Ревизор: возвращение в СССР 9 (СИ)

— Пойдём, деточка, — тут же взяла её под опеку Ирина Леонидовна и увела к себе в квартиру.
В подъезде стало тихо. Поднялся на пролёт, а там уже ещё какой-то сосед, лет сорока, в старых брюках и рубашке, к нам присоединился. А сверху ещё женщина с лестницы выглядывает. Н-да, собрали концерт по заявкам. По подъезду разносился тихий шепот. Народу ещё прибавилось: семейная пара на пятом из лифта вышла и так и осталась в подъезде стоять, присоединившись к зевакам.
Вскоре Галия врачей привела. Быстро приехали.
— Расходитесь, товарищи! — строго сказал доктор или фельдшер. — Дайте нам поработать.
Все только сделали вид, что расходятся.
— Давно лежит? — спросил доктор, склонившись над женщиной.
— Кто ж его знает, — ответил я. — Нашли минут десять-пятнадцать назад. Дочка её сказала, что ей пить нельзя, у неё сердце.
— А что ж пила? — спросил доктор.
— Да вроде муж со вчерашнего дня дома не был.
— И что? — возмущённо спросил врач.
— Просто говорю, что от ребенка услышал, — пожал я плечами.
— Из какой она квартиры? — спросил доктор. Я показал.
— Давайте перенесём её. Покрывало какое-нибудь…
Я метнулся в их квартиру и в большой комнате сдёрнул с дивана покрывало.Мы вчетвером с соседом в рубашке и медиками перенесли её в большую комнату и положили на диван.Доктор по-хозяйски обшарил ванную, нашёл таз, принёс из кухни банку с водопроводной водой. Фельдшер уже приготовил трубку с воронкой.
— Желудок промывать будете? — спросил я.
— Будем.
Зрелище, конечно такое себе… Зато дамочка быстро очухалась.
В разгаре процесса явился муж. Довольный, явно с бодуна. Прямо в пальто и в обуви прошёл в зал, не меняясь в лице и в настроении, пошёл спокойно разделся и переобулся.
— Танька где? — спросил он нас.
— Этажом ниже у соседки, — ответил я, с интересом наблюдая за ним.
— Что, опять? — встал хозяин над склонившейся над тазом женой.
— Пресс тренирует, — хихикнул фельдшер.
Игорь тяжело вздохнул, глядя с абсолютным равнодушием на жену, и вышел из комнаты. Мы, все оставшиеся, переглянулись между собой.
Прошёл за ним. Он преспокойно на кухне бодяжил себе чай.
— Что, интересно? — с упрёком спросил он меня.
— Да, ребёнка кто у соседки будет забирать? — ответил я.
— Ну, сейчас скорая уедет, жена проорётся и заберу.
— Что у неё с сердцем?
— Порок… — равнодушно сказал Игорь.
— Девочка сильно испугалась, — сказал я ему и вернулся в комнату. — Я пойду? Не нужен больше? — обратился я к медикам.
— Да, спасибо за помощь, — ответил доктор.
— Павел, кстати, — протянул я руку соседу. — С третьего этажа.
— Валентин, — представился он. — С пятого.
Я вышел в подъезд. Соседи, оказывается, не разошлись, стояли и чего-то ждали.
— Ну что? Жива? — спросил за всех дядечка в тельняшке.
— Жива-жива! Не волнуйтесь. Желудок промывают…
— Фух, напугала всех! — сказал женщина, стоявшая на пролёт выше.
Люди зашевелились и стали переговариваться, обсуждая ситуацию.
— Товарищи! А кто у нас на той неделе паркет лаком крыл? — раздался женский голос на лестнице где-то выше.
Опять сейчас будет мозг выносить за вонь? Вот соседи попались. Ну воняет лак зверски, что уж тут поделать.
— Я, — пришлось честно признаться мне.
Сверху, цокая каблуками импортных сапог, кто-то спускался. Красивые сапоги. Вот бы Галие такие…
Наконец, увидел хозяйку сапог. В будущем бы о ней сказали бизнесвумен. Не в строгом костюме, значит не номенклатура и не преподаватель. Блузка под длинной каракулевой шубой слишком яркая… Кто же она? И чего надо?
— Молодой человек, мне надо с вами поговорить, — взяла она быка за рога. — Давайте, ко мне поднимемся?
Нормальное начало…
Ну, поднимемся.
Она привела меня в такую же двушку, как моя, только на шестом этаже.
— Анна Аркадьевна, — представилась она.
— Павел.
— Вы, как я смотрю, Павел, мужчина с руками. Хочу вас попросить помочь мне по-соседски. Я заплачу!
