Объединитель (СИ)

Некоторое время они кружат по поляне, обмениваясь ударами. Ветер вокруг Арслана беснуется, то и дело образуя защитный кокон. Стрелы сыплются градом. Часть блокируется личным щитом, от остальных она уворачивается.
Почему не использует Телекинез? Приберегает до особого момента?
В какой-то момент ей всё же достаётёся. Наконечник вспарывает бедро, и на белом снегу расцветают алые брызги. Я лишь хмурюсь, продолжая наблюдать за боем. Девора же, кажется, даже не замечает ранения. Она продолжает двигаться, как ни в чём не бывало.
Бой продолжается. Стрелы противника становятся всё более хаотичными. Стараются поразить её с неожиданных сторон и по непредсказуемым траекториям. Каждый снаряд наполнен убийственной мощью, мерцая как молния.
Внезапно она вскидывает руку, и Арслана отбрасывает назад, словно невидимым ударом. Он тяжело приземляется на спину, но тут же вскакивает на ноги. Лицо перекошено от ярости.
— Ах ты, тварь! — рычит он и вновь вскидывает лук.
Стрела на его тетиве множится в сотни раз, и этот шквал накрывает Саванта сплошным потоком.
Вот только стрелы не долетают до цели.
Девора протягивает руку и останавливает стрелы. Вот так запросто. Они зависают в воздухе, покачиваясь, словно потеряв цель.
Выражение лица Арслана — это нечто. Шок, недоумение, даже какой-то детский обиженный вопрос. Мол, как так-то⁈ Я же почти победил!
Бекка резко сводит ладони вместе, словно стискивая невидимый шар. Стрелы послушно собираются следом, образуя остроконечный шипастый ком.
Её глаза вспыхивают тусклым пурпуром, а в следующий миг стрелы прыскают в обратном направлении.
Однако оппонент тоже не лыком шит. Он вскидывает руки, и вихревые потоки вокруг него усиливаются, закручиваясь в сплошную стену. Стрелы влетают в эту круговерть и застревают там, словно в густом киселе. Миг, и всё это взрывается разбросав снаряды по округе.
— Неплохая попытка! — рычит Арслан.
Арслан делает резкий выпад вперёд. Его скорость многократно возрастает, а следующий удар обещает стать поистине разрушительным.
Но Ребекка готова к этому. Её глаза вспыхивают, и пространство вокруг начинает искажаться. Кажется, будто сам воздух превращается в вязкий кисель, замедляя движения противника.
Лидер Самума бьётся в воздушной ловушке, словно муха в паутине, а поток плазмы выжигает шмат мяса на его боку под хриплый вскрик ублюдка. Впрочем, ему всё же удаётся вырваться. С гортанным рыком он вскидывает руки, и вихревые потоки подхватывают его, унося прочь.
А в следующее мгновение лучник активирует новую способность. Благодаря Аэрокинезу я понимаю, что вокруг его оружия образуется область разрежённого воздуха, и стрелы срываются с тетивы с утроенной скоростью.
Это ничего не меняет. Траектория полёта снарядов искривляется самым невероятным образом. Они облетают её по дуге, не в силах достать.
Степной Ветер не унимается. Он взмывает в воздух и обрушивается на Девору сверху, будто коршун на добычу. Его руку охватывает длинное прозрачное лезвие, сотканное из сжатого воздуха. В последний момент девушка уходит перекатом, и удар приходится в землю, оставляя в смёрзшейся почве длинную глубокую борозду.
Не давая противнику опомниться, Ребекка вскидывает руки. Пальцы скрючиваются, будто когти, и из них вырываются языки пурпурного пси-пламени. Оно охватывает голову Арслана, заставляя того кричать от боли. Никаких явных физических повреждений, но хриплый вой разносится по горам на много километров вокруг.
Явно какая-то ментальная атака, заставляющая жертву испытывать страшные муки, даже если физически она невредима. Страшная сила.
Лучник и не думает сдаваться. С искажённым от ярости лицом он призывает на помощь ветер, и воздушные потоки закручиваются вокруг него подобно доспехам. А в следующий миг поляну накрывает какая-то способность. Воздух стремительно сжимается, а потом резко расширяется, создавая чудовищной силы ударную волну. Саванта отшвыривает в сторону, словно тряпичную куклу.
