Змей Севера (ЛП)
В реальность его вернул резкий треск каната, свист, а затем серия глухих ударов.
— Я правда это видел? — нахмурился Сура, пихая Паво локтем.
Впереди, возле каструма, четверо легионеров возились с каким-то механизмом, рядом с которым стояла пустая телега, перекошенная из-за сломанного колеса. Подойдя ближе, Паво нахмурился: это напоминало мутировавшую баллисту — рама как у стреломета, но она ощетинилась четырьмя снарядами вместо одного. Три отреза каната, каждый толщиной с предплечье, были намотаны по краям устройства. Легионеры налегали на вороты, натягивая канаты вдоль желоба. Затем они вложили четыре массивных болта с железными наконечниками между канатами и дугообразной железной передней частью.
— А, дамочки! Рад, что вы наконец присоединились! — коротышка опцион Авит, лысый как колено, ухмыльнулся, отворачиваясь от устройства.
— Дамочки? — Кводрат вскинул бровь.
Лицо Авита тут же вытянулось, и он поспешно отсалютовал.
— Готовы к смотру, господин!
Паво подавил улыбку. Авит так и не смог до конца перестроиться с тех времен, когда делил контуберний с Кводратом, Паво и другими ветеранами. Они жили в одной палатке, делили пайки, награды и наказания. И шутки… он приподнял бровь, вспоминая их розыгрыши… шутки были жестокими.
Но тут напускная суровость Кводрата сменилась ухмылкой.
— Готовы к смотру? Да брось. Пусть эти две девки посмотрят, на что способна эта красотка. — Он постучал пальцем по передней части машины, откуда торчали четыре наконечника.
Авит кивнул и ухмыльнулся Паво и Суре.
— Кому нужны легионы комитатов, когда есть такая штука? — Он поднял руку, обращаясь к расчету орудия. — Готовсь! Пли!
Паво вздрогнул, когда устройство дернулось, словно разъяренный бык. С резким свистом все четыре болта баллисты сорвались с места по низкой траектории. Они пронеслись над широкой гладью реки и врезались в поваленную ель на том берегу. Иней и щепки брызнули во все стороны, когда наконечники вырвались с обратной стороны ствола. Четыре болта вибрировали, словно умоляя снова отпустить их в полет, а Паво таращился на черную трещину, расколовшую ствол по всей длине.
— Говорил же, понравится, — самодовольно пробормотал Кводрат. — Атанарих может выстраивать там свою хваленую кавалерию сколько влезет. Да… это будет славно.
Паво обошел устройство. Он заметил, что оно стоит на земле на толстых подпорках; телега рядом, вероятно, использовалась для того, чтобы притащить эту тяжеленную махину из крепости, прежде чем рухнуть под ее весом.
— Стационарная артиллерия, — сказал Авит, прочитав его мысли. — Я бы не хотел тащить такую дуру в вылазку! Кузнец и плотник в форте считают, что смогут придумать ось и колеса, которые позволят протащить эту тварь дальше, чем на пару сотен футов… но они говорят это уже не первую неделю.
— Жаль. Но все же, есть еще такие?
Авит приподнял шлем и почесал лысую голову в притворном недоумении.
— Сынок, когда ты в последний раз видел, чтобы выдавали новые сапоги, не говоря уж об артиллерии?
Паво глянул на свои сапоги: голенище лопнуло, подошва стерлась почти до дыр. Он пожал плечами.
— Так откуда взялась эта?
Авит глянул на Кводрата, тот кивнул.
— Бережливость и, э-э, смекалка, — ответил он.
Авит продолжил:
— Да, скажем так, мы, э-э, спасли то, что могли, пока стервятники не утащили все, что у нас было, на восток, вместе с комитатами. Эта прекрасная машина, которую ты видишь, собрана вручную из досок со складских полок и железа, переплавленного из кольчуг, которые… потерялись.
Паво ухмыльнулся.
— Отличная работа… — его слова оборвались, когда земля под ногами задрожала.
Он резко обернулся в сторону крепости. Декурион с тренировочного поля вел свою турму из тридцати эквитов рысью к мосту. Всадники несли рубиново-золотые щиты XI-го Клавдиева легиона, держали гасты вертикально и были облачены в кольчуги и шлемы-интерсизы; их рубиновые плащи развевались на ветру. За ними маршировала колонна из пятидесяти легионеров.
