Плохие намерения

 Он сделал ложный выпад вправо, но я предвидел его. Маркус ушел, унося Лили на плече к своему байку. Я был слишком зациклен на ней, но теперь, когда она уехала, я мог сосредоточиться на Джеке и сведении личных счетов.
 Предугадав его намерение, я ударил ногой в сторону поднимающегося ножа, и лезвие вылетело у него из руки, исчезнув где-то в траве. Он стал дико оглядываться, безуспешно пытаясь найти его.
  
— Похоже, теперь это равный бой, не так ли, дядя Джек? Наконец-то ты можешь померяться силами с кем-то своего размера, – сказал я ему. Боль в боку смутно отдавалась в отдаленной части моего сознания. Я не мог думать о ней и отвлекаться. Это противостояние назревало десять лет.
 Я не мог поверить, что он похитил Лили. Лили. Милую, умную Лили. В конечном счете, оказалось, что дядя Джек знал меня лучше, чем я думал. Он сразу увидел единственную, кто меня привлек, и использовал ее, как только представился шанс. Когда я думал о том, что она провела в его лапах весь вечер, я чувствовал, как ярость, – нарастающая, бесконечная тьма – затуманивает мой разум. Какое отношение ко всему этому имел Джош, я узнаю в ближайшее время. Прямо сейчас я был просто рад, что Лили не оставалась с Джеком наедине.
 Джек замахнулся на меня, и я поднырнул под него, а затем резко выпрямился и выбил у него почву из-под ног. Я оттолкнул его назад, и мы врезались в сломанный забор, который служил защитным ограждением для детей из трейлерного парка.
 Я тяжело приземлился на Джека, придавив его своим весом. Он ударил рукой по моему раненому боку, когда мы перевернулись. Волны разбивались подо мной. Надвигалась буря, и в воздухе шипело электричество.
 Возможно, эта буря назревала с того дня, как я устроил пожар на кухне приемных родителей. С дня, когда я надеялся, что пожарные заберут меня и больше не вернут к Катлерам. Тогда я не знал, что они валялись в отключке в своей кровати и даже не пошевелились, когда пламя охватило дом.
— Доволен собой, парень? Мучить людей – это ведь то, что ты делаешь?
— Заткнись нахрен, или я действительно убью тебя, – прорычал я, дважды ударив его кулаком в лицо, прежде чем он успел попасть мне в бок. Я откатился в сторону, от боли меня затошнило.
— Это то, что у тебя получается лучше всего, не так ли, Кейден? То, для чего ты был рожден. Так же, как и я, ты питаешься слабыми и становишься сильнее.
— Я совсем не такой, как ты, – выдохнул я.
— Ты гребаный лжец. Ты и есть я, – прошипел Джек, умудрившись отодвинуться от меня, пока я держался за бок.
 Я перекатился на колени, а он, пошатываясь, поднялся на ноги, оказавшись вне пределов досягаемости.
— Ты родился сломанным, таким и умрешь. Ты разрушаешь все, к чему прикасаешься, и эта девушка не исключение... Ты раковая опухоль, яд… червь.
 Я двинулся, не задумываясь, слово послужило спусковым крючком, который я никогда не мог контролировать. С ревом я сократил расстояние между нами и толкнул Джека, приложив всю силу, которую я бы использовал, чтобы отправить защитника в борта на льду.
 Но здесь не было защитных бортов, чтобы остановить его, когда он полетел назад. Вообще ничего.
 Его лицо выражало крайнее удивление, когда он полетел с обрыва. Время словно замедлилось, и я знал, что никогда не забуду его последний взгляд. Я рванул вперед, повинуясь инстинктам, о которых и не подозревал. Схватил его за руку, предотвращая падение.
 Он выскальзывал из моей хватки. Его рука была потной.
— Помогите нам! Вытащите нас! – крикнул я друзьям, и они тут же оказались рядом.
 Мы упали спиной на траву, и Джек отполз от нас, кашляя. Беккет не спускал с него глаз, пока я медленно поднимался на ноги.
 Ты гребаный лжец. Ты и есть я. Слова Джека снова и снова звучали в моей голове. Нет. Наконец ответил я. Я не он.
— Что ж, это было разочаровывающе, – сказал мужчина, выступая из темноты.