Вслед ей уже рвутся тысячи миниатюрных лезвий ветра. Со свистом они проносятся над полем боя, разрезая всё на своём пути.
 
Ребекка выставляет перед собой руки, и воздух перед ней уплотняется, образуя некое подобие щита. Какое-то время лучник продолжает насылать на неё воздушные лезвия, но все они увязают в плотном пси-поле. А затем Девора переходит в контрнаступление.
Она вскидывает голову, и её глаза полыхают нестерпимо ярким светом. Лучник конвульсивно дёргается, хватаясь за виски. Из носа у него начинает течь кровь. Капилляры в глазах лопаются. Каким-то неимоверным усилием воли он всё же умудряется сохранить рассудок.
— Ах ты, падаль… — хрипит он, с ненавистью глядя на Девору. — Этого не хватит!
Огромный смерч возникает прямо посреди поля боя и принимается крушить всё вокруг, засасывая в свою ненасытную пасть камни, ветки, снег и целые пласты дёрна.
Ребекка поначалу держится, заякорив себя в пространстве каким-то образом. А уже в следующий миг её лицо начинает сереть, на лице проступают чёрные вены. Из носа щедро бежит кровь.
Что-то не так. Это не похоже на умения степняка.
Торопливо я переключаюсь на инфракрасный диапазон и сразу на ультрафиолетовый. На спине девушки сидит эфемерная уродливая тварь, похожая на мутировавшую обезьяну. Она прижалась раззявленной пастью к затылку Бекки и с силой сдавливает её виски.
Еле заметный шлейф арканы тянется от этой мерзости к… Бакари. Ублюдочный старый хрыч!
Саму Девору подхватывает ветром и тащит к центру воронки. Её броня с металлическим скрежетом начинает сминаться. Кажется, что это конец. Ещё мгновение, и Девору разорвёт на куски или расплющит чудовищным давлением.
В два шага я придвигаюсь к африканцу и незаметно упираю ствол револьвера ему в почку, не спуская глаз с поля боя.
— Не стоит, — ровным голосом говорю я, хотя внутри всё бурлит от едва сдерживаемой ярости. — Если она умрёт, поверь, ты умрёшь вместе с ней.
Лицо Тиколоше искривляется в гримасе ненависти. Белёсая борода дрожит, а кустистые брови ползут вниз, как лапки паука.
Стоит мерзкой твари на загривке Саванта исчезнуть, как та повисает в центре смерча. Исходящие от неё невидимые потоки арканы зарываются глубоко в недра, стабилизируя Бекку. Её тело светится призрачным фиолетовым светом, а волосы развеваются, будто в невесомости.
— Да как⁈ — в голосе Арслана мешаются изумление и гнев.
В очередной раз воздух послушно стягивается к нему для новой атаки, но…
Раздаётся еле слышный на фоне бури хруст, и тело Степного Ветра, покачнувшись, заваливается лицом вперёд. Из его затылка, как рукоятка гарпуна в теле кашалота, торчит одна из стрел. Одна из десятков, разбросанных по заснеженной арене. Девора незаметно подхватила её и с силой вогнала в беззащитную плоть врага.
В тот же миг штормовой ветер начинает стихать.
Окружающие ошеломлённо взирают на эту картину. Соратник павшего яростно орёт что-то нечленораздельное и вскидывает дробовик в направлении Ребекки. Единожды грохочет Магнетар Усиленным выстрелом, и противник отлетает прочь, пробороздив снег своей тушей.
Наблюдатели переводят взгляд с него на меня и обратно.
— Не начинай то, что не сможешь закончить, — устало говорю я.
Коснувшись переносицы, стряхиваю скопившееся напряжение и добавляю:
— Что ж, коль скоро этот вопрос решён, продолжим. У нас много работы, и начинать её нужно прямо сейчас.
[1] Арслан (тюрк.) — лев.
[2] Художник — Aleksandr Bobryshev.
 Глава 10 
Пока все, несколько ошарашенные произошедшим, медленно двигаются к городским воротам, я задерживаюсь, провожая долгим взглядом Бакари. Ублюдочный старый хрыч ковыляет, опираясь на трость и недовольно встряхивает головой, как фигурка собачки на передней панели машины.
— Ближе к концу поединка почувствовала что-то странное? — спрашиваю я у Ребекки.