Давай поспорим? (СИ)

— Завтрак божественный, — хвалю я Карину, хотя на самом деле кусок в горло мне не лезет.
— Тогда марш переодеваться и в торговый центр.
— Да, Карин, по поводу этого. Я не смогу. У меня нет свободных денег, чтобы скупить все магазины с целью соблазнить немцев.
— Ничего, я дам тебе денег. Мой будущий муж довольно щедрый, — подмигнула она мне.
— Нет, Карин. Прости…
Мне действительно неудобно, что в каком-то пьяном бреду, а может и не такой пьяном, ведь отходняка не чувствую, я согласилась на эту авантюру. Ведь действительно, нет ни денег, ни желания. Те деньги, что Рома переводил мне, отдам ему, когда наберусь смелости взглянуть ему в глаза. Это не мои деньги и держать их у себя не планирую.
— Так, давай хотя бы один наряд, пожалуйста, — умоляет она меня, а я, блин, соглашаюсь.
— Хорошо!
Мы подъехали к торговому центру. Особого желания у меня нет ходить по магазинам, но я вроде как пообещала Карине. Ведь она так много для меня сделала за вчерашний вечер. Я правда это ценю.
— Слушай, Насть, Артур приглашает сегодня в клуб пойти. “Затмение”, слышала? Может быть с нами?
— Ой, Карин… я честно даже не знаю. Мы же с мамой завтра утром улетаем…
Честно говоря, я очень хочу пойти. Чтобы отключиться, забыться. Выйти на танцпол и отдаться музыке, чтобы она проникла в каждую клеточку моего тела. Мне нужно потанцевать, но правильная часть меня говорит о том, что надо вернуться домой к маме и спокойно собрать свои вещи, а утром выдвинуться в аэропорт.
— Насть, посмотри на меня. Мы зайдем ненадолго. Как только ты захочешь уехать, вызовем тебе такси. Хоть через пять минут, хоть через пол часа. Тебе надо выйти и проветриться. Отпусти себя. В твоем состоянии ты закроешься и дойдешь до того, что будешь винить себя, считать себя никчемной и никому не нужной. Поверь, я знаю о чем говорю.
— Хорошо, Карин, но как только я захочу, я уеду. Договорились?
— Конечно!
В таком настроении мы пошли по магазином выбрать мне наряд. Карина, конечно, тоже не остается в стороне: карточка ее будущего мужа опустошается с каждой свободной вешалкой.
— Вот, смотри, Насть.
Она показывает мне на серебряное платье, вышитое полностью каким-то пайетками или бисером, никогда не разбиралась в них. Но то, что оно яркое и притягивает к себе внимание, в этом я уверена на сто процентов.
Короткое, едва прикрывает мою пятую точку, но закрытое сверху.
— Берем, — сказала Карина, когда увидела меня в примерочной.
Я еще раз покрутилась перед зеркалом. Я себе нравлюсь. Наконец-то.
— А давай!
Из торгового центра мы вышли с покупками: я с одним скромным пакетиком, куда поместилось мое платье, Карина же с целым ворохом, где не только платья, но еще и пара туфелек.
Не думала, что шоппинг действительно помогает. А сейчас сидя на переднем сиденье дорогущего авто я чувствую, что потихоньку начинает отпускать. Нет, мне до сих пор больно, мне сих пор обидно и я не понимаю, чем заслужила, что стала предметом спора, но… это всего лишь эпизод в моей жизни. Вот только интересно, вспоминает ли меня Рома или уже нашел себе девушку для утешения? Они, возможно, уединились у него в спальне, она встала на колени, сделала ему минет…
Меня понесло опять не в ту сторону. Злость и ненависть, которую я старалась похоронить опять вырвались наружу. А еще ревность. Умом понимаю, что Рома никогда мне и не принадлежал, он всего лишь играл мной и моими чувствами, но представить его в объятьях другой… лучше сгореть на костре.
До дома Карины мы доехали быстро. У нас осталось пара часов, перед тем, как за нами заедет ее жених Артур. Для меня времени достаточно, для Карины катастрофически мало.
Ровно через два часа спортивная ауди припарковалась у дома подруги. Клуб, в который мы ехали — известный в столице, только не для меня. Но, когда перед тобой распахивают двери не только машины, но и известного клуба, чувствуешь себя королевой. На один вечер то можно?
— Вон наш столик, — говорит Карина и ведет меня к дальнему столику, который я сходу могу назвать, что он является вип.