— Серьезно? Еще одна вексилляция? — простонал Сура.
Паво беззвучно повторил тот же вопрос. Это был уже шестой отряд, отправленный за последние два дня.
— Да. Там творится что-то неладное, — нахмурился Авит, глядя на север. — Мир с Фритигерном — это, конечно, прекрасно, но сколько нас осталось? Сотня-другая?
Декурион во главе вексилляции отсалютовал, Кводрат ответил тем же. Затем под грохот сапог и копыт по деревянному настилу отряд вступил на мост и двинулся в Гуттиуду.
Кводрат вздохнул и пожал плечами, словно извиняясь.
— Приказ об отправке пришел напрямую от дукса Вергилия, который отсиживается в безопасности на своей вилле, за много миль к югу. Что мы можем сделать, когда зависим от прихотей такого глупца?
Паво нахмурился. Он никогда лично не встречал магистра милитум по Иллирику, человека, формально командующего всеми армиями Мезии и речным флотом. Однако он видел дукса во время его последнего визита в форт: жирный до неприличия, краснолицый и вечно трясущийся тип, который успокаивался, лишь осушив несколько кубков вина.
— Ого! — прощебетал Авит, прикрывая глаза от солнца и глядя в сторону форта. — Похоже, к нам подкрепление?
Паво и остальные обернулись. К воротам форта по южному тракту приближалась колонна. Во главе ехал отряд из полутора десятков всадников в отличных доспехах, за ними следовали две центурии легионеров со свежевыкрашенными синими щитами. Всадник, возглавлявший процессию, выделялся шлемом со старомодным и непомерно пышным гребнем из конского волоса; он что-то кричал караульным на надвратной башне. Часовой на стене указал на север, прямо на гигантскую баллисту. Командир кивнул, рявкнул приказ пехоте, и все, кроме десятка солдат, отделились и направились в форт. Оставшиеся десять легионеров и всадники двинулись к баллисте.
— Комитаты? — предположил Паво, заметив добротные чешуйчатые доспехи пехотинцев. — Я думал, их всех отправили на восток.
— Не всех, — со вздохом отозвался Кводрат.
— Господин? — переспросил Паво.
— Судя по этому нелепому гребню, я бы сказал, что это комес Лупицин. Он командовал полевыми армиями Фракии. До меня доходили слухи, что его оставили с парой центурий, пока его легионы отозвали на восток. И скажем так: император Валент оставил его здесь не просто так, — огромный галльский центурион закатил глаза.
— Ага, — добавил Авит, — я слышал о нем. Задница, которая не отличит рукоять спаты от острия, пока не засунешь ее ему в брюхо.
В этот момент молодой легионер, пошатываясь, выбрел с тренировочного поля прямо под копыта лошади всадника с гребнем. Тот хлестнул парня тростью; воздух разрезал резкий звук удара дерева по коже, за которым последовал вопль боли.
— Молчите, я сам с ним разберусь, — настоял Кводрат.
Паво наблюдал, как всадники приблизились и перешли на рысь; десяток легионеров догонял их бегом. Предводитель был облачен в устаревшую бронзовую мускульную кирасу и роскошный темно-красный плащ на шелковой подкладке. Он смотрел свысока, поджав губы; его пронзительные серые глаза изучали присутствующих. Холодный ублюдок. На мгновение у Паво мелькнула надежда, что это командир той же закалки, что и Галл.
Лупицин молча поднял руку, и свита замерла позади него. Он выехал вперед, важный, как павлин, оглядывая группу у баллисты и морща нос, словно угодил в открытое отхожее место. Он набычился и расправил плечи.
— Центурион Кводрат, назовитесь! — Тон его был резким и язвительным.
— Господин! — отозвался Кводрат, вытягиваясь по стойке смирно.
Лупицин вскинул бровь, глядя на огромного галла.
— Вы отстранены от командования, центурион. Как комес полевых армий Фракии, я беру на себя общее руководство лимитанами этого региона и буду исполнять обязанности трибуна XI-го Клавдиева легиона. Мои две центурии пополнят ряды XI-го легиона и послужат примером для ваших бродяг и фермеров.
— Есть, господин! — рявкнул в ответ Кводрат, умело скрывая унижение — немалый подвиг для вспыльчивого галла.