м-да, такую раму не выгнешь под перекошенное стекло, придется поднапрячься завтра с уровнем. Только вот, где взять уровень в этом мире? У местных строителей были только отвес и угольник, им и этого хватало. Лекс вначале загорелся идеей сделать водяной уровень, используя идею сообщающихся сосудов и, предположим, кишки ящера. Можно послать Тиро к мясникам, ведь набивают тут колбаски, а значит, и кишки чистить умеют… а потом плюнул на эту идею и понадеялся на русский авось и собственный глаз-алмаз. Средство верное и не раз испытанное…
Лекс успокоился и, зевая, наконец, отправился в спальню, где его дожидался муж. Сканд в это время достал со стеллажей карты побережья и внимательно их рассматривал, делая пометки ногтем. По всей видимости, прикидывал, как установить сторожевые вышки и ограждения охраны на случай возможного нападения войск Теланири. Лекс обнял его со спины, а потом сладко зевнул, уткнувшись носом между лопаток. Сканд хмыкнул, но зашуршал бумагами дальше. Лекс не стал настаивать и, быстро раздевшись, занырнул под покрывало. Развернувшись спиной к свету, он не забыл так прикрыться, чтобы часть спины осталась обнаженной.
Сканд тяжело вздохнул и накрыл светильник колпаком, чтобы свет не беспокоил рыжика. А потом Лекс слушал, как шелестят карты, отброшенные на пол, и с глухим стуком падают генеральские сапоги. Кровать скрипнула, принимая вес крупного тела, и, наконец, горячие руки обняли и притянули к себе. Лекс зажмурился и стал дышать тихо, как будто уже уснул, было интересно — начнут его будить или нет. Но Сканд трепетно чмокнул голое плечо мужа и уложил к себе на грудь, прижав для надежности руками, совсем, как ребенок любимую игрушку. Теперь Лекс засомневался в правильности своего решения, может, стоит «проснуться» и получить свою заслуженную порцию ночных ласк? Но за всеми этими мыслями он и не заметил, как уснул.
Проснулся он уже один. Как он умудрился так глубоко заснуть, чтобы не услышать, как здоровяк удрал из спальни? Но стоило оглядеться, как стало понятно, что Сканд удрал по работе. В комнате не было ни карт, ни одежды, ни нового клинка. Лекс, зевая и почесываясь, вышел на кухню. Служанки накрывали завтрак, а значит, Лекс проснулся позже обычного. Тиро сразу сказал, что Сканд удрал еще до рассвета и до ужина его не будет. Лекс пожал плечами и уселся на привычное место. Пустота там, где раньше сидел Сканд, вызывала, на удивление, чувство одиночества, он и сам не заметил, как привык, что громила всегда где-то рядом, но за соседним столом ел Броззи и настороженно ждал, когда ему разрешат начать выплавку вутца. Бэл утащил большую тарелку каши в комнату, мальчишки восторженно подпрыгивали на скамейках в ожидании очередного развлечения. Сегодня они будут помогать кузнецу! И только Тара выглядела несчастной…
Лекс закончил с утренней кашей и кивнул Броззи, тот, просияв глазами, бросился на улицу разводить огонь, следом за ним умчались и мальчишки. Лекс и Тиро только одновременно хмыкнули ему в спину. Тот был как голубь среди воробьев. Большой и важный. Рыжик, проходя мимо, потрепал по волосам Крина, но не остановился, а отправился к Таре. Хотелось узнать, чем вызван ее кислый вид. Но ответ поставил его в тупик. Женщина маялась от скуки. Дом был убран и украшен, повар получил указания, что делать и, главное, что не делать, если прибудут гости. Все было куплено и вычищено, и Тара откровенно скучала. К делам и бумагам ее не подпускал Тиро, покупкой рабов занимался тоже он, и Тара не знала, чем себя занять.