Смертельная ошибка (ЛП)

Ни Рэя, ни бабули Пратт нигде не было видно. Закономерно. Когда они мне были нужны, их не оказывалось поблизости.
Я закрыла дверь и, обернувшись, увидела Гана у подножья лестницы.
— Ты выглядишь так, словно кто-то напугал тебя этим утром, заставив встать с постели, — сказал он.
Ган же выглядел точно так же, как накануне вечером. Жизнь несправедлива.
— Ты хорошо спал? — спросила я.
  
— Если не считать того, что я проснулся в тундре, то да. У тебя в доме всегда так холодно по утрам?
— Нет, это новая проблема Лорелеи.
— Это не так страшно, как угон твоей машины.
Я посмотрела на него.
— Это не соревнование, Ган.
— Почему бы мне не приготовить завтрак?
Я скрестила руки на груди.
— Ты не доверяешь моей стряпне?
— Это благодарность в обмен на то, что позволила мне остаться. — он покачал головой. — Кто-то довольно ворчливый, когда только просыпается. На твоем месте, я не стал бы себя так вести, иначе потеряешь первого же парня, которого уговоришь остаться на ночь.
— Мне не нужно никого уговаривать.
Ган улыбнулся, как Мона Лиза, и вплыл на кухню.
Ощущение покалывания предупредило меня о посетителе. После вчерашнего нападения я не хотела рисковать. Прижимаясь спиной к стене, я пробралась в прихожую. Выглянула наружу и увидела каскадную цветочную композицию.
Мой пульс участился. Возможно, это было извинение Кейна. Я открыла дверь.
— О, какие шикарные цветы! — восторженно воскликнула бабуля Пратт, стоя на крыльце.
Доставщик выглянул из-за цветов.
— Лорелея Клей?
— Это я.
— Я слышал, что кто-то купил этот старый дом. — он посмотрел мимо меня в прихожую. — Мебели еще нет?
Думаю, я могла бы добавить «курьера по доставке цветов» к списку людей, оценивающих мой выбор.
— Работа продолжается.
— Кстати о работе, вам следует посыпать солью мост. Там скользко.
— Я израсходовала весь свой запас, а в «Хьюитте» все распродано, — сказала я, вдыхая цветочный аромат. Я не любитель сладких ароматов, а эти цветы были идеальным сочетанием цитрусовых и розового
— Да, никто не ожидал такой погоды. В прогнозе ничего не было, а тут… Месть матери природы.
В прихожей показалась голова Гана.
— Ты уже закончила флиртовать с курьером? У меня кризис, на случай, если ты забыла.
— Извините, что задерживаю вас. Должно быть, вы кому-то очень нравитесь. Вы хоть представляете, как трудно достать такие цветы в это время года? — он сунул мне в руки посылку. — Наслаждайтесь.
— Спасибо. — я закрыла дверь и отнесла композицию на кухню, поставив посреди стола.
— Ты собираешься прочесть открытку? — спросил Ган.
— Где она?
Он искоса взглянул на меня.
— Ты ведешь себя так, будто тебе никогда раньше не присылали цветов. — он снял открытку с маленькой палочки в середине букета и протянул ее мне. Его глаза сузились. — О боги. Тебе никогда раньше не присылали цветов.
— Не знаю. Не могу вспомнить.
— Конечно, знаешь. Все помнят цветы, которые получили. — его голос смягчился. — Я не насмехаюсь над тобой из-за этого, Лорелея. Просто не ожидал подобного.
Я выдавила из себя улыбку, которая, вероятно, была чем-то средним между жалкой и безумной.
— Потому что я такая дружелюбная и общительная?
Ган похлопал меня по руке.
— Конечно, давай продолжим.
Моя рука дрожала, когда я открывала маленький конверт, чтобы прочитать открытку. Извинения Кейна все исправили бы. Я бы перестала жаловаться на погоду. Я бы даже перестала мучить его в своих снах.
«Надеюсь, вы быстро поправились. Думаю о вас. Винченцо».
Моя сердце упало.
— Ну, не держи меня в напряжении. От кого цветы? — он выхватил открытку из моих замерзших пальцев? — Поправилась? О чем это он?
— Он послал кого-то напасть на меня у «Монка» прошлой ночью.
— Серьезно? Почему ты не сказала?
— Потому что ты был слишком занят разговорами о себе.
Ган бросил открытку на стол.
