Некромаги (СИ)

Я глубоко вдохнула. Просто химия? Просто влечение к привлекательному мужчине? О нем, как о человеке я знала слишком мало, чтобы дать себе трезвый ответ на вопрос — кто такой Нольд? Не знаю. Но голова шла кругом…
 Глава одиннадцатая 
 
— За ум взялась?
— Последняя методичка в мозг не влазит, решила здесь поработать, а не в корпусе.
Парень не пришел, а девушки были в субботу к восьми на месте. Элен, судя по улыбке, одобрила мое проявившееся рвение к учебе. Офисные здесь — уже работники, не практиканты как я, а выпускники. Только-только с дипломом и первый год в Инквизе — это их стажировка перед распределением. Сюда на работу не просто попасть даже тем, кто учится специально, отбор сильный, вакансий мало. Можно сказать, что Варита, Элен и парень, имя которого было таким сложным, что я его забывала, самые сливки с университета.
После того, как сухо оговорили вчерашнее, разговор отвлеченно перескочил на цели. Вернее, это я подгадала так, чтобы получилось не нарочно, а на самом деле спросила каждую из девушек — зачем они пошли в Инквиз?
Элен ответила:
— Хочу изучать некромагов. Я изначально с медицинским уклоном направление выбрала, мечтаю продвинуться в исследованиях регенерата.
— А я хочу их ловить. Они страшные и опасные.
На Вариту со вчерашнего дня смотрела с осторожностью. Она сидела лицом ко мне, но в поле зрения все равно попадала призрачная ладошка на плече и макушка у шеи. Было жутко, что покойница шевельнется.
— Они тебе лично что-то плохое сделали? Или ты на убеждениях о чистоте мира?
— Не хочу об этом говорить.
Я быстро кивнула:
— А я по психологии иду. Хочу их узнать: особенности поведения, восприятия, способы общения и адаптации.
— Они грязь, а не люди. Копаться в мозгах — много чести.
— Варита, это для того, чтобы их лучше вычислять. Тебе же в помощь. — Откликнулась Элен. — Памятку учила? Они могут выдать себя поведением.
Немного еще поболтав, девушки ушли с головой в бумаги, а я погрузилась в свои размышления. Через час пришло сообщение с номера «четыре» — «я проведать, не соглашайся». Только оторвала глаза от экрана, как приоткрылась дверь и показался в проеме Вилли. Исчез, но вернулся с тремя стаканчиками кофе из автомата и раздал нам:
— Угощайтесь.
Элен фыркнула:
— Захотел бы угостить, спросил бы кто какой любит — я пью сладкий.
— Ворчунья какая, — он достал из кармана квадратные пакетики с сахаром.
— И долго ты их в штанах мусолил?
— От автомата только что захватил. И сухие сливки тоже, как раз на любой вкус.
Вилли или на самом деле не обижался, или по-настоящему не видел, как неласково с ним разговаривает Элен.
— Обаяшка, я сегодня на внеурочку вышел. День короткий, пойдем гулять?
— А ты можешь за меня тест по электронке сдать со всеми правильными ответами?
— Нет.
— Тогда не соблазняй прогулами. Я не хочу вылететь сразу же после первого теста.
— А, так значит дело в занятости, а не в том, что я тебе не понравился?
— Не дави.
Он хитро подмигнул и исчез.
— Вот ты язва, Элен. Человек кофе принес. — Варита подала голос от своего стола. — Вилли такой безобидный и даже милый, не его вина, что он не обладает харизмой как у господина Нольда.
— У господина Нольда не харизма, а что-то странное. Если к нему долго близко не подходить, влияние спадает, только за пару шагов…
— Ильд, Катто, через час будьте в клинике, вот пропуска. Сегодня оттуда запрос, постажируетесь.
Я уже уши навострила и спину в струнку вытянула, ловя каждое слово, но зашел куратор, и дальше девушка ничего не продолжила.
* * *
Клиника находилась далеко, но в черте города. Огромное здание, с огромной территорией всяких низких построек. Не ждала наивно, что Троица будет встречать у входа, но оказалось, что пришлось терпеть больше, чем рассчитывала. Смрад в помещении охраны, скуку в промежуточных передержках, пока оформлялись дополнительные внутренние пропуска, экскурсию сотрудника-консультанта… и только после обеда нас с Элен развели по разным веткам клиники, отправив меня в кабинет для знакомства с молодыми психологами — стажерами третьего года Инквиза.
 
