"Фантастика 2025-49". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

– Предложение интересное, – заметил Алесий. – А вот как быть – действительно вопрос. Думаю, нужно обсудить это с Норисом после его прибытия, да с СБ не помешает посоветоваться.
– Вы хотели сказать, с ДИБ? – удивленно посмотрел на него президент.
– Да-да, конечно, – немного смущенно согласился император.
Однако Родерик заметил, что в его глазах мелькнула досада. И похоже, досада на себя за то, что о чем-то проговорился. Но о чем? Неужели у его величества есть не одна служба безопасности? Что ж, такое предположение вполне логично.
  
Алексей действительно досадовал на себя, по виду Родерика он догадался, что тот что-то заподозрил. Однако по здравому размышлению император решил, что это даже к лучшему – все равно существование столь мощной структуры, как имперская СБ долго в тайне не удержишь. Так почему бы не использовать ее засветку в своих целях? Хотя бы прикрыть Родерика. План, конечно, авантюрный, но имеет шансы на успех.
– Мы вас прикроем, – сказал он, наконец. – Однако пока рано говорить как, сначала мне нужно встретиться с Норисом и выслушать его предложения. Думаю, на первый раз достаточно. Вас разместят прямо в резиденции. Попрошу не покидать своих покоев, мне не хотелось бы, чтобы о вашем присутствии на Россе стало известно.
– Мне тоже, – усмехнулся президент.
– В таком случае буду прощаться, – встал Алесий. – Вас проводят.
С этими словами он вышел. А Родерик дождался синтарцев, которые отвели его в гостевые комнаты. Там он без сил рухнул на диван не раздеваясь – разговор с императором полностью вымотал президента.
* * *
Ленни небрежным движением коснулся управляющих сенсоров, и его истребитель следом за ведущим изменил курс, облетая караван. Принц хмыкнул про себя – ничего себе караванчик собрался, больше сотни грузовиков и рудовозов. Почти все под завязку набиты обогащенными рудами и редкими металлами – обогатительные заводы нагойцы построили прямо в нескольких ненаселенных системах, туда шахтеры со старателями и свозили добытую руду. Лакомый кусок для пиратов, не зря правительства стран Нагоя запросили у Ларата дополнительной помощи в охране, пообещав очень щедро расплатиться, если караван благополучно достигнет места назначения. Обычную охрану ларатцы предоставляли согласно заключенному более ста лет назад договору, но сейчас случай был особый, обычной охраны нагойцам показалось мало. Да и неудивительно, слишком уж ценный груз – несколько лет работы шахт и обогатительных заводов потребовалось, чтобы собрать столько.
После отбытия императора на Росс Ленни с облегчением вернулся на пограничную базу, где, после окончания подготовки, был приписан к авианосцу «Адмирал Лобов», названному так в честь легендарного командующего, погибшего во время второго карханского нашествия еще в староимперские времена. На авианосце Ленни понравилось – не надо было думать ни о политике, к тому же не дисциплина не столь формальна, как на базе. Понятно, впрочем, почему – пилоты-истребители часто принимали участие в реальных боевых действиях, поэтому им позволялось немного больше, чем другим. Команда приняла принца радушно, никто не выделял его, но и излишне не придирался. Относились как к равному, а для него это являлось самым главным – надоело быть принцем, от которого ждут неизвестно чего. Летать же юноша всегда любил, и летал неплохо – ничего особенного, не ас, но твердый средний уровень он выдавал.
Ленни даже сошелся накоротке с тремя молодыми пилотами, его соседями по каюте – не раз они вчетвером тайком распивали припрятанную от начальства бутылку чего-нибудь крепкого. Лейтенант Тоскин, смешливый черноволосый крепыш, был большим специалистом по контрабанде спиртного и всегда ухитрялся привезти из увольнительной пару-тройку бутылок, причем прятал их в совершенно неожиданных местах. Сколько раз командир эскадрильи после возвращения лейтенанта учинял обыск, но ни разу ничего не нашел. А тот смотрел на него большими честными глазами, мол, как вообще можно его подозревать, и молчал. Однако стоило капитану выйти, как он жестом фокусника чуть ли не из воздуха доставал искомый пузырь, срывая заслуженные аплодисменты восхищенных друзей. Последний случай вообще был анекдотическим – капитан лихорадочно перерывал вещи вернувшегося лейтенанта, потом плюнул на это безнадежное дело, повернулся и вышел. Но как только он повернулся, Тоскин ловко снял невесть как прицепленную к поясу начальства бутылку. Командир эскадрильи ничего не заметил. Ленни однажды попытался последовать примеру приятеля и привезти спиртное, но закончилось это тремя сутками гауптвахты и, естественно, конфискацией найденного при обыске коллекционного коньяка.
