Саламандра (СИ)

Воины Теланири, добежав до таверны и увидев Лекса, попадали на колени, а старший из них начал речь, мол «Король Тили-мили могучий, прекрасный и прочее бла-бла просит несравненного Лекса — любимца Богов, чья красота сразила его наповал, принять этот скромный подарок на долгую память». Лекс, который с интересом рассматривал гордых воинов в зеленой одежде с луками и топорами наподобие томагавков, поднял глаза и посмотрел на Сканда, который возвышался за их спинами на ящере, и испуганно спрятался за спину Тургулу. Потому что Сканд был не просто злой, он был в ярости. Лекс просто почувствовал, как тот уже мысленно оторвал ему голову и пинает ее по всему двору. Рыжик прикинул, в какую сторону бежать, чтобы спрятаться в надежде, что Сканд порычит на всех и рано или поздно успокоится. Он уже почти уговорил себя, что лучше остаться без ужина, зато с целой шкуркой, но тут Тургул прихватил его за руку и выставил впереди себя.
  
— Говори Тили-мили, тьфу, королю Теланири «спасибо», — Тургул поджал губы и сердито сверкнул глазами на рыжика, — просил подарочек? Вот теперь не вздумай отказываться, а то король стражу казнит за неисполнение приказа.
— Ой! — Лекс невольно сделал пару шагов вперед, получив тычок в спину от Тургула, — это мне подарок? Как это мило со стороны Теланири, прислать мне подарок на память (как будто его позабыть можно), интересно, что же там мне прислали?
Воины Теланири открыли крышку и Лекс испытал самый настоящий шок. Когда он в детстве читал «Граф Монте-Кристо», он каждый раз представлял именно такое содержимое. Драгоценные камни вперемешку с различными цепочками, бусами и брошками. Лекс запустил в сундук руки и достал пару драгоценных камней, они были ограненными и блестели на солнце, как новогодние игрушки. Именно в этот момент он понял, что единственное, в чем он был абсолютный профан, это драгоценности.
Он мог по внешнему виду определить марку стали, знал все о закалке металла, разбирался в рудах и почвах, мог без всяких лабораторий, «на нюх» определить вероятность нахождения нефти, но единственные алмазы, в которых он разбирался — это были алмазы в буровых коронках. Он знал об этом все и даже написал несколько статей в специализированные журналы, чем вызвал к себе интерес фирм, занимающихся производством специального оборудования. В последние годы с ним советовались производители буровых коронок и его именем пользовались, как рекламой. Про алмазы в коронках он знал все, но когда приходилось покупать драгоценности для очередной пассии, то тут он полностью полагался на мнение и совет ювелира. Нет, он знал, что красные — это рубины, синие — сапфиры, а зеленые — изумруды, только вот ценности в его глазах такие камни не имели.
Лекс так задумался, что совсем не обратил внимания, как тихо стало на улице. Похоже, все были поражены видом такого богатства. Рыжик захлопнул крышку сундука и обвел взглядом всех присутствующих. На лицах одних был восторг, но в большинстве лиц явственно читались зависть и алчность. Только у Сканда было совершенно заледеневшее лицо. С его ледяной морды можно было наколоть льда в бокал с виски. Лекс вздохнул, еще раз поблагодарил короля Теланири за щедрый подарок и отпустил его воинов. А потом прищурился на Сканда.
— Я хотел бы уточнить один вопрос, — Лекс подождал, пока главнокомандующий спешится и подойдет ближе, — это мои камни, или они входят в репарации от города?
— Ну, насколько я понял, Теланири подарил их тебе лично, — желваки на его скулах напряглись, как будто он перекусывал кому-то горло, — «За красоту и на долгую память», — слова с губ Сканда капали, как едкая кислота, но рыжик проигнорировал недовольство амбала, его интересовал только один вопрос.
— Значит, если это только мои камни, то я могу распоряжаться ими по собственному желанию?
— Да, — короткое слово упало как льдинка между ними.
— Прекрасно! — Лекс хлопнул в ладоши и попросил Тургула, чтобы он построил свою центурию.
