Совершенные. Эхо Равилона

Но я не позволил. Усилием воли я заставил скверну снова исчезнуть.
– Унеси печенье, Мальва. Я не люблю сладкое.
Уголки девичьих губ скорбно опустились.
– Но оставь чай.
– Значит… вы позволите служить вам, господин?
Она вспыхнула, глаза засияли. Красивая девушка. Не удержался и тронул выбившуюся светлую прядь. Такая мягкая…
– Да. – Я отдернул руку и отвернулся. – Но при одном условии, Мальва. Ты можешь не соглашаться, если не хочешь.
  
Она облизала губы, уже призывно.
– И что это за условие, господин?
***
Ночью Аманда решилась еще раз выпустить фантом. Это было рискованно – слишком часто гулять вне тела опасно и губительно, но архиепископ желала убедиться, что ее план работает. Демонический консорт пронесся по этажам и проник в комнату служанки.
– Мальва! Ты что делаешь? – не сдержалась в карцере Аманда.
С радостной улыбкой горничная подняла портняжные ножницы, оттянула прядь волос и щелкнула лезвиями. На ее лице расцвела улыбка.
– Он разрешил остаться. Он разрешил мне приносить чай! При одном условии!
Еще одна прядь белым пухом полетела на пол.
– Никаких заигрываний. Никаких волос.
– Мальва, стой!
Аманда ощутила, как фантом колеблется, угрожая разрывом связи, и сделала несколько глубоких вздохов, заставляя себя успокоиться.
– Стой! Не трогай свои волосы! Я запрещаю тебе их резать! Ты слышишь? Хватит!
Не реагируя на ментальные приказы, которыми ее осыпали, и продолжая радостно улыбаться, горничная срезала все волосы на своей голове, оставив лишь короткий колючий ежик. Потом решительно сгребла срезанные пряди и кинула в мусорное ведро.
Аманда в карцере до хруста сжала кулаки. Что ж, разрушитель оказался крепким орешком и сходу уничтожил главную приманку.
– Ничего, – возвращая фантом, решила архиепископ. – Это лишь начало.
 
