Властелин Безмолвного Королевства

– Успокойся.
– Простите, ваша светлость. Я пришел не из-за Руденса Шнайделя, а из-за Кловена Фебруарена.
– Из-за Девятого Неизвестного? – удивился Делари. – И в чем же дело?
– Расскажите сначала, что с ним сталось?
– Мертв, насколько мне известно. А что?
– А тело вы видели?
– Нет. А что?
– Как только начинается какая-нибудь заварушка, неизменно появляется один тип. С полдюжины раз уже я его видел: в ту ночь, когда лейтенант Консент обратился, рядом с домом Анны. Потом в Закрытом Дворе в тот день, когда рухнул ипподром. Среди зевак в Кларенце, когда мы схватили герцога. Еще чаще его видел Редферн Бехтер, он-то мне и указал на таинственного незнакомца. И полковник Горт его видел. Видимо, Анна с детьми тоже увидят.
– Не понимаю, к чему ты клонишь, – озадаченно нахмурился принципат.
– Просто рассказываю, как было. Когда в Закрытом Дворе Хьюго Монгоз глянул на него разок и сказал, что это Кловен Фебруарен. Он говорил весьма уверенно.
– Принципат Монгоз старше многих бротских памятников, и разум его от возраста тоже порядком поизносился.
– Понимаю. Но тот тип точь-в-точь как из рассказов, которые я слышал о Кловене Фебруарене. Я одолжил у Горта соглядатая и велел ему за подозрительным типом проследить, больше ничего не рассказывал. В этом кошеле его отчет – поразительный отчет. А самое удивительное, что живет этот тип в вашем особняке.
На лице Делари промелькнул испуг, но так быстро, что Хект не был уверен, не почудилось ли ему.
– Нет.
– Что – нет?
– Если это призрак… Кловен Фебруарен владел этим домом. Давным-давно.
– Правда? А я думал, это фамильный особняк Делари и именно ваша семья его построила.
– Так и есть. Кловен Фебруарен приходился мне дедом.
– Ого!
А чего тут удивляться? Но Хект все равно удивился.
– Нужно все обдумать. И провести расследование. Вы с Герис поладили?
– С кем? Ах да, та белокурая дама.
– Да, именно, Герис, моя внучка. Я тебе уже несколько раз про нее говорил. Вы поладили? Поговорили?
В голосе у принципата почему-то слышалось раздражение, словно бы он чего-то ждал от Хекта, но тот все никак не оправдывал ожиданий.
– Мы поговорили и условились друг другу не мешать. Ей не очень-то понравилось, что мы к вам переехали. Живет она уединенно, как я понял. Анне она не понравилась сначала, но потом ваша внучка сварила кофе, и ее мнение сразу изменилось.
Но старик явно не это хотел услышать.
– У тебя еще есть дела, Пайпер? Здесь или в Кастелле?
– Дела есть всегда, но сегодня вечером ничего срочного.
– Тогда займемся этим прямо сейчас. Иначе… Мне сообщили из надежных источников, что скоро тебя не будет в Броте. Безупречный решил отправить войско в Коннек.
Новость не стала для Хекта неожиданностью, но он все равно выругался.
– Именно так, – согласился Делари. – Глупость несусветная, но ведь Безупречный у нас – непогрешимый глас Господень. А если бы Господу не нравилось, что болтает Его голос, Он бы его унял.
– А если кто-нибудь начнет возражать и сам его уймет?
– Значит, такова воля Господа, правильно?
Почти праманский взгляд на жизнь – так можно оправдать все, что угодно, даже самые жестокие деяния.
– Арманд!
Оса Стил появился словно из-под земли. Подслушивал. Или пытался.
– Ваша светлость?
– Мы едем в особняк. Приготовь все.
Мальчик поклонился. Вид у него был озадаченный. Значит, не подслушивал.
– Поспеши же! Пусть хоть какая-то польза от тебя будет.
Хект заметил, как принципат подмигнул ему – едва заметно.
– Разумеется, ваша светлость.
– Вам что-нибудь удалось разузнать о том кольце? – спросил Пайпер, когда Стил вышел.
– Каком кольце? – нахмурился Делари.
– Я отдал вам кольцо, и вы обещали его изучить.