— А что надо сделать? — заинтересовался я. Разве бывают лишние деньги? Да и связи надо налаживать среди соседей. Дамочка явно непростая, мало ли где пригодится…
 
— Паркет надо в чувство привести. Раз вы у себя сделали, то и у меня сможете. А то я навела справки — местных строителей к лакировке посоветовали не привлекать. Халтурно делают, на пятом этаже испортили полы. А на вас есть надежда…
— Сколько денег дадите?
— Рублей сорок сверх расходов. Нормально будет? — спросила она.
— Тут ещё шлифовать надо, — посмотрел я на пол. — Строители не меньше десятки за циклёвку попросят… Итого пятьдесят за работу.
— Хорошо.
— В какой срок?
— Ну, чем быстрее, тем лучше.
— В три слоя если, то это три дня. И ещё дня три дать лаку затвердеть. Плюс циклёвка. Неделя! — констатировал я.
— Ну хорошо. Неделя, так неделя, — она сняла ключ со связки и дала мне. — Сколько денег надо сразу?
— На лак, кисти, циклёвку… Тридцать давайте. Я за всё отчитаюсь.
Женщина, усмехнувшись, достала кошелёк и дала мне три десятки.
— А краны вы сможете поставить? — вспомнила она про сантехнику.
— Конечно, — обрадовался я, подумав, что это будет мой постоянный клиент.
— Ой, как хорошо! — воскликнула она и дала мне ещё десятку. — Поставьте, пожалуйста. Они вон, на подоконнике.
— Сделаю, — пообещал я. — Не беспокойтесь.
Потом ей надо будет карнизы вешать, полочки, зеркала… Мебель двигать. Это же клондайк! Только инструментом надо разжиться, а то с ручной дрелью много не наработаешь.
У хозяйки есть деловая хватка. По тому, как она держится, скорее всего, работает на какой-то руководящей должности… Интересно, кем? Но с первых минут знакомства интересоваться этим неудобно. Ладно, будет ещё возможность узнать.Мы распрощались, и я вернулся с деньгами и ключом от чужой квартиры домой.
Галия вся изнервничалась.
— Чего она от тебя хотела? — кинулась она ко мне.
— Работой обеспечила на ближайшую неделю, — улыбаясь, ответил я. — Просит полы ей так же лаком покрыть и смесители поставить.
Я развернул жену лицом к новой вешалке. Под ней на одном из трёх крючков уже висело её пальто. Значит уже видела и оценила.
— Ой! — сказала вдруг жена. — А я так перепугалась из-за этой женщины, что и не заметила вешалку! На автомате пальто повесила, представляешь⁈
Она начала смеяться, я тоже. Это хорошо, напряжение выходит.
Мысли вернулись к халтуре. Надо же полы циклевать. Строители, интересно, уже уехали? Не должны, по идее, кто-то же должен ещё двор в порядок приводить. Или жильцы весной будут субботник устраивать?
Вышел во двор, огляделся. В бытовках строителей свет не горел, неужели, пустые. Где кого искать теперь? Пошёл наобум туда, просто, не знал куда ещё можно сходить. За бытовкой какой-то рабочий что-то обжигал на костре в бочке. Фух! Кажется, не все еще потеряно. Спросил у него бригадира Фёдора. Тот махнул рукой куда-то… Пошёл, куда послали и нашёл там целую бригаду, мирно играющую в строительном автобусе в домино.
— Мужики! — обратился к ним я. — Ещё одну квартирку надо шлифануть. Десятка, площадь, как и у меня, двушка.
— Да мы, собственно, и не против, — узнал меня Фёдор. — Куда двигаться?
Он отправил людей за циклёвкой. А я подумал, что у строителей, наверняка, полно всякого электроинструмента и попросил Фёдора выйти со мной на улицу.
— Слушай… Я только начинаю жить отдельно. У меня вообще ничего нет, — начал объяснять ему я. — Можешь какой инструмент продать?
— Что интересует? — заинтересованно посмотрел он на меня.
— Электроинструмент. Есть что не убитое? Мне бы дрель, да болгарку, если есть.
— Ты у себя дома сейчас будешь? — спросил он деловито.
— Нет, пойду твоим архаровцам дверь открывать на шестом, под циклевку, — ответил я.
— Можно и там, — он развернулся и куда-то пошёл.
Ага, похоже, сделка у нас состоится. Мужики уже волокли циклёвку к подъезду. И я поспешил к Анне Аркадьевне двери работягам открыть. Самой-то ей в пустой квартире делать нечего.