Слова (ЛП)

Это гребаный взрыв.
Я могу переспать с любой женщиной в мире, но никто и близко не заставит меня ощутить хотя бы малую толику того, что я испытываю рядом с ней.
Леннон подобна яду и магии, соединенных воедино. Мне одновременно хочется оттолкнуть ее как можно дальше и притянуть ближе.
Еще одна причина, почему ее отъезд меня осчастливит.
Мало того, что она, безусловно, желает меня уничтожить, Леннон – единственная девушка на планете, которую я не могу заполучить.
К счастью, то, что я устроил прошлой ночью, гарантирует ей билет на ближайший рейс домой. Но сначала мне нужно, чтобы она пришла и сняла с меня наручники.
Давление на мочевой пузырь усиливается, и я снова ее зову.
– Ну же, Группи.
Наконец, дверь моей спальни открывается. Только заходит не она, а Сторм.
– Почему ты здесь?
– Видел Леннон внизу. – Поджав губы, он подходит к кровати. – Подумал, что ты, вероятно, еще связан.
Сукин сын осмеливается шутить.
– Смейся, пока можешь, ублюдок. Этого больше не повторится.
– Что ты имеешь в виду?
– Благодаря моему пьяному купанию в фонтане ее точно уволят.
Что, наверное, объясняет, почему она так и не пришла сюда. Злится из-за расторжения контракта.
Как чертовски жаль.
Рука Сторма, которой он снимал наручник с моего запястья, замирает.
– Постой. Ты устроил это специально?
Для человека со столь высоким IQ временами он кажется тупым, как кирпич.
– Да, мать твою, специально. Говорил же, что хочу от нее избавиться.
Кто-нибудь меня вообще слушает?
Ах, верно. Все они слишком заняты тем, что наживаются на моем голосе, но им плевать на человека, который им обладает.
Я больше не личность. Я – всего лишь товар.
Глаза Сторма становятся крошечными щелочками.
– Ты просто мудак.
– Как я могу быть им в этом сценарии? Это она вторглась на мою территорию, помнишь?
От напряжения у него на лбу проступает вена.
– Потому что ей нужны деньги.
Его ответ вызывает у меня приступ смеха.
– Ага, конечно. Ты забыл, что она живет как принцесса в своем большом и красивом доме?
В отличие от нас в детстве Леннон ни в чем не нуждалась. Ее папочка преподнес ей все на блюдечке. Скрестив руки, Сторм прожигает меня взглядом.
– Поэтому она работает в «Обсидиане»?
Единственный известный мне «Обсидиан» – это стрип-клуб в Хиллкресте.
И, черт возьми, Леннон никогда бы не стала там работать.
Она даже не позволила мне снять с нее футболку, когда мы трахались в темноте. Следовательно, вероятность того, что она разденется перед толпой мужчин, сводится к нулю.
– О чем ты говоришь?
Сжалившись надо мной, Сторм снимает наручники с одного из запястий.
– Слышал от приятеля в городе, что она там работает. – Он хмурится. – Ей явно нужны деньги.
А ему пора завязывать с травкой.
– Она не…
– Чендлер нашел ее там, приятель. Если не веришь мне, спроси у него.
Внутри меня вскипает причудливая смесь ярости, ревности и беспокойства.
Мне хочется расспросить друга о подробностях, но тут открывается дверь и входит Леннон.
– О, ты проснулся. – Ее взгляд падает на мои запястья. – И освободился.
– Сколько бы удовольствия тебе это ни приносило, нехорошо оставлять меня связанным так долго. Людям время от времени требуется ходить в туалет.
Я уже готовлюсь направиться туда, когда Чендлер врывается внутрь, размахивая телефоном.
– Прошлой ночью он прыгнул в чертов фонтан?
К ее чести, Леннон не съеживается, подобно большинству, рядом с разъяренным Чендлером.
– Я же сказала, что он искупался.
Сторм фыркает, чем еще больше злит менеджера.
– А еще ты заявила, что справишься с этой работой.
– И я справляюсь. – Она указывает рукой в мою сторону. – Он не в тюрьме. Происшествие не попало в новости…
– Зато фотографии есть во всех социальных сетях, – кричит Чендлер. – Ты уволена.
Ее решительный настрой ослабевает.