С недавнего времени Хект стал припоминать об этом самом кольце разные вещи. Например, вспомнил, что показывал его Поло в тот день, когда получил вместе с деньгами от Дивино Бруглиони. Рассказывал ли об этом Поло Палудану или Джервесу Салюде? Запомнили ли они? Он ведь признался принципату Дивино, что получил от него кольцо. Хект теперь и об этом помнил. Успел ли старик перед смертью кому-нибудь сказать?
 
– Ах да, – снова нахмурился Делари. – Действительно. И что я с ним сделал?
– Оно вроде как заставляет о себе забыть. Но можно ли колдовство обратить? Может ли так случиться, что потом о нем внезапно вспоминаешь?
Не потому ли Джервес Салюда вдруг заинтересовался?
– Теперь припоминаю. Я хотел его подправить, чтобы нельзя было его потерять, даже если о нем забываешь. Это кольцо делает своего хозяина незаметным. Конечно, невидимым не станешь, как в сказках про волшебные плащи и перстни, – просто тот, кто видел тебя, потом не вспомнит, как ты выглядел.
– Тогда оно мне не слишком подходит. Я ведь главнокомандующий как-никак.
Они еще немного поговорили о кольце.
– Скорее всего, ты вспомнил обо всем из-за взрыва – из-за контузии, – предположил Делари. – Запиши все прямо сейчас, чтобы потом, когда снова забудешь, не потерять информацию.
Хект хмыкнул, на минуту задумавшись.
– Неплохая идея.
– Сюда и запиши.
Шло время.
Вернулся Оса Стил.
– Все готово, ваша светлость. Можно ехать в любой момент.
– Еще пару минут, Арманд.
Анна и внучка принципата успели почти подружиться. Даже встречать Хекта и Делари они вышли вместе. Стояла ночь. Дети и слуги уже ушли спать. Анна без малейшего стеснения обняла Хекта, но казалась при этом расстроенной.
Арманд вместе с кучером таскали в дом принципатовы вещи.
– Пайпер, а где твои телохранители? – гневно поинтересовалась Анна.
Ага, вот, значит, что ее расстроило.
– Ах, телохранители… Я и забыл о них.
Анна, словно в поисках поддержки, посмотрела на Делари, а потом бросила на Хекта такой грозный взгляд, что он без слов понял: в следующий раз она ему не простит забывчивости.
Принципат отвел внучку в сторону, и они принялись что-то обсуждать. Старик говорил горячо и возбужденно, она же хмурилась и медленно выговаривала слова, потом покорно склонила голову и удалилась.
– Зря он с ней так, – сказала Анна. – Она так мучилась, пока несколько лет назад ее не нашел Грейд Дрокер.
– Да?
– Мы о многом говорили. Я теперь совсем по-другому смотрю на свою собственную жизнь.
– Ну и что ты узнала?
– Ее мать и всю семью похитили работорговцы, когда Герис было всего пять.
Хект вспомнил, как принципат Делари рассказывал, что мать белокурой женщины была рабыней в Святых Землях, а Грейд Дрокер ее освободил. Значит, потом она снова попала в рабство.
– Их продали разным людям, – продолжала меж тем Анна. – Дрокер к тому времени уже занимал в Братстве важное положение и потому смог бросить все силы на поиски. Но найти ему удалось лишь ее. Ужасно, правда?
Да ужасно, но так ведь устроен мир. Подобное случается каждый день.
Анна замолкла. К ним подошел Делари:
– Пайпер, когда закончишь, приходи в тихую комнату. Поторопись.
– В какую комнату, ваша светлость?
– Ту, в которой мы беседовали после обращения Консента.
– А, понял.
– Сомневаюсь я что-то. Но все равно приходи. Герис сварит кофе. У нас амбонипсгские зерна.
– Да, ваша светлость.
– Не мешкай. – С этими словами старик отправился раздавать указания кучеру и своему малолетнему любовнику.
Нахмурившись, Хект посмотрел на Анну, та пожала плечами. Для нее тоже осталось загадкой, что имел в виду принципат.
– Не хотелось бы оскорблять ваши чувства, госпожа Мозилла, – сказал принципат Делари, – но это дело вас не касается. Возвращайтесь, пожалуйста, к детям.
Хект удивился: слишком уж похоже на откровенную грубость. Неужели все, кто доживает до преклонных лет, себя так ведут?
– Дорогая, по всей видимости, речь идет о какой-то тайне, – сказал он Анне. – Все-таки мы в его доме.