Глава 7. Кассандра, единственная и неповторимая
 
Глава 7. Кассандра, единственная и неповторимая
Свалившись на песок, который снова почернел, мы с Джемой некоторое время лежали, с хрипом втягивая жаркий воздух. Каналы, фонтаны и зелень Равилона снова остались в прошлом. Мой Дух разорвал Темное Эхо.
– У нас что же, получилось? – отдышавшись, Ржаник села. – Вот это да! У нас получилось! Вэйлинг, мы сделали это!
– Точно. – Я тоже поднялась. С моей одежды все еще текла вода, но сейчас это лишь радовало.
– Нет, ну это надо же! До сих пор не верится! Кэсс, да ты настоящий головорез! – Джема рассмеялась, и я, не сдержавшись, тоже. – Как ты вытащила свой кинжал и ринулась к дому! Святой Мирадий, это невероятно! Мы действительно побывали в Темном Эхе и… вернулись?
Мы посмотрели на обугленную стену – все что осталось от прекрасного строения с внутренним двориком, где цвели олеандры и прогуливались павлины. Огненный шар, летящий из протуберанца, похоже, угодил прямо в сердцевину этой улицы. Я покачала головой, не желая об этом думать.
– Все благодаря твоему расчету, Джема. Ты и правда редкая умница.
Рыжая снова засмеялась. А потом, встав, неожиданно протянула руку принцу.
– Я бы не вывела верные координаты, слишком много неизвестных. Но благодаря знаниям и помощи принца, у нас все получилось! Благодарю, Ваше Высочество! Вы необычайно талантливы.
Юстис, сидящий на песке, внезапно смутился. Если бы на лице серого Духа были живые краски, мы наверняка увидели бы румянец. Медленно поднявшись, принц прижал свою ладонь к руке Джемы, и они изобразили рукопожатие. А потом Юстис мотнул головой и указал на девушку, ясно давая понять, что вся слава должна принадлежать лишь ей.
Я хмыкнула и потянула сверток.
– Ладно, давайте посмотрим, что у нас за улов. Опиум, да подожди ты!
Отогнав крысеныша, который уже скреб лапками, пытаясь добраться до содержимого свертка, я потянула узел. Судя по всему, Джема просто сдернула скатерть, завязав в нее все, до чего успела добраться, и что было на столе.
– Что тут у нас? Ого! Неплохо!
Добыча порадовала: пиала с инжиром и орехами, ветка винограда, плошка с вареной крупой, сдобренной кусочками молодого сыра, и маленькие коричневые шарики, названия которым я не знала.
– Это булгур, а это фалафель, – помогла сияющая Джема, указав на крупу, потом на шарики. Удачная вылазка в Эхо изрядно приободрила девушку. – Нут, зелень, масло и специи. Я слышала, это вкусно.
Она осторожно взяла один шарик и сунула в рот. Закрыла глаза и несколько мгновений сосредоточенно пережевывала.
– Ну как? – не выдержала я.
– Это… потрясающе!
Я тоже взяла непонятный коричневый комок. Потрясающим его можно было назвать лишь с большой голодухи, собственно, так оно и было! Опиум оказался умнее нас с Джемой и сразу схватил орехи – в обе лапы и парочку за щеки. Не крыс, а настоящий хомяк! Впрочем, я была готова отдать зверенышу все вкусности, все-таки это он подсказал мне решение.
– А вода?
Сунув в рот финик с инжиром и мыча от удовольствия, рыжая ткнула пальцем в кувшин. Я полюбовалась изящной вытянутой формой и красивым синим цветом сосуда. На миг он напомнил мне о человеке в мантии, который стоял под пальмами. Холодок коснулся шеи. Я обернулась, на секунду поверив, что странный мужчина все еще здесь и может увидеть наше пиршество. Но, конечно, среди развалин никого не оказалось. Только черный песок, камни и наша странная компания. Я мотнула головой. Почему испугалась? Какая мне разница, кто смотрел на меня в Эхе. Тот человек уже в прошлом – во всех смыслах. А может, мне и вовсе почудился его взгляд, ведь лицо незнакомца скрывал капюшон!
Я откупорила пробку кувшина, в нос ударил острый пряный запах.
– Вино! Ржаник, ты стащила вино, а не воду!
– Да откуда мне было знать! – Джема тоже понюхала напиток и скривилась. – Схватила первое попавшееся. Времени не было проверять, что внутри!
Юстис, сидящий на песке, демонстративно фыркнул. Ему, в отличие от нас, не требовались пища или вода, хотя я уловила грусть, с которой он наблюдал за нашей трапезой.
– Хорошо, что наглотались воды в канале. – Я сделала осторожный глоток. Вино оказалось терпким и отдавало незнакомыми пряностями. Джема тоже попробовала. Ее взгляд тут же поплыл, и я предупредила: – Осторожно. Ты ослабла, Ржаник.
– А ты даже не обгорела, Вэйлинг. – Язык девушки стал заплетаться. – Меня это так… удивляет. Не знала, что золотой браслет дает столько преимуществ. Еще глоточек!
Она снова приложилась к сосуду. Мы с Юстисом переглянулись, и принц нахмурился. Я отобрала у Джемы кувшин.
– Пересидим жару в тени и двинемся. У нас теперь есть еда, но увы, по-прежнему нужна вода, значит, придется снова наведаться в Эхо. Но прежде надо отдохнуть. Я не уверена в том, как часто смогу проделывать этот трюк.
Джема привалилась к камням и прикрыла глаза.
– Никогда не думала, что доведется увидеть подобное, – произнесла она.
– Темное Эхо?
– Его уничтожение. Знаешь, Кассандра, в Нью-Касле я безумно тебя ненавидела. Когда именно ты получила золотой браслет. Думала, что ты его недостойна, и нейропанель должна достаться мне. Как же я злилась! Мечтала отомстить тебе. Сделать что-то такое… наказать!
Она рассмеялась, а я почувствовала себя неуютно. Юстис склонил голову, слушая.
– Я знаю, Джема. И помню.
– Я ведь была уверена, что Вольц отдала тебе золото только из-за твоей фамилии. И твоего отца. Мы ведь все знали, что они дружны…
– Катерина Вольц просто ошиблась…
– Нет. – Ржаник открыла глаза. Белки вокруг радужек покраснели. – Нет. Она выбрала тебя не из-за отца-генерала. Долгое время я не желала этого признавать, не хотела видеть. Врала сама себе… но знаешь, Вэйлинг… Здесь, в Равилоне, врать уже нет смысла, да? – Джема хрипло рассмеялась, и я поняла, что вино подействовало слишком сильно. Рыжая ослабла. Несколько дней голода, усталость, страх… Ей не стоило пить. Ржаник резко выдохнула и продолжила: – Она выбрала тебя, потому что ты сильнее. Сильнее всех нас, Кэсс. Ты сильнее здесь. – Джема коснулась лба, потом груди около сердца. – И здесь.