– Но…
– Она не виновата, – вмешиваюсь я.
Понятия не имею, почему Леннон работает в «Обсидиане», но точно знаю, что она не стала бы этого делать, будь у нее другой выбор. Как бы сильно я ни стремился избавиться от нее, нежелание отпускать Леннон обратно в стрип-клуб гораздо сильнее.
 
– Я обманул ее и сбежал, – признаюсь я, когда Чендлер поворачивается ко мне. – Но Леннон меня выследила. И убедила копов отпустить меня. Думаю, она заслужила еще один шанс.
Чендлер испытующе смотрит на меня.
– Мне казалось, ты хотел, чтобы она ушла?
– Это всего лишь ее третья ночь, – встревает Сторм. – И она уже справляется лучше других, раз не трахалась с ним.
Чендлера это ничуть не смущает.
– Боже. Я просто искупался в гребаном фонтане. Благодаря Леннон никто не пострадал и не угодил под арест. – Я делаю шаг ближе. – Уволишь ее, и все станет намного хуже. Поверь мне.
Моя угроза срабатывает, потому что Чендлер переводит взгляд на Леннон, которая с интересом разглядывает меня.
– Я дам тебе еще один шанс. Но если снова облажаешься, тебе конец.
Глава 32
Леннон
По словам миссис Палмы, мой отец чувствует себя хорошо. Хотя во время нашего последнего разговора он подумал, что я пытаюсь ему что-то продать, и бросил трубку. Надеюсь, завтрашний звонок пройдет гораздо лучше.
Сейчас мы на пути в Аризону, поэтому я сплю на койке под спальным местом Феникса.
Вернее, пытаюсь заснуть, но не могу перестать ворочаться. Взглянув на телефон, обнаруживаю, что сейчас чуть больше трех часов ночи. Учитывая, что все остальные в автобусе крепко спят, я встаю, дабы немного побыть в тишине.
В передней части автобуса находится кухня и гостиная, в средней – наши койки, а в задней – комната Чендлера. Однако там есть еще одна крошечная зона отдыха с телевизором, и я решаю пойти туда.
Маленький кожаный диванчик весьма удобен, несмотря на тесноту. Я пытаюсь найти пульт, когда раздвижная дверь открывается и заходит Феникс с обнаженным торсом.
Я встаю с дивана, но он делает несколько шагов, загоняя меня в угол.
– Останься. – Это не просьба, а приказ.
Бросив на него грозный взгляд, я сажусь обратно, и он занимает место рядом со мной. Непосредственная близость делает маленькое пространство еще более тесным.
– Почему все еще не спишь?
От его хриплого голоса крошечные волоски у меня на руках встают дыбом.
– Не могу заснуть. – Я пристально смотрю на него. – А ты почему до сих пор не спишь?
Он должен быть измотан после двух концертов подряд.
Его притягательные голубые глаза осматривают меня сверху до низу, и я сопротивляюсь желанию съежиться.
– Тоже не могу заснуть.
Та затаенная враждебность, похоже, исчезла… Что очень странно.
Как и то, что он потребовал у Чендлера дать мне еще один шанс.
– Почему ты заступился за меня сегодня утром? Тебе представилась великолепная возможность избавиться от моего присутствия.
Феникс стискивает челюсть, и на его лице мелькает какая-то эмоция, которую я не могу распознать.
– Почему ты работаешь в «Обсидиане»?
Меня будто только что окунули в чан с ледяной водой. Не уверена, откуда ему стало об этом известно, но, думаю, проболтался Чендлер.
Впрочем, это не обязывает меня отвечать. Феникс потерял право знать подробности моей жизни, когда предал меня.
– Не твое дело.
Он напряженно сглатывает.
– В таком случае я тоже не буду отвечать на твой вопрос.
Его тактика «ты мне, я тебе» меня ничуть не удивляет.
Наши отношения всегда развивались подобным образом.
– Но раз уж ты остаешься, – продолжает он. – Нам следует заключить перемирие.
Так и хочется послать его ко всем чертям, но мне нужны деньги.
Если перестанем вцепляться друг другу в глотки каждую секунду дня и ночи, это значительно облегчит мне работу.
– Ладно. – Я встаю. – Я возвращаюсь в постель.