Сатанинские тени (ЛП)

— Залезай, — приказывает он, его глаза мелькают то ярким серебром, то зеленым, то снова серебром. — Я позабочусь, чтобы в твоей комнате никого не было.
Я бросаю взгляд на ванну, а затем снова смотрю на него. — Ты можешь остаться?
— Это плохая идея. Ты забыла, что меня вот-вот арестуют? — Серебристый оттенок его глаз становится чуть ярче, когда он цокает языком и снова заправляет мне волосы за ухо, делая шаг вперёд, пока мои обнажённые груди не прижимаются к его пропитанной кровью рубашке. — У нас не хватит времени, чтобы закончить остальные задания.
  
— Мы могли бы закончить четвертое задание.
Он слегка наклоняет голову.
Я сглатываю, отгоняя нервозность, и тянусь к его ремню, вытаскивая из петель.
Дейн внимательно наблюдает за мной, пока я отбрасываю ремень и быстро расстёгиваю его брюки.
Хотя я и так знала, что он толстый и длинный, потому что он терся об меня в моей постели, я резко сглатываю, почувствовав, как мои пальцы едва соприкасаются, когда я обхватываю его. Низкий, глубокий стон, вырвавшийся из его горла, заставляет меня хотеть его еще сильнее. Его член теплый, мягкий, толстый и длинный, и я задаюсь вопросом, смогу ли я поместить его в рот, не умерев.
Моя ладонь прослеживает вены, пока я дрочу его рукой, наблюдая, как он медленно теряет контроль, пока я не подвожу его к раковине.
Использую свободную руку, чтобы стянуть его штаны, пока глажу его по всей длине, от основания до кончика, и наблюдаю, как губы Дейна расходятся.
Блять.
Я поворачиваю запястье, добираясь до набухшей головки, из которой сочится предсеменная жидкость, и он напрягается всем телом, когда я провожу по ней большим пальцем и размазываю по головке члена. Дейн откидывает голову назад, обнажив шею, она вся в засохшей крови и черных венах. Я хочу лизнуть кожу и засасывать ее между зубами, чтобы пометить его так, чтобы другие могли это увидеть.
Его рука взмывает к моему горлу, не перекрывая мне доступ воздуха, но показывая, что, хотя я и глажу его рукой, он все еще контролирует ситуацию. Держит пальцы вокруг моего горла, пока я дрочу его сильнее, сжимая ладонь, и все больше предсеменной жидкости стекает по моим пальцам.
Дейн толкается в мою руку, хватка на моем горле ослабевает, когда он выдает стон и крик.
Я хочу опуститься на колени и взять его в рот. Хочу выпить из него каждую каплю спермы и заставить его признать, что он мой. Я хочу доминировать над ним, чтобы он восхвалял меня, но также унижал. Я хочу всего этого, пока чувствую, как что-то скручивается в моей глубине, пока по позвоночнику бегут мурашки, а между ног собирается тепло.
Слабое эхо интенсивного кайфа заставляет меня стонать, когда Дейн опускает лоб на макушку моей головы и стонет так глубоко, что я чувствую это повсюду. Он кончает от моего прикосновения, и его бедра замирают, больше не толкаясь в мою ладонь, пока он кончает по моей руке и вниз по ноге.
Вместо того чтобы оттолкнуться от меня, Дейн ловит сперму, стекающую по моему бедру, а другой рукой сжимает мою шею, вставляя пальцы глубоко внутрь. Я ахаю, хнычу, когда он вводит еще один толстый палец и трахает меня ими, пока я не достигаю собственного оргазма.
Когда он обрушивается на меня, перетекает в Дейна, и мы оба выдыхаем стоны, падая друг на друга. Еще больше спермы капает с его члена, пока я пульсирую вокруг его пальцев, сжимая его, душу, пока его второй оргазм вибрирует во мне, и я кричу, когда кончаю вокруг его пальцев.
Я хочу всех твоих первых раз, моя любовь. Твоих первых раз, последних раз и навсегда.
Ты сможешь это выдержать.
Больно?
Я перестану.
Я буду твоим, пока ты не перестанешь во мне нуждаться.
Выходи за меня, а не за него.
