Я пришел за тобой

Я все так же должна была быть подле Грегора, даже пока я ходила в туалет, он стоял рядом с кабинкой и караулил. Видимо, вероятность того, что противник разгадал наш план, он не исключал.
А потом они с Крафтовым допрашивали Лобковского. Помнила рассказы Грегора и ожидала, что тот будет вести себя, как злой, неразумный фанатик. Но… этот пожилой мужчина оказался куда разумнее. Сидя в кресле неподалеку, я наблюдала за его невозмутимым строгим лицом, и думала, что в нем есть и сила, и ум.
  
Он с достоинством принял поражение и спокойно подписал какую-то магическую «капитуляцию». Более того… Грегор сумел донести до него, что он и его маги — оказались марионетками в руках некоего неведомого манипулятора, который знал, что посылает их на убой.
Вот тут лицо Лобковского стало злым, но я сразу поняла, что не на Грегора, а на неведомого манипулятора.
— Я уже понял. Он просто кинул нас умирать тысячами в твоем огне. Мы не знали, на что идем. Он — знал, уверен. И я даже благодарен тебе, дракон, что ты… пощадил моих людей.
А жизни его людей ему не безразличны, подумал я. Еще одно очко в пользу старого мага.
— И кто же он такой? — с интересом спросил Грегор.
— Если бы я знал! — так же зло сказал Лобковский. — Идеи порабощения оборотней и прочее… Навязчивая идея заполучить силу дракона, словно ниоткуда появлялись в нашем Совете. Председатель — глава магов США Джеймс Гаудворт — просто озвучивал их, как данность, а мы были … почему-то согласны. Они очень хорошо падали на наше желание направлять и пасти это стадо — то есть людей.
— Что же, в таком случае, думаю, нам стоит прогуляться к вашему Председателю, — вежливо улыбнулся Грегор. — Как вы насчет того, чтобы полетать на драконе? Если, конечно, вы подпишите вечный мир между магами и оборотнями России. И принять нашу сторону — хотя бы временно.
— Это непривычная мне идея, — усмехнулся Лобковский. — Но я верно понимаю, что другого выхода у меня нет?
— Совершенно верно, — серьезно сказал ему Крафтов. — Либо мир, либо война, в которой вы уже проиграли.
И … как бы я не злилась на Грегора и компанию, ощутила восторг, когда Крафтов и Лобковский поставили вспыхнувшие огнем подписи на каком-то документе. Исторический момент. Маги и оборотни впервые за сотни лет заключали мир и «договор о невмешательстве с возможным сотрудничеством», как назвал это Крафтов.
И ведь… если подумать, это стало возможным благодаря Грегору.
И тут мой телефон дернулся в кармане от вибросигнала. Я взглянула на экран.
«Хочешь увидеть своего друга живым — иди в туалет», — смс пришло с неизвестного номера. У меня похолодело внутри. К тексту прилагалась фотография. На ней большой, похожий на пса волк, скорчился на земле в блестящих магических путах.
«Чтобы снять морок, достаточно один раз обернуться…» — вспомнились слова Эрми. На них напали, Ник обернулся, стал собой, но не смог победить.
И теперь этот гад шантажирует не Грегори мной, а меня — Ником. Простой расклад. Нас переиграли.
Я знала, что вслед за этим шантажом будет второй, более опасный шантаж, где заложницей стану уже я.
Сердце разорвалось надвое. «На войне приходится рисковать не только своей жизнью, но и жизнью друзей…». Да, проклятье! Я знаю, как поступить правильно. Что я должна рассказать все Грегору, что должна… дать Нику умереть в руках неведомого поддонка, чтобы этот самый подонок не получил драконью силу и не поработил мой мир.
На кону весь мир!
Но как, как я могу пожертвовать жизнью своего Ника, своего друга, своего оборотня… Как?!
Я сжала зубы. Я отправлюсь в туалет. Пусть меня возьмут в плен, или что он там собирается сделать. И … дальше, когда я добьюсь, чтобы Ника с Криппи отпустили, я найду способ умереть.
Пусть ценой за мой мир будет не жизнь Ника, а моя жизнь.
Я с тоской бросила взгляд на Грегора. Нет, я верю… верю, что его сердце уже ожило! Что моя недолгая любовь воскресила его. А, значит, он проживет тысячи лет. Будет помнить меня, страдать. Но однажды… просто забудет. Ведь нельзя помнить вечно, рано или поздно все раны затягиваются.
