Хождение за три неба (СИ)
Ко мне подъехал Шурка со своим волшебным планшетом.
–Смотрите, милорд! Если мы срежем дорогу вот тут, то выйдем прямо к тыловой стене аббатства. А обогнув его, буквально через пять минут окажемся на площадке, откуда видно и водопад и озеро! Одно из красивейших мест в этих краях. Предлагаю немного потерпеть и доехать до аббатства. Никуда мясо на углях от нас не денется, а там будет на что посмотреть за обедом.
Я согласился, и группа неспешно потрусила к озеру. Настроение было самое благостное, хотелось разлечься под теплым осенним солнышком, прикрыть глаза и лишь лениво прислушиваться к негромкому урчанию синего кота.
Минут через двадцать впереди показались серые стены и кровля аббатства, и узкая тропинка, идущая в обрамлении густых и высоких кустов лещины вдоль древней стены. Мне пришлось несколько раз низко пригибаться в седле, уворачиваясь от коричневых ветвей. Кот недовольно посмотрел на меня и, спрыгнув на землю, исчез в зелени кустов. Ехать на лошади становилось все более неудобно, и, в конце концов, мне пришлось спешиться и идти по тропинке пешком, взяв лошадь под уздцы. Судя по мягким ударам ног о землю и негромкому бряцанию металла уздечек, остальным тоже пришлось спрыгнуть с лошадей. Наконец я дошел до угла серой стены, повернул и наткнулся на замершего и угрожающе пригнувшего голову к земле кота. Сбоку, толкнув мою лошадь, из зелени выбрался Шурка и сразу поинтересовался, чего это мы застыли. Тут все и началось.
Из приоткрытых ворот аббатства, негромко переговариваясь, вышли трое. Как мне показалось, они были типичными наемниками. Ну, знаете, поцарапанная и потертая кожа курток и безрукавок, потасканные, выцветшие до серого цвета сапоги, мечи в простых ножнах, неспешные и скоординированные движения, что еще… Вся манера поведения говорила, что это опытные, тертые в разных ситуациях люди. Они и повели себя как опытные воины. Разом, по-волчьи, повернулись к нам, потом один из них спокойно поднял откуда-то взявшийся арбалет и равнодушно выстрелил в меня. Нас разделяло едва ли более метров тринадцати-четырнадцати, целиться, считай, и не нужно. Я, не буду врать, несколько оторопел от такой деловитости… Впал в кому, короче…
А он не попал… Точнее, ему не дали попасть.
Моя черная дымка, мой хвост, любовно восстановленный на Задаче, бросил черный клубок тьмы навстречу тяжелой стреле. Она исчезла. А нападать сами мои темные доспехи пока не умели. Впрочем, тут было кому…
Лорд еще пластался в прыжке, как Олеся завопила: "Бо-о-й!!" Я повернулся, сделал подшаг и перекрыл к ней директрису арбалетной стрельбы своей дымкой. Олеся упала на колено под мою левую руку, и в ее руках медленно задергался автомат: "Га-а-х, га-а-х, га-а-х"… Плавно летели вверх отработанные гильзы, неспешно взад-вперед ходил затвор… Время как будто замедлилось, вокруг немного потемнело, или дымка вокруг меня сгустилась? Пули очереди ударили по кожаному колету наемника, его повело назад. Лорд прыгнул ему на грудь и взрезал когтями горло противника. Оставив в воздухе облачко кровавых капель, труп медленно заваливался за спины двух других наемников. "Эт-о-о ма-а-г!" заторможено заорал один из них.
Но я не был магом. Магом был Шурка. Пророкотав, что-то выскочило из его рогульки-артефакта, и на месте двух воинов завертелось белое пламя. Из него послышался дикий крик. Пламя опало, открывая одного воина улепетывающего к воротам аббатства. Вокруг него еще висел радужный пузырь амулета, пошедший от пламени фенриха клочьями. Второй наемник рассыпался жирной черной головешкой… Кот, поджав хвост, брызнул от волшебного пламени в кусты. И тут из ворот выскочило еще четверо. Один из них вскинул руку, и раздался гром.