Центурион свистнул, и вскоре во дворе стояла шеренга в два ряда вооруженных и готовых к бою воинов. Сканд отправил Шу в стойло и встал рядом с рыжиком с самым ехидным выражением на лице. А Лекс тем временем обратился к центурии, он объяснил, что очень благодарен воинам за хорошую работу, без которой у него ничего бы не получилось, и теперь, когда у него появилась такая возможность, он решил сделать им всем подарок.
— Тургул, пусть они подходят по очереди, чтобы точно досталось каждому, — Лекс откинул крышку и довольно улыбнулся растерянному Сканду, похоже, тот ожидал, что рыжик захочет почетный караул возле своего сундука, а когда Лекс зачерпнул двумя руками полную горсть драгоценностей, чтобы отдать первому воину, то от растерянности открыл рот, не находя слов.
— Это слишком много для одного, — первым смог сформулировать свою мысль Тургул, — или это на всех?
— Нет, каждому по горсти, только кому что достанется, — ухмыльнулся рыжик, — кому просто камни, а кому вместе с украшениями, выбирать специально не буду, — Рыжик довольно улыбнулся и высыпал драгоценности в подставленный шлем, — мне все равно столько не надо. И потом, я не знаю, что будет со мной дальше, вполне может случиться, что Кирель захочет забрать меня в храм. А так хоть что-то пойдет на пользу людям.
— Это очень щедро с твоей стороны, — Тургул проводил взглядом следующий шлем, куда только что насыпали кучку драгоценных камней, — на эти деньги можно купить ферму за городом, или дом в ремесленном квартале, и открыть свою лавку.
— Я надеюсь, вы все не бросите армию в одночасье? — заволновался Лекс, — вам надо научить других строить требушеты и пользоваться ими.
— О, за это не переживай, — Тургул улыбнулся, — у нас подписанные контракты, мне служить еще два года, и остальным или столько же или еще больше, — я думаю, что мы еще повоюем. Но после окончания контракта каждый будет очень обеспеченным человеком, сможет завести семью.
— Вот и прекрасно, — Лекс зачерпнул следующую порцию, откинув в угол громоздкое ожерелье, которое мешало ему добраться до камней, — следующий!
У воинов центурии были вначале ошарашенные лица, они не сразу поверили, что богатство в одночасье может свалиться им на головы, но тем не менее, вскоре в шлеме у каждого переливалось по маленькому состоянию. Одних захлестывал восторг и предвкушение кутежа, у других появились суровые складки меж бровей. Теперь надо было сохранить, вложить в дело и желательно приумножить и, похоже, решать, что делать после контракта, придется раньше времени. Когда все воины центурии получили свои «подарки» и стояли с одинаковыми обалдевшими лицами, Лекс позвал Тургула и насыпал ему в шлем две горсти, как командиру и другу.
— Это тебе и на дом и на детишек, — Лекс насладился растерянным видом всегда невозмутимого центуриона и наконец захлопнул крышку, там оставалось едва ли четверть, но Лекс был как никогда доволен. Он сделал то, что хотел, и дарить драгоценности суровым мужчинам понравилось ему намного больше, чем подружкам с горящими глазами. Он нашел взглядом монахов и кивнул им на сундук, — оставшееся в мою комнату.
— А теперь, уважаемый и несравненный, всеми желаемый, и обожаемый, р-р-р, извольте уделить мне немного своего драгоценного времени! — Сканд схватил рыжика за руку и потащил на второй этаж.
Лексу ничего не оставалось, как бежать следом, спотыкаясь и шипя в спину здоровяку. Ему было почему-то страшно, он видел такого злого Сканда только в самом начале их знакомства, когда рассматривал его сквозь прутья клетки.
— Что ты сделал? — Сканд со злостью захлопнул дверь и впечатал рыжика спиной в нее, — почему весь город стоит на ушах? За что Теланири подарил тебе такой подарок? Что ты ему пообещал? — кулак Сканда впечатался у самого уха рыжика.
  
— Я ему пообещал, что его реки останутся с ним, — Лекс постарался отодвинуться от злобного здоровяка, — если он будет себя хорошо вести и придерживаться подписанных договоров. А подарок он мне прислал сам, я не думал, что он будет таким большим.