 
За столом уже сидят две девушки, блондинка с красивыми волнистыми волосами и в ярко-красном платье, что так хорошо подчеркивает ее грудь (З — зависть) и девушка с рыжими волосами и такими милыми веснушками. Надо ли говорить, кто вызвал больший негатив?
— Девчонки, это моя подруга, Настя, — представляет меня Карина, но на меня они даже не обращают внимание, может оно и к лучшему, я пришла танцевать, а не языками трещать. — Это Катя, — показывает на блондинку, — а это Аня, — настала очередь рыженькой.
Пока мы знакомились, Артур подошел с двумя парнями.
— Ну что, девчонки, кто что пьет? — обвел взглядом нашу девичью компанию Марат, как позже я узнала.
— Мне виски с колой, — рыженькая огласила свой заказ первая.
— Мохито, — заказала блондинка.
— А мы что будем? — обратилась ко мне Карина.
— Не знаю… Воду? — спросила я, пить совсем не хочется.
— Ты смеешься? Какую воду? Насть, ты чего?
— Я правда ничего не хочу.
— Два бокала вина, белого сухого, пожалуйста, — сделала за меня заказ Карина.
Может и правда один бокал мне не поверит, и, наконец, расслаблюсь, потому что в этой компании чувствую себя не уютно.
С каждой минутой людей в клубе становится все больше, видно, что он пользуется популярностью. Причем здесь не только молодежь моего возраста. Вон в углу сидят довольно солидные мужчины, я бы сказала возраста Ромы. Около них трутся одинаковые блондинки и что-то шепчут им на ухо. Печальное зрелище.
Софиты начинают светить ярче, музыка играть громче, танцпол наполняется людьми. Все, как и хотела. И музыкальный бит, которые проникает в клетки, и легкая расслабленность, особенно после бокала вина, ничего не значащие разговоры, а главное, что чувства сейчас притупляются, нет ни боли, ни отчаяние, я больше не та маленькая девочка, что сильно обидели и которой очень больно вот здесь, где сердце. Растоптанные чувства? Нет, их нет, они испарились, как пары алкоголя.
— Идем танцевать, — слышу я голос Карины.
Танцы — не самая сильная моя сторона, но когда ты хочешь отдаться музыке, когда слышишь каждый бит, когда твое тело откликается и движется в такт, становится не важным, что вокруг люди и они могу оценивать тебя. Все неважно. Есть только я, эта музыка и этот танцпол. Я начинаю плавно двигать бедрами, ловя ритм и такт, обхватывать себя руками, а потом поднимать их вверх. Мысли уносятся вдаль, они мне не нужны, с каждым движением наступает легкость и свобода, которую я так жду. Вижу, как рядом девушки танцуют лучше и зазывнее, чем я, но мне все равно. Я наконец-то растворяюсь.
“Почему?”
У меня к нему только один вопрос: почему?
Наверно, бокал выпитого вина на голодный желудок не такая уж и хорошая идея, раз я беру телефон и отправляю ему сообщение с этим вопросом. В трезвом состоянии я бы никогда не осмелилась снова ему написать. А сейчас, мне кажется, что я смогу, я выдержу ответ и, если надо, выдержу его взгляд.
“Потому что придурок. Я не знал, как ты мне станешь дорога”
Дорога. Что значит быть дорогой? Быть близкой, единственной, самой ценной? Или быть дорогой игрушкой? Мы с ним из разных миров. Он привык, что любая по щелчку его пальцев окажется рядом с ним, готовая, обнаженная. Красивая до умопомрачения и соблазнительная. Не как я. Я такой быть не умею. И, наверно, не хочу. Я же жду принца. Из сказки, который вызволит меня из заточения, пусть и мнимого, поцелует и разбудит ото сна. Но сказки нет, как я поняла. А все вокруг сплошная декорация, а актеры обыкновенные люди с земными желаниями и проблемами.
“Хочу тебя увидеть”
“Клуб Затмение”, зачем-то пишу я. А потом выключаю телефон. Дура, которая не умеет быть с мужчиной.
— Настя, с тебя не сводит глаз Марат, — шепчет мне на ухо Карина.
Марат высокий, худощавый блондин с карими глазами. Такое непривычное сочетание. Блондин и кареглазый. Может это линзы? Но нет, я, как человек, который знает о линзах все, вижу, что это натуральный цвет глаз. Странно, это цепляет.