Властелин Безмолвного Королевства

– Да? – нахмурился Хект. – Каким же в угоду какому?
– Сами решайте. Это, в общем-то, не важно.
– Но мы ведь здесь закончили, так?
– Вроде того.
– Ты едешь домой? Или со мной?
– Поеду на Артесипею. Против своей воли. Я еще не видел свое новорожденное дитя.
– Ноя – святая. Место ей на троне небесном рядом с Анной.
– Анна сама себе хозяйка, ей эта роль более привычна.
– Ты не задумывался о том, что время крутых перемен – происки Ночи? И о том, какие силы, возможно, сейчас просыпаются?
– Главнокомандующий, я что-то перестал вас понимать.
– За ничтожно малое в масштабах истории время гибнет могучий Граальский император, а вслед за ним одержимый патриарх и владыка самого религиозного и воинственного государства во всем чалдарянском мире. Все это предвещает крутые перемены. Особенно если вспомнить о надвигающихся льдах.
Титус равнодушно хмыкнул. Он слишком устал, чтобы волноваться о происках Ночи.
– Пойду спать. Можете меня под трибунал отдать, если хотите. Тут уже и казнь покажется избавлением.
– Ладно, слабак, иди. Трать свою жизнь на сон.
Хект выбрал кресло в укромном уголке, уселся в него и попытался немного расслабиться и восстановить силы, сквозь дрему прислушиваясь к разговорам своих помощников и флотских.
Неожиданно у него заныли уши, однако боль быстро прошла. Воздух, казалось, на секунду сгустился. Но Пайперу было все равно. Он слишком устал.
– Ложная тревога, – прошептал кто-то над его ухом. – Муньеро жив. И Герис. И Анна, и твои дети. Я принес письма от них всех. Особняк поврежден, и другие дома тоже, но больше проблем не предвидится. Пока. У Жосерана Кьюто новые планы на церковь.
Вечно-то Пайперу Хекту мерещились голоса далеких предков.
– Что нам сулят арнгендские события? – спросил он, надеясь подловить Девятого Неизвестного.
Но напрасно.
– Горести для Коннека. И очень скоро. Но ты сможешь умыть руки и сказать, что это не твоя вина. Ты уже уедешь, когда начнутся несчастья.
Хект понятия не имел, о чем бормочет волшебник, зато видел, что его перешептывания привлекли внимание тех, кто находился в комнате. Особенно Йокая: вид у охотника на ведьм сделался такой, будто его мучил запор.
– Господа, – объявил Пайпер, – мне нужно поспать. Я уже сам с собой разговариваю.
Его люди проследят, чтобы все было сделано и без дальнейших указаний.
В спальне Хект снял сапоги и, не раздеваясь, повалился на кровать.
– Я ведь не шутил, мне правда нужно отдохнуть. Обсудим все завтра, когда я смогу наконец продрать глаза.
– Я принес письма.
– Подождут до завтра. Уходите.
Пайпер закрыл глаза, успев еще удивиться, как это Фебруарен столько всего успевает. Но почти сразу его снова разбудили. Пришли телохранители и сообщили, что рана Мадука не смертельна и он выживет. В который уже раз.
– Пора ему в отставку, – сказал Хект. – Играя со Смертью, рано или поздно проигрываешь.
Такое заявление не могло не вызвать косых взглядов его личной охраны.
Несмотря на все препоны и неразбериху, на следующий день из гавани вышла дюжина нагруженных кораблей. К Хектову удивлению, почти все патриаршие солдаты решили остаться. Он списал это рвение на тяжелые времена.
А вот многие из тех, кто присоединился к войску уже в Коннеке, его покинули, не желая бросать свои семьи.
На борту корабля Хект нервничал. Корабли ему не нравились, а уж этот и подавно.
Подошел Титус Консент и встал рядом возле планширя в средней части судна – оттуда Хект наблюдал за удалявшимся Шивеналем.
– Я с докладом, мой господин. Кораблям придется сделать два рейса. Людей и груза получилось больше, чем я предполагал.
– Ты все отлично организовал. Молодец.
Краем глаза Хект заметил мелькнувшее в толпе среди людей на палубе знакомое коричневое одеяние. Что ж, поддержка не помешает.
– Отчего у вас такой унылый вид? – спросил Консент.