— Если мы хотим, чтобы у нас была настоящая дружба, ты должна знать обо мне пару вещей. Первая — я обожаю говорить о себе, но, если у меня есть друг, который в этом нуждается, он становится главной темой разговора — временно, конечно. Второе — ты можешь рассказать мне что угодно, и я не стану тебя осуждать. — он сделал паузу. — Ладно, это не совсем так. Я буду мысленно осуждать тебя около двух секунд, а затем забуду об этом, чтобы поддержать.
— Я ценю эту открытость.
— На этой ноте, есть что-то, что я должен знать? — он выжидающе на меня посмотрел.
— Кто-то или что-то напало на меня на парковке у «Монка», — сказала я.
Ган меня осмотрел.
— Ты не выглядишь сильно потрепанной, если не считать синяка на лбу.
Я коснулась места, куда угодил камень.
— Уже появился синяк?
— Ты не знаешь, кто это сделал?
Я покачала головой.
— Он был в тени. Швырял в меня разными вещами, а затем сбежал.
— Больше похоже на поведение десятилетнего ребенка, а не монстра. — он задумался. — Хотя это часто бывает одно и то же.
— Не думаю, что Магнарелла нанимает детей.
— Нет, но он явно решил привести в исполнение свою угрозу.
— Бросаться камнями как-то несолидно для его приспешника.
— Ты прав. Возможно, он воспользовался дешевой рабочей силой. — его взгляд скользнул к цветам. — Не думаю, что ты собираешься сообщить обо всем шефу Гарсия.
— Нет смысла. Магнарелла вне ее компетенции. — что хуже, она о нем не знала. Шеф полиции легко могла погибнуть из-за сверхъестественной вражды. Я ни за что бы на такое не пошла.
Ган бросил на меня нерешительный взгляд.
— Всегда можно обратиться к принцу ада.
Я покачала головой.
— Ни в коем случае. Не говори ему ни слова.
— Почему нет? Он бы захотел знать.
— Поверь мне, Ган. Кейн не хочет знать так много, как ты думаешь.
Он бросил на меня любопытный взгляд.
— Что это значит? Кейн Салливан коллекционирует секреты. Он хочет знать подноготную всех.
Я решила сменить тему.
— Мы уверены, что цветы не отравлены?
Ган наклонился, чтобы их понюхать.
— Сомневаюсь. Вампир играет с тобой, но, если тебе станет легче, могу провести быстрый осмотр. Бесплатно.
— Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.
Он закатал рукав и выбрал карту таро.
— Вот эта должна сработать. — Ган поднял карту Солнца и принялся рассматривать цветы с ее помощью.
— Сколько времени тебе потребовалось, чтобы овладеть заклинанием обнаружения ядов? — спросила я.
— Не так уж и много. Оно довольно простое. Если здесь есть яд, то эта карта нас просветит.
Маги La Fortuna, такие как Ган и Кэм, родились со способностью направлять карты таро, но не обладали особыми навыками. Их им приходилось приобретать, осваивая каждую карту, и, насколько я понял, иногда этот процесс был мучительным.
Маги погибали в погоне за определенной магией. Чем больше карт осваивает маг, тем сильнее он становится. Также было различие в глубине и ширине. Маг мог обладать способностью активировать все карты, но только по одному заклинанию на карту.
Другой маг мог активировать только две карты, но несколько продвинутых заклинаний на карту. У меня сложилось впечатление, что Гюнтер и Кэмрин были где-то в середине спектра магов.
— Настоящим я объявляю, что с этим посланием все в порядке
— Спасибо, Ган. — как бы мне ни хотелось этого признавать, я почувствовала себя лучше, зная, что цветы — это просто цветы.
— Уверена, что хочешь оставить их себе? Если они служат напоминанием о твоем опасном враге, я буду более чем счастлив избавить тебя от цветов. В конце концов, именно мы с Дасти поставили тебя в такое положение в первую очередь.
— Я сама поставила себя в такое положение. К тебе с сестрой нет претензий. Кроме того, было бы неплохо, если в этой комнате появятся яркие краски, тем более что я провожу здесь большую часть времени.
  
Ган, казалось, был слегка разочарован моей готовностью выполнить условия соглашения.