"Фантастика 2025-49". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

– Присаживайтесь, поговорим, – император показал на два кресла у журнального столика.
– О делах наших скорбных… – неожиданно добавил с потолка чей-то вкрадчивый голос, заставивший Родерика вздрогнуть и приняться лихорадочно оглядываться.
– Только тебя не хватало… – скривился Алесий. – Сгинь, железяка несчастная!
– А я что, я ничего… – хихикнул голос.
– Кто это?! – ошарашенно выдохнул президент.
  
– Искин Белого Крейсера, – устало пояснил император. – Знали бы вы, как он мне надоел своими идиотскими шуточками…
– А, искин… – успокоился Родерик.
– Не желаете немного выпить с дороги?
– Немного виски, если можно.
– Виски? – озадачился император. – Сейчас узнаю. Я как-то к коньяку больше привык. Или к водке, на крайний случай.
– Коньяк тоже вполне подойдет, – заверил президент.
В кабинете словно призрак материализовался молодой офицер с подносом, на котором стояла откупоренная бутылка драгоценного нагойского коньяка, блюдце с тонко нарезанным лимоном, плитка шоколада и два широких бокала. Родерик сразу узнал этот коньяк и поежился, прекрасно зная его стоимость – несмотря на свое богатство, такой роскоши он себе не позволял. Место этому коньяку было скорее в музее, чем на столе. Его прекратили выпускать больше ста пятидесяти лет назад, поскольку на месте нагойских виноградников сейчас находились нефтепромыслы. Когда там обнаружили нефть, виноградники безжалостно вырубили, уж слишком богатым оказалось месторождение.
Налив в оба бокала на донышко, офицер испарился. Родерик поднял свой бокал, понюхал и наслаждением отпил маленький глоток, покатав драгоценную жидкость на языке. Вкус был поистине божественным.
– Когда до меня дошло известие о вашем скором визите, – заговорил император, пристально глядя на гостя, – я, признаться, был немало удивлен. Никак такого не ждал.
– Скажи кто мне самому еще месяц назад, что я тайком отправлюсь к вам, я бы поднял его на смех, – вздохнул президент. – Но обстоятельства изменились, и сильно изменились.
– Какова цель вашего прибытия?
– Я хочу договориться.
– О чем? – приподнял бровь Алесий.
– Если честно, я и сам толком не понимаю… – Родерик уставился в свой бокал. – Понимаете, Ваше величество, люди выбрали меня, чтобы я обеспечил им достойную жизнь, а отнюдь не ради того, чтобы привел их к гибели. К сожалению, круги, чьи силы и связи значительно превышают мои, ведут Новейр именно к гибели, причем им плевать на жизни миллиардов. Им главное – их власть и их деньги. Для меня это тоже имеет значение, не буду лгать, но не такой же ценой…
– Поясните, пожалуйста, – спросил император, с интересом разглядывая гостя. – Я не совсем вас понимаю. О какой гибели речь?
Президент как-то странно, горько усмехнулся и поведал о планах Колхайна с компанией, не скрывая ничего.
– Да-а-а… – протянул Алесий, когда он замолчал. – Многое мог себе представить, но уничтожать собственный народ?..
– Их интересует только власть… – повторил Родерик и залпом допил коньяк.
– И что вы предлагаете? – император налил ему сразу пол-бокала, не забыв и себя.
– Не знаю, Ваше величество… – уныло покачал головой президент. – Если честно, я отправился к вам от отчаяния, не зная, что делать. Я готов даже сдать вам Новейр, если вы дадите слово, что не устроите геноцид. Насколько я знаю, императоры своего слова никогда не нарушали.
– А вы сможете это сделать? – с сомнением посмотрел на него Алесий. – Как мне известно, ваше влияние не так уж и велико, все реальные рычаги власти находятся в руках Моак, Харди и иже с ними.
– Вы меня несколько недооцениваете, – Родерик мрачно смотрел в пространство. – Как и Моак с Харди. Кое-какие возможности у меня все же имеются, только раньше я предпочитал ими не пользоваться, считал, что цена слишком велика. Теперь я так не считаю – речь идет о выживании народа.
– Хорошо, коли так, – в голосе императора слышалось сомнение. – А слово я дам. Для меня ведь главное, чтобы планеты бывшего Кархана не угрожали империи, больше ничего. Как в военном, так и в идеологическом плане.
– В идеологическом? – удивился президент.