Через полчаса одного куда-то вызвали, через двадцать минут второго, и когда я осталась в одиночестве, объявился Троица.
Халата на нем не обнаружилось, он по-прежнему был в элегантном сером костюме, при галстуке и дорогих туфлях. Хоть сейчас на симпозиум высоких умов международного медицинского собрания. Мужчина улыбнулся одними глазами и быстро махнул ладонью, одновременно с этим посмотрев на часы:
— Через двадцать минут начнется.
Быстро пройдя по коридору и спустившись в цокольный этаж, Троица завел в неуютную процедурную, вежливым тоном скомандовав:
— Разувайтесь, и одевайте это поверх. Маску, шапку, бахилы — торопитесь. Слушайте внимательно.
Я слушала и облачалась, запоминая нехитрые детали короткой легенды. Но когда он забрал обувь, пояс с телефоном и сигаретницей, и запер снаружи, чуть-чуть обдало страхом. Оказаться в застенке…
Свет вырубился. В потемневшей процедурной, с двумя кушетками, ширмой и шкафом, я могла только слышать, что за дверью шаги. А наблюдательное окошко в коридор замельтешило фигурами. Видно, хоть и очень сумеречно. Там, снаружи, включились красные тусклые лампы.
Засов лязгнул, внутрь завели человека.
— Жди здесь.
Незнакомец в синем балахоне встрепенулся, развернулся обратно, но натолкнулся уже на захлопнувшуюся створку:
— Мне не сюда! Подождите!
Пытка, он прав. Два половозрелых некромага в комнате, мужчина и женщина… и я едва не закашлялась от резкого неприятия. Мы одновременно с ним заняли два угла по диагонали, постаравшись быть друг от друга так далеко, как возможно.
— Изверги… знают же, что нельзя.
Да, но Троица все сделал нарочно — будь невольной сокамерницей женщина, она не поверит на слово, что я сородич. А мужчина — чует это всем своим существом.
Начала врать, стараясь голос сделать повыше, как детский:
— Ты кто? Как тебя зовут? Ты можешь мне хоть чем-нибудь помочь, пожалуйста?
— Чем мы здесь друг другу поможем?.. Я — Алент.
— Иза… я тут неделю, держат без света и воздуха. Только кровь берут и… страшно.
— Привыкнешь.
Всхлипнув, с паузами от рвотных позывов, нашептала: попалась на юге, а привезли сюда. Выявили, что я отличаюсь от остальных наших — регенерат слабый, восприимчива к бактериям. Говорят, что тут жить можно, как в санатории, и скоро переведут, только обследуют тщательно. Но я на волю хочу! Я обратно хочу! Это вот все не может быть правдой!
— Успокойся, Иза. Живем не по-скотски… — передохнул, подышал в косяк. — Что у них там за чп… электричество вырубилось, а мне на тренажер заново потом? Великий Морс… сунули не глядя, еле дышу…
— Алент, до нашего края слух дошел, что здесь особая сестра появилась и она всех нас спасет. Что она настоящая дочка праотца и у нее сверхспособности… Это правда? Скажи, что правда, потому что другой надежды нет.
— Правда.
— Кто она? Где она? Когда освободит?!
— Не ори, дура. Никто не знает, где она — смогла сбежать и исчезла, но… — Алент продышался, а я догадалась, что паузу взял, взвешивая решение — говорить или нет. Зашептал: — Слушай внимательно, и не отчаивайся. К нам недавно собрат попал, новенький, от него новости. Вольные объединяются. Если ты с юга, то до туда могло еще не дойти — это новое становление. А златовласка принесет эволюцию в способностях, понимаешь?
— Нет. Не понимаю — как?
Мы замычали оба, сдерживаясь. У меня закрутило не только желудок, но и кишки — так захотелось вывернуться на изнанку. Алент долго молчал, а потом с сожалением хрипнул:
— Я не знаю много, нас же с женщинами не держат… Иза, переведут на общий режим, найди в санатории Таис. Она лучшая подруга Златы, и расскажет больше.