– Ходил когда-нибудь по Родному морю?
– Нет.
– Тогда скоро узнаешь.
– Вы сами-то когда ходили?
– Когда мы с Гортом сбежали ненадолго в Сонсу.
 
Сонса! Так вот что не так с этим кораблем: Пайпер уже бывал на нем – переправлялся в Фиральдию со Старклирода.
– А теперь что стряслось? – удивился Титус. – Вы будто привидение увидали.
– Вспомнил, каково нам пришлось, когда налетел шторм. Молись, чтобы не было непогоды. Не знаешь, в это время года тут шторма бывают?
– Нет, откуда мне знать.
Хект остановил спешившего мимо матроса:
– В это время года здесь шторма случаются? Как называется корабль?
– Нет, господин, в это время года штормов немного. Вот через месяц-полтора – тогда да. – Матрос с опаской покосился на него, явно думая, что у главнокомандующего не все в порядке с головой. – А называется «Вивия Инфанти», господин.
– А название-то вам зачем? – поинтересовался дэв.
– В моих краях название корабля многое значит. Скажи-ка, матрос, а команда опытная? Они уже давно ходят на этом судне?
– Да, господин. Все как один опытные мореходы. Переправим вас в мгновение ока, господин, будьте уверены.
Матрос торопливо ушел – подальше от чокнутого главнокомандующего.
– Мой господин, вы бы держали себя в руках, – заметил Консент. – За вами ведь наблюдают. Ваши люди никогда не видели у вас ни малейших признаков неуверенности или страха. А теперь, когда нам предстоит битва с волшебником, да еще таким, как Руденс Шнайдель, мы не должны подвергать испытаниям их веру.
– Ты прав, конечно. Как всегда. – На самом-то деле Хект пытался, не вызывая подозрений, разведать, нет ли на борту кого-нибудь, кто узнает неудачливого рыцаря по имени Эльфорд да Скес, возвращавшегося домой из священного похода. – Но я никак не могу отделаться от мысли, что там в воде рыщут кровожадные чудовища, которые мечтают меня слопать.
– Приятно видеть, мой господин, что и вам не чуждо хоть что-то человеческое.
– Сарказм принят к сведению, лейтенант. Займись-ка разведкой и разузнай, почему вдруг Сонса решила подружиться с королем Питером. Последнюю сотню лет они вяло, но все же беспрестанно воевали с Платадурой.
– Тут все просто – экономика. Сонса проиграла и присоединилась к победителю, в противном случае ей оставалось лишь сгинуть.
Хект подумал, что дэв, вероятно, прав. Но… Не замешано ли тут каким-то образом Братство Войны?
Хорошо, что Сонсу захватил не кто-нибудь из них, а Пинкус Горт со своим городским полком: а то вдруг матросы решили бы расквитаться.
Плавание не должно было продлиться долго. Тихий голос, нашептывавший Хекту в ухо, уверял, что погода не подведет. Пайпер старался меньше бывать на палубе, чтобы не путаться под ногами, и при любой удобной возможности снова и снова перечитывал письма от Анны и детей. В строках Анны, обращенных к нему, чувствовались кротость и смирение. Она стоически переносила тяготы, выпадавшие на долю тех женщин, чьих мужей военное ремесло держало вдали от дома. Дети жили своей радостной жизнью – ни в чем не нуждались и почти ничего не боялись. Пелла в письме изо всех сил старался продемонстрировать свои успехи в учебе. Хекта эти успехи впечатлили, хотя над почерком Пелле еще нужно было поработать.
Вэли написала мало и явно лишь из чувства долга: с ней все хорошо, она надеется, что война скоро закончится и он вернется домой, тогда Анна станет больше улыбаться; Анна очень волнуется; в городе неспокойно, а почему, она не знает; ей очень нравится Лила – та девочка, которую он к ним прислал.
И все. Хотя еще пришло послание от принципата Делари. Он писал, чтобы Хект был осторожен и готовился по возвращении в вечный город заняться некой учебой.
Половина помощников Хекта тоже была на борту «Вивии Инфанти». А вот полковник Смоленс задержался в Шивенале. Пайпер очень надеялся, что он там и останется и будет заниматься снабжением патриарших войск на Артесипее. Это было бы гораздо надежнее, чем полагаться на Брот с его переменчивыми политическими веяниями.