– Да, – подтвердил Алесий. – вы не хуже меня знаете, что общественные императивы наших народов абсолютно антагонистичны, людям со столь разными взглядами не ужиться вместе. Поэтому я не пойду на то, чтобы включить планеты бывшего Кархана в состав Империи – это обязательно закончится большой смутой, чего никому не нужно. У вас личное превалирует над общественным, у нас – наоборот.
– Понятно… – кивнул Родерик, никогда раньше не задумывавшийся над такими вопросами, он считал все и всяческие общественные императивы чушью и заумью. Однако император объяснил все четко и просто, и был при этом предельно серьезен, что говорило о важности вопроса. – Возможно, вы и правы, Ваше величество. Я неплохой экономист и промышленник, а в социологии мало что понимаю. На данный момент я вижу свою задачу в том, чтобы уберечь народ своей планеты от полного уничтожения.
– Цель, конечно, достойная.
– Если честно, я был против нападения на Росс, меня просто вынудили, выкрутив руки и не оставив выбора.
– Я знаю об этом, – усмехнулся император, – иначе бы я с вами не разговаривал. Но хочу сразу предупредить, что этим нападением вы не оставили нам иной возможности разрешения противоречий, кроме как силовым путем.
– Увы… – вынужден был согласиться президент. – Я на вашем месте поступил бы так же.
– Давайте подумаем над тем, как избежать лишних жертв. Вы говорили что-то об имеющихся у вас возможностях.
– Они невелики, – развел руками Родерик. – Однако у меня есть свои люди на флоте, да и наземная система ПКО тоже большей частью в моих руках. К сожалению, если я отдам приказ сдаться, его не выполнят, но зато могу поставить гарнизоны в такие условия, что он просто вынужден будет сдаться. В отличие от ваших, наши офицеры очень здравомыслящие люди, которые превыше всего ценят свою жизнь, они не станут сопротивляться, если поймут, что смысла в этом уже нет.
– Потому вы всегда и проигрывали войны, – насмешливо бросил Алесий.
– Не всегда, – огрызнулся Родерик. – Вашу империю наши предки сумели развалить.
– Сумели, – тяжело вздохнул император. – Вот только каким способом?
– Важен лишь результат, – отмахнулся президент.
– Не скажите… – укоризненно посмотрел на него Алесий. – Объединение после развала Империи не прожило и тридцати лет, распалось под влиянием внутренних противоречий. Видимо, вам для выживания необходим был внешний враг, без него вы оказались нежизнеспособны.
– Возможно, и так, – не стал спорить Родерик. – Но все это сейчас не имеет значения. Нам нужно что-то сделать, чтобы предотвратить кошмар, на который хотят обречь население двух планет Колхайн с подельниками. Хотел бы кое-что предложить. Если строящиеся сейчас линкоры сойдут со стапелей до вашей атаки, то мы ничего не сможем сделать – адмиралы решат, что у них хватит сил. А вот если нет…
– И как вы планируете этого добиться? – хмыкнул император. – Насколько мне известно из донесений разведки, финансирование строительства кораблей не в ваших руках, да и верфи контролируются людьми Моак.
– Есть один способ, – тонко усмехнулся президент. – Пираты.
– Фаргосские? – бесстрастно спросил Алесий.
– Да, – слегка удивился его реакции Родерик. – Дело в том, что глава Старшего Клана Норис хочет принести вам клятву верности.
– Мне это известно, – небрежно произнес император.
– Откуда?! – ошалел от такой новости президент.
– Места надо знать… – опять раздался с потолка ехидный голос искина.
  
– Отстань, истукан чертов! – возмутился Алесий. – Дай поговорить спокойно!
– Молчу, молчу!
– Вот же ехида… – пожаловался император. – Очень полезен, без него никак, вот и пользуется этим, зараза… Но продолжим.
– Не хотел бы иметь такого помощничка… – пробурчал себе под нос Родерик. – Такой кого хочешь с ума сведет. Но вы правы, вернемся к делу. Если ларатцы сумеют обеспечить пиратов топливом и боеприпасами, то те смогут беспрерывно покусывать верфи, тормозя строительство. Ударили – ушли. Однако тут есть одна тонкость. Я смог вырваться с Новейра только под предлогом встречи с главой Старшего Клана. Колхайн со товарищи хотят договориться с пиратами, перетянув их на свою сторону. И если фаргосцы выступят против них, то я окажусь под подозрением. Как тут быть, я не знаю.