Испытание (СИ)

В какой-то момент досталось и Семёну Терентьевичу. Кто-то из девушек неудачно швырнул десерт, отчего крем пирожного попал на рукав пиджака старшего целителя и в лицо. Похоже, это подействовало на него отрезвляюще, и целитель начал действовать. Мощная волна успокоительной энергии накрыла всех нас, и через минуту все сидели на своих местах, переводя дыхание. Да, Писемский сколько угодно может быть скользким негодяем, но это не отменяет того, что он сильный целитель.
  
— Вопиющая бестактность и отсутствие манер, — твердил Писемский, пытаясь привести в порядок одежду. — Признаться, мне за вас стыдно. На сегодня считаю наше мероприятие оконченным. Даю вам время подумать над своими действиями.
Что-то мне подсказывает, что Тихомирова больше не получит приглашение на встречу талантливой молодёжи. Мокроусова Семён Терентьевич переубедит, Анисимова, думаю, тоже уболтает. А вот на наш счёт есть большие сомнения. Хотя, не удивлюсь, если Паук примет обратную сторону, и вычеркнет из своего списка Ключникова и Маевскую. Тогда для Макса это будет полный провал.
Что же, Писемский посеял зерно раздора, добился определённого успеха, вот только он не ожидал, что плоды зацепят и его самого. То ли ещё будет, когда мы нанесём ответный удар!
  