 Он представился Николаем. Он приблизился, и мне потребовались все силы, чтобы не занять оборонительную позицию. Зло видит зло, а этот парень был опасен, как никто из тех, кого я когда-либо встречал раньше.
 Джек свернулся калачиком на земле, застонав от боли.
— Кто ты вообще такой, мать твою? – прошипел он незнакомцу.
— Просто обеспокоенный гражданин и владелец местного бизнеса. Я наслышан о тебе, Джек из Миднайт Фоллс, пятно на доброй репутации этого района. Видишь ли, теперь я живу здесь, моя жена живет здесь… мой сын живет здесь. Я не могу допустить, чтобы такие ублюдки, как ты, создавали плохую репутацию этому району. И я очень не люблю конкуренцию. У меня есть простое решение для конкуренции. Хочешь услышать? – Он резко наклонился вниз и схватил Джека во внезапном порыве яростной силы; зрелище внушало благоговейный трепет.
 Он поднял его за шею. На его руке темными чернилами было выведено слово на кириллице.
— Кто ты? – снова пробормотал Джек, явно пытаясь осознать тот факт, что он проиграл, возможно, впервые в жизни.
— Я - Palach, и сейчас я поделюсь с тобой своим методом борьбы с конкурентами. Ты готов? Слушай, ты нигде больше не получишь такой практический опыт. – Николая, Palacha, похоже, забавляла вся эта сцена.
 Джек кивнул, наконец осознав, в каком дерьме он оказался.
 Николай улыбнулся, и моя кровь похолодела, а затем его руки резко вытянулись вперед, отбрасывая Джека назад, в темноту и небытие за сломанным забором. Мир, казалось, замер на долгое мгновение, пока Джек застыл в воздухе. Его глаза встретились с моими, и выражение удивления навсегда запечатлелось в моей памяти.
 А потом он полетел, размахивая руками, в чернильную тьму, туда, где ночь встречалась с черным морем.
 Воздух пронзил короткий крик и внезапно оборвался.
 Я побежал к краю обрыва, охваченный паникой. Остановился на осыпающемся краю и посмотрел вниз.
 Там не было ничего, кроме бушующих темных вод, разбивающихся о полуночные скалы.
 Дядя Джек умер.
— С ним покончено, Кейд, не упади следом, – донесся до меня командный голос Беккета, и затем он оказался рядом, оттаскивая меня назад.
 Ужас от событий этого вечера захлестнул меня, и боль от ранения внезапно дала о себе знать. Я отшатнулся в сторону, и Ашер оказался рядом.
 Мы перевели шокированные взгляды на Николая, который стряхивал травинку с манжеты, выглядя совершенно беззаботным.
— Ну, мальчики, какова история? – В его ленивом тоне не было и намека на беспокойство о том, что мы можем обратиться в полицию. Он был абсолютно уверен в себе.
— Обрыв небезопасен, а ограждение сломано… что очень рискованно. Упасть мог кто угодно, – холодно сказал Ашер через мгновение.
— Не могу поверить, что для того, чтобы обратить внимание на эту угрозу безопасности, понадобилась, чтобы местный житель поскользнулся и разбился насмерть. Такая трагедия. – Голос Беккета был решительным. Уверенным.
 Я перевел взгляд с одного на другого.
 Николай усмехнулся.
— Maladetz. Я впечатлен. – Он кивнул в сторону лежащего без сознания Джоша. — Не хочешь сбросить и его, пока мы здесь?
— Нет. Его нет.… Только Джека. Джек заслужил это, – быстро добавил я.
 Николай кивнул, а затем мотнул головой в мою сторону.
— Пойдем со мной, парень.
 Я подчинился, потому что никогда не встречал никого, кто отказался бы от просьбы этого человека. Мы направились прочь от края.
 Я шел с трудом. Место, куда Джек ударил меня ножом, болело, но порезы на предплечье, которые я нанес себе сам, были еще хуже. Николай бросил взгляд на мою руку.
— Ты в порядке?
 У меня вырвался сухой смешок.
  
— Даже отдаленно нет.
— Ты будешь. Знаешь, я вижу в тебе много от себя, парень. Испорченный, злой, агрессивный. Я знаю, что живет внутри тебя. Я знаю, как оно рычит.
 Мы остановились в нескольких шагах от края обрыва, и я изо всех сил старался не смотреть вниз и не представлять себе разбитое тело Джека где-то там.