Еще одно помогало скоротать скучный досуг в космосе – принц продолжал взламывать все секретные базы данных, до которых мог добраться. Правда, он подозревал, что контрразведка флота прекрасно знает об этом его увлечении, просто позволяя резвиться. Другого на его месте, наверное, давно бы взгрели и перевели в особый отдел шифровальщиком. Но Ленни не придавал этому значения, продолжая развлекаться – ведь ни с кем, даже с друзьями, он добытой информацией не делился, понимал, что не имеет права.
На память пришла обнаруженная вчера в личных файлах командира авианосца запись совещания в адмиралтействе. Командование было сильно озабочено странным поведением фаргосских пиратов – они практически прекратили нападения на шахтерские поселения и караваны. О чем речь, они даже границу свою больше не патрулировали! Это вообще не лезло ни в какие ворота. Объяснить такое поведение пиратов не смог ни один аналитик. Разведка тоже не сумела добыть никакой информации. На всякий случай адмиралтейство привело флоты в состояние повышенной боеготовности.
Три эскадрильи истребителей продолжали патрулировать пространство вокруг каравана. Ленни уверенно вел машину за ведущим, скучающе оглядываясь по сторонам. Интересно, пираты нападут или нет? В настоящем бою принцу еще не доводилось участвовать, и ему было интересно – справится ли? Не струсит? Он надеялся, что справится.
Проклятые пираты каким-то образом научились перемещаться через пустое пространство, без привязок к гиперпространственным маякам, которых для любого прыжка требовалось не менее трех, иначе корабль выходил в обычное пространство где угодно, но только не там, куда требовалось попасть. Обычно любой корабль должен был учесть положение маяков, глубину погружения в гипер, сторонние воздействия, а только затем прыгать.
Звездное скопление, в котором находились Росс, Кархан и прочие страны было двойным, немного похожим на гантелю. Ларат располагался в ее перемычке, в центре между двумя шаровыми скоплениями. Раньше никто не рисковал идти через пустое пространство между ними по вышеозначенным причинам, однако фаргосцы лет восемьдесят назад что-то изобрели и начали неожиданно появляться словно из ниоткуда. Не сразу выяснили, что они научились каким-то образом летать через пустое пространство. Ученые едва головы себе не сломали, пытаясь понять, как пираты вычисляют координаты, не имея привязки к маякам. Разведка флота, несмотря на все усилия, тоже не смогла ничего выяснить.
Это была одна из основных причин, по которой с пиратами не могли справиться. Если их корабли преследовались крупными силами, то они просто уходили в пустоту, куда никто не мог за ними последовать. Поэтому применяли корабли-ловушки, скрытые конвои, засады, но это далеко не всегда помогало. Иногда фаргосцы попадались, но в целом проблема так и не была решена. Приходилось сопровождать конвоями наиболее ценные грузы, что обходилось очень дорого, да и спасало только если пираты не приходили большими силами – оголять границу Ларат позволить себе не мог. А дежурные эскадры чаще всего не успевали прийти на помощь после получения сигнала бедствия – фаргосцы действовали быстро. Но уж если успевали, то пиратам приходилось несладко, с ларатскими капитанами они тягаться не могли.
  
Одно давно удивляло Ленни, он раз задумывался об этом, расспрашивал сослуживцев, но никто не сумел внятно ответить. Пираты, если им не сопротивлялись, старались избегать лишних жертв. Грабили корабли и отпускали с опустевшими трюмами. Даже личные вещи экипажа, если среди них не было ничего особо ценного, не трогали. Почему? Трудно сказать, но тем не менее это было так.