Глава 11
 
Крах Паука
 
На следующий день Писемского ждал новый удар. Кто-то из гостей кафе снял потасовку на видео и опубликовал в общем доступе. Разумеется, это видео быстро распространилось среди сотрудников больницы.
— Костя, ты меня покорил своим спокойствием, — признался Радимов. — А этот смех в конце не оставляет равнодушным.
Но была у этого видео и другая сторона.
— Не ожидала от тебя, Дорофеев! — заявила Михайловна, впервые на моей памяти назвав меня по фамилии. — Якшаться с Пауком после всех подлостей, что он сотворил — последнее дело.
Что поделать, иногда приходится побыть антигероем, чтобы достичь более важной цели.
— Срочно приготовить операционные, — дал команду Радимов. — Давка на несогласованной акции в Сквере Дружбы, много пострадавших.
— Что там случилось? — поинтересовался Ключников.
— Максим, если есть желание, можешь сам пойти и посмотреть, — одёрнула парня Сарычева. После ситуации с Мариной старшая целительница затаила обиду на Ключникова. А недавнее видео с собрания Писемского только подогрело обстановку. Теперь на всех участников смотрели косо, как на его сообщников, а Нина Владимировна вообще чувствовала себя в окружении неприятелей, ведь в бригаде помимо самого Семёна Терентьевича были три его возможных сподвижника.
Выяснять отношения не осталось времени. Я отправился в операционную с Ниной Владимировной, а Радимов взял себе в ассистенты Писемского. Думаю, так он решил немного разрядить ситуацию и помешать Семёну Терентьевичу шпионить за старшей целительницей. А заодно у заведующего была возможность лично присмотреть за проблемным сотрудником.
В процедурную отправились Ключников с Анисовым и подоспевшие на помощь Жилин, Сладкова и Тарасов. Причём, Николай Юрьевич забрал Родиона и отправился встречать пострадавших прямо в приёмном покое. Учитывая, что в процедурной двух пациентов принимать всё равно не выйдет, а оказать помощь в смотровой комнате вполне реально, это было хорошим решением.
Первого пациента доставили в операционную как только мы подготовились. Диагностика показала перелом рёбер, многочисленные гематомы по всему телу и сотрясение мозга.
— Костя, лекарствами в сон его отправлять нельзя с сотрясением, — заметила Нина Владимировна. — Возьми на себя эту задачу. И традиционно на тебе анестезия и насыщение энергией. Справишься?
— Без проблем, — пообещал я.
С целебным сном нужно быть осторожным и внимательно следить за тем, чтобы подавленные нервные центры не спровоцировали проблемы. Не хватало ещё загнать пациента в кому.
Восстанавливать грудную клетку было непросто, но Сарычева работала не первый год и делала всё правильно. Её движения были отточены сотнями подобных операций. Там, где я провозился бы часов шесть, старшая целительница справилась за три.
— Сделали всё, что было в наших силах. Теперь ему нужен покой и прочный корсет. Здорово повезло, что обломки рёбер не зацепили внутренние органы. Можно переводить в отделение, а вечером проведём повторную процедуру.
Когда санитары вывезли каталку из операционной, Нина Владимировна строго посмотрела на меня.
— Костя, отделение ждут непростые времена. Выбирай на чьей ты стороне.
— Я сторону не меняю. В любой ситуации я был и остаюсь сторонником Егора Алексеевича.
— А как же собрания у Писемского?
— Придёт время, и вы всё поймёте, — ответил я, не вдаваясь в подробности.
Следующий пациент был сильно взволнован, когда его доставили в операционную. Ему не терпелось поделиться пережитым. Пришлось позволить ему высказаться, чтобы он выплеснул чувства и немного успокоился, а заодно дождаться, когда подействует успокоительная волна.
— Как вас угораздило впутаться в эту историю? — вздохнула Нина Владимировна.
— Знакомая позвала послушать выступление провидца Антония, но я не рассчитывал, что будет так много людей. Пришло около пяти тысяч человек, все желающие не смогли поместиться. Многих прижали к металлическим ограждениям и едва не размазали, а когда хранители порядка прибыли на место стихийного собрания, чтобы разогнать толпу, начались столкновения с полицией, многие люди поспешили убраться подальше, чтобы их не задержали за сопротивление, и в этой лавке кого-то затоптали, других вытолкали за ограждения.
— А что с вашей знакомой?
— Я потерял её в толпе. Мы хотели спрятаться под припаркованной машиной, но её перевернули. Попытка подсадить её и помочь перебраться через ограждение обернулась провалом. Когда меня прижали к ограждению, толпа унесла её дальше.
— Зачем вообще вам понадобился этот провидец? — проворчала Нина Владимировна.
— Откуда мне знать? Я впервые оказался на встрече. Но люди идут за ним, ему фанатично верят. Они считают, что ваш дар скоро иссякнет, и спасение можно найти только в технологиях.
— Никак артефакторы затеяли революцию, — пробормотала Сарычева. — Либо очередной проходимец пытается нажиться на доверчивых людях, но я не верю, что всё так просто. Как бы один человек мог собрать многотысячные митинги? Здесь не обошлось без серьёзной поддержки.
— В полиции разберутся, — предпочёл я замять скользкую тему.
Я отлично помнил парня с вокзала, который раздавал листовки. Меньше, чем за год этот Антоний собрал больше пяти тысяч последователей в Градовце. Не удивлюсь, если и в других городах его поддерживают также горячо.
Уже потом я узнал, что провидца задержали за несанкционированное мероприятие, которое привело к гибели одиннадцати человек и травмам различной степени тяжести ещё у пятидесяти четырёх участников. В этот день нам пришлось провести в больнице шестнадцать часов. К счастью, хотя бы в операционной нас быстро сменили коллеги из второй бригады, а мы взяли на себя заботу об отделении. И куда тут ещё работать в частном кабинете? Если вообще не спать, то ещё можно. Но тут появляется другая проблема — энергии попросту не хватит, чтобы работать ежедневно по двенадцать часов и больше.
— Костя, хорошо, что я тебя застал! — обрадовался Жилин, встретив меня в коридоре. — Мы с Таней приглашаем тебя на свадьбу. Разумеется, вместе с Лерой.
— Благодарю! Примите мои поздравления. Когда торжество?
— Через неделю. В десять утра встречаемся возле нашей квартиры, остальное сообщу позже.
— Погоди, как через неделю? Два месяца нужно ждать после подачи заявления. Вы хоть в управу ходили?
  
— У нас особый случай, — уклончиво ответил парень. — Нам пошли на встречу и пообещали расписать через месяц. Три недели уже прошли. Мы просто не хотели говорить раньше.
— Пашка, вы же целители. Куда спешили?
— А кто сказал, что мы спешили? — нахмурился парень. — Мы осознанно пошли на этот шаг. Год отработки у Танюхи уже есть, ещё пару месяцев поработает, и в декрет, а потом остальное дорабатывать будет. Когда жить, если не сейчас, Костя?