Я незаметно покопалась в сумочке. Из острых предметов была только пилка для ногтей. Я переложила ее в карман. Может пригодиться. Хотя… это будет очень больно. Наверно.
Жаль, что печать Грегора еще не дошла до моего сердца, и я все еще беззащитная девушка.
Глава 37
Я поднялась на ноги. Очевидно, что Грегор не пустит меня никуда одну. Он опять будет стоять возле туалета и ждать, когда я выйду. Но, видимо, это и нужно похитителю: просто, чтоб я оказалась одна в кабинке.
Я поежилась, подумав, что меня ждет. Господи… Неужели все закончится именно? Неужели я иду умирать?
Да еще вопрос, дадут ли мне умереть…
Я сжала кулаки, будучи не в силах решиться окончательно, и в этот момент произошло сразу два события.
Первое — Грегор посмотрел на меня, мы встретились взглядами. И я поняла, что ничего не выйдет. По внезапному гневному блеску его глаз разгадала, что он если не прочитал мои мысли, то хорошо их почувствовал.
Он сделал шаг ко мне.
Второе — в этот момент у него прозвонил телефон, заставил его остановиться.
— Да, Тина! — услышали мы все.
Что-о, пронеслось у меня! Тина?! Значит, звонит Ник? Или все же неизвестный негодяй, к которому попали в руки Ник и Криппи звонит, чтобы выдвинуть требования?
Я бросилась к Грегору, встала рядом там, чтобы слышать голос, звучащий у него в трубке.
Это был Ник. Он смешно копировал женский голос, но всякий, кто знаком с этим оборотнем, узнал бы его.
— Грегор, дорогой, — чуть издеваясь, говорил Ник. — Мы с Ником так и гуляем, уже почти дошли до скал. Нам скучно, мы тоскуем по тебе и Анжеле. Ах, знаешь, мы видели нескольких странных людей тут, может быть это злоумышленники! — так Ник явно давал знать, что они видели тех, кто, возможно следит за ними.
Грегор улыбнулся и сказал в трубку:
— Мы продолжаем операцию. Скоро буду, милая моя, как только освобожусь. Да, да, Анжела прилетит со мной… Конечно.
А мне захотелось истерически засмеяться. Я обессилено оперлась рукой на спинку стоявшего рядом стула.
Идиотка, паршивая дурочка, чуть не поставившая все под удар. Чуть не пожертвовавшая всем своим миром. Да, прав был Грегор и остальные, когда не говорили мне, что задумали на самом деле.
Я действительно слабое звено. Самое слабое. К тому же глупое.
И все же… Я испытывала облегчение. С Ником и Криппи все в порядке. Противник ведет другую игру, это была провокация, проверка. Никто пока не умирает. И мне не обязательно умирать.
Я подняла телефон повыше и поглядела на фотографию связанного волкопса. В этот момент Грегор взял меня руками за плечи и развернул к себе. Тоже посмотрел на фотографию.
— А теперь объясни мне, Анжела, что это, и что ты собиралась делать… — жестко сказал он, взгляд его блеснул пониманием, когда он увидел картинку. — Пойдем-ка, поговорим!
Под слегка удивленными взглядами Крафтова и Лобковского он буквально вытолкал меня за дверь.
Я не сопротивлялась. Сама показала ему фото и смс.
— Монтаж, да? — спросила я. — Очень хороший, видимо. Я поверила.
— Проклятье! — зарычал Грегор. — Ты поверила не потому что не знаешь про монтаж, а потому что тряслась за Ника с Криппи! Вот поэтому мы ничего тебе не говорили. И что ты собиралась делать, позволь узнать? Пойти «пописать»?!
Драконьи глаза загорелись неприкрытым гневом, а мне захотелось рыдать от осознания собственной глупости.
— Я … идиотка, да, Грегор… Мне нет прощения! Я хотела… ну пойти, дать себя похитить, чтоб отпустили Ника с Криппи, и потом…
  
— Да, и что потом? — Грегор испытующе поглядел на меня, с силой сжимая мои плечи.
— Сломаешь кости идиотке — легче точно не станет. Все равно придется лечить, — грустно усмехнулась я, и он ослабил хватку. — Ну что хотела…? Подставиться, дать себя убить, или самой… как-то. Чтобы он уже никогда не мог шантажировать тебя мной. Пожертвовать собой, а не кем-то из вас.