Я не знаю, как долго и сколько раз, но каждый раз, когда один кончает, другой следует за ним — это взаимное движение заставляет нас упасть на пол и задыхаться в нашем беспорядке. Он закрывает мой рот ладонью, прижимая большой палец к моему клитору и потирая его, вводя в меня еще больше своей спермы пальцами, растягивая меня, пока его член набухает в моей руке.
— Может, перейдем сразу к самому долгожданному делу? Может, я трахну тебя до потери сознания и задержу тебя там?
Я киваю и сжимаю его член в руке. У нас обоих так много спермы, что я понятия не имею, откуда у нас берется энергия, чтобы продолжать, но я знаю, что мы сможем.
— Открой рот и высунь язык. — Я вздрагиваю, когда он вытаскивает из меня пальцы, собирает свою сперму с моего бедра и впихивает пальцы между моих губ, заталкивая их мне в горло, пока его суставы ударяются о мои зубы. Дейн причудливо мурлычет: — Какой хорошенький маленький человечишке.
Я давлюсь, чувствуя во рту смесь его спермы и моей, пока он с расширенными зрачками вытаскивает пальцы, проводя ими по моему языку.
Он проводит большим пальцем по моей нижней губе, а над ним сгущаются тени, подталкивая нас.
Голос Дейна звучит глубоко, когда он говорит: — Раздвинь бедра, чтобы я мог тебя трахнуть.
Я не думаю о защите или контрацепции, хотя мне действительно следовало бы.
Раздвигаю ноги, и он перемещается так, что оказывается надо мной, а моя спина прижимается к плитке. Он поглаживает себя один раз, и мой взгляд приковывается к светящейся татуировке на нижней стороне его члена.
Я хочу спросить его, что это за татуировка, но все, на чем я могу сосредоточиться, — это то, чтобы он вошел в меня.
— Помни, ты сама об этом просила. Я предупреждал тебя, что может случиться, если я тебя трахну.
— Не заставляй меня ненавидеть тебя еще больше, — отвечаю я, задыхаясь. — Поторопись.
— Это ничего не меняет между нами.
— Согласна, — отзываюсь я.
На моем лице расцветает улыбка, и его серебристые глаза вспыхивают, когда он наклоняется ко мне.
— Сделай глубокий вдох, — шепчет он, прижимая свой нос к моему, пока приводит член к моему входу.
Но прежде чем он успевает прижаться губами к моим или войти в меня, дверь его комнаты с грохотом распахивается, и в нее врываются стражники замка.
Глава 25
Мы так близки. Так, так близки к тому, чтобы заняться сексом. Если бы у меня была сила, я бы переломала всем им шеи и приказала Дейну наконец-то трахнуть меня.
Дейн раздраженно рычит мне на ухо, а затем накидывает одеяло на мое обнаженное тело, пока охранники продолжают проникать в его комнату. Дверь в ванную приоткрыта, но достаточно широко, чтобы они могли нас увидеть, не прибегая к обыску.
Какое бы возбуждение мы ни испытывали, оно мгновенно угасает, хотя мой пульс все еще учащен, а тело жаждет, чтобы он убил их всех, отбросил одеяло и погрузился в меня, пока я не увижу звездочки.
Вместо этого я тяжело дышу и смотрю, как Дейн подтягивает штаны, снова мельком видя светящуюся татуировку на нижней стороне его члена. Он хрустит шеей, готовясь к действию.
Я прижимаю ткань к своей липкой коже и прижимаюсь спиной к ванне, сердце почти выпрыгивает из груди, пока нарастающее возбуждение постепенно сменяется ужасом.
Охранники без колебаний надевают на Дейна наручники, а он не сопротивляется, усмехаясь над их попытками утащить его.
У меня перехватывает дыхание, когда черная масса врезается в грудь одного из охранников, когда тот пытается надеть на меня наручники. Он выдает череду ругательств, стонет и сползает по стене, прижимая кулак к телу и морщась от боли, когда пытается встать.
  
Дейн оглядывается на меня через плечо.
— Если кто-нибудь из вас посмотрит на нее или прикоснется к ней, ваше тело будет неузнаваемо, когда я с ним закончу.
Это не должно было заставить мое сердце биться как сумасшедшее, но так и происходит. То, что Дейн угрожает кому-то ради меня, почти… возбуждает.
Ни один из охранников не подходит ко мне какое-то время, но потом один из них тихо ругается и направляет меч мне в лицо.