Над нами пронесся тягучий громовой удар… В меня врезалось какое-то белесое марево… В ушах тонко запищало. Краем глаза я заметил, что Шурку снесло как от удара бревном. Как озарение мелькнула мысль – так у него же капсула! Моя капсула у врага! Справа от меня, прямо через кусты, пригнувшись к шее коня, проломился граф Фенриз. Без шляпы, в руке длинный кавалерийский палаш. Он что-то злобно визжал, скаля зубы. Маг противника чуть повернулся, улыбнулся, и на месте коня графа встало пламя. Конь дико закричал… Этой секундной заминки мне и хватило… Я неспешно поднял пистолет, тщательно прицелился и дважды нажал спуск. Вбитая тренировками, стукнула привычная "двоечка". Маг посмотрел себе на грудь, удивился, и упал ничком. Из огненного клубка вырвался взбешенный Фенриз. Видимо, у сына маркграфа с защитными амулетами тоже было все хорошо. За Фенризом, пригнувшись в седлах и выставив пики, из кустов вылетели два озлобленных кавалериста. Впереди, у старых ворот аббатства, залязгала острая сталь. Стрелять было нельзя…
Я повернулся к Олесе. Она невзрачной кучкой лежала в двух шагах от меня. У меня остановилось сердце… Упав на колени, я осторожно взял ее на руки. У Олеси чуть дрогнули ресницы. Под телом девушки, жутко оскалившись, лежала мертвая Леди…
–"Скаф", что с ней? Сделай же что-нибудь…
–Она попала под удар мага, вооруженного твоей капсулой… Её кошка своей силой, как могла, закрыла Олесю, взяла на себя часть заклинания… Поэтому девушка до сих пор и жива. Она умирает, Афоня… Я не могу ее спасти…
–Не-е-е-т!!! – я поднял к небу голову и завыл. – Проклятая планета, проклятые капсулы, проклятая война! Не-е-т! Шарик, ко мне!!
Перед воротами, там, где сейчас лязгало оружие, и умирали оставшиеся без мага наемники, с хлопком проявился Шарик.
–Одного живым, граф! Присмотри тут! – успел я крикнуть, устремляясь к шару. – В башню, в подвал, Шарик! Быстрее, быстрее, ну!
Миг – и мы в подвале архимага.
–А теперь слушай меня, "Скаф"… – я с ненавистью посмотрел на серебристый шар. – Тут была полноценная станция… Значит, есть еще уровни. И есть медцентр… Есть диагност и реаниматор. Ищи, "Скаф", ищи, как никогда не искал. Пошел…
"Скаф" немного повисел около меня, как будто ожидая других команд, а потом привычно заложил круг по терминалу. Я прижал Олесю к груди. Она коротко вздохнула. "Скаф" замерцал возле ничем не примечательного участка стены. Потом раздался глухой удар и на мраморный пол посыпались обломки камня. В стене появился неаккуратный пролом, за которым была темнота.
–А теперь – ищи медцентр, "Скаф"!
Глава 15.
"Скаф" молча исчез в темноте. Подождав минуту, я, расшвыривая ногами обломки каменной облицовки, осторожно и неуклюже пролез в пролом. Каким-то шестым чувством здесь ощущалось большое пространство. В нем было тихо и темно. Пахло… пахло, пожалуй, не пылью, а запустением и отсутствием человека. Я поудобнее перехватил Олесю. Руки начинали ныть и затекать. Куда же идти? Вроде у Лома было направо и вниз… Вот черт! Ничего же не видно.
Вдруг по ушам резанул громкий и неприятный звук. Как от лопнувшей гигантской струны. Ну, вы знаете – так в фантастических фильмах в больших и темных помещениях с распредщита включается электрический свет. И из темноты проявляется очередная Мила Йовович с огромным пистолетом в руке, вся залитая чужой кровью, а напротив – огромная толпа молчаливых зомби. Привет от Андрюшеньки Круза, ага! Так вот, никого в зале не было, не переживайте. И так дела хуже некуда… Вон, вроде, лестничный марш проявился. Мне туда… Олеся едва слышно вздохнула. Сейчас, девочка, сейчас… На хромированных перилах из глубины марша появился резкий свет, и "Скаф" снизу крикнул мне: "За мной! Скорее!"