Когда мы виделись в последний раз

– Вот так ты все оправдываешь? Глупостью и юностью? Возьми на себя ответственность. Ты так погрузилась в свои переживания, в свое несчастье, что даже не подумала о том, как это все отразилось на мне. Тебе не пришло в голову спросить у меня, почему со мной порвал Картер? – Она начала повышать голос. – Я была беременна. А из-за твоей бесчувственности я лишилась и ребенка, и мужчины, за которого собиралась замуж.
  
Мысль о том, что она была виновата еще и в выкидыше у Блер, оказалась непосильной для Кейт.
– О, Блер. Мне так стыдно. Прости меня. Я же не знала, что ты была беременна.
Блер вплотную приблизила лицо к лицу Кейт.
– «Прости, прости», – произнесла она насмешливо, нараспев. – Поздно уже для твоих «прости». Из-за выкидыша началась инфекция. Мой муж ушел от меня, потому что я не могу родить ему ребенка. А во всем ты виновата!
– О чем ты? Что это значит – он от тебя ушел? Он же послал тебе цветы и красивую открытку.
– Цветы послала себе я сама. Я не могла позволить никому в Балтиморе узнать, что мой муж больше меня не любит.
– Блер, пожалуйста, послушай меня. Тебе нужна помощь. Я могу помочь тебе. Пожалуйста, давай поговорим об этом. Мы обязательно что-то придумаем.
Блер посмотрела на Кейт с тоской:
– Ты разбила мне сердце, Кейт. Дважды. Ты не оставила мне другого выбора. Я не могу позволить, чтобы ты кому-то рассказала правду.
Страх Кейт сменился отчаянием.
– Ну и какой у тебя план? Засадить Саймона за решетку за то, чего он не делал, а меня убить?
Глаза Блер зловеще сверкнули.
– Я не стану убивать тебя. Это сделает огонь. Все знают, как ты обожаешь свечи. То есть ты забываешь их задувать. Никто и не удивится, что ты сгоришь заживо из-за своей беспечности. Могут даже решить, что ты сделала это нарочно. В последнее время ты вела себя как чокнутая. Жаль, что я уеду по магазинам, когда это случится. Валиум плюс свечи – у тебя не будет вариантов. Какая жалость, что все охранники ретировались, а прислуга ушла на день. То есть те из прислуги, кого ты не уволила.
Кейт в отчаянии обвела взглядом комнату:
– Ты вправду готова убить меня? Но ты же не убийца, Блер, – пробормотала она, пытаясь заставить себя сосредоточиться.
– Ты не оставила мне выбора, – процедила Блер сквозь зубы, вскочила и ударила Кейт кочергой по голове.
Кейт упала на пол, корчась от дикой боли. Блер вытащила из кармана зажигалку и зажгла две свечи на журнальном столике. Рядом с одной из них она положила кухонное полотенце. Затем она толкнула свечу рукой и стала смотреть, как полотенце охватил огонь, перешел на газету и растекся по столу. Сработали пожарные датчики, завопила сигнализация. Но Блер все рассчитала. Пожарные машины будут ехать слишком долго, они не успеют спасти Кейт – пламя распространялось слишком быстро.
– Прощай, Кейт, – сказала Блер и пошла к двери.
– Блер, нет! Подожди! Пожалуйста, помоги мне, – кричала Кейт.
Она пыталась подняться, но теряла равновесие. Села, стала глубоко дышать в попытке сосредоточиться. «Думай!» – приказала она себе. Сумела встать, но ноги подкашивались. Огонь распространялся по комнате, он охватил книги и фотографии. Дым так быстро наполнял комнату! Кейт опустилась на четвереньки. Пламя подступало к ней со всех сторон. В комнате быстро стало душно. Тогда Кейт подняла полы рубашки и закрыла ими рот. Судорожно кашляя, она поползла по полу к холлу. Морщась от боли, она тащила за собой растянутую ногу.
– Помогите! – хрипела она, хотя осознавала, что в доме никого нет.
Но она не имела права поддаваться панике. Она должна была постараться успокоиться и сохранить в легких кислород.
Она не могла вот так умереть и оставить дочку сиротой. Саймон уже был арестован. Аннабел останется одна. Дым становился таким густым, что Кейт видела впереди себя всего на несколько дюймов. Она чувствовала, как к ней тянется жар пламени и жаждет поглотить ее. «У меня ничего не получится», – думала она.
Глотка и нос пересохли.
Из последних сил ей удалось перебраться в прихожую. Она лежала на полу, тяжело дыша, в полном изнеможении. Голова у нее стала как ватная, но мраморный пол приятно охлаждал тело. Теперь она могла заснуть. Глаза у Кейт закрывались. Она теряла сознание. И наконец все вокруг стало черным.
  
Глава двадцать восьмая
 
Блер выскочила за порог парадной двери и остановилась. Если она уйдет сейчас, Кейт умрет. Все будет кончено. Не останется шанса все исправить. Она только что сообщила Кейт шокирующую новость. И может быть, если бы можно было дать Кейт больше времени подумать, она бы осознала, что кровь – не водица, что Блер сделала только то, что ей нужно было сделать, чтобы спасти Кейт от Саймона. Но если Кейт умрет, этому не суждено будет случиться. Нужно было спасти ее. Что бы ни натворила Кейт, она была ее сестрой. И она не могла позволить, чтобы Кейт сгорела заживо.
Блер повернулась и рванула входную дверь на себя. И с облегчением осознала, что дверь за ней не захлопнулась на замок. Она вбежала в дом, твердо решив вытащить Кейт на улицу. Может быть, ей удастся каким-то образом убедить Кейт в том, что все было сделано ради нее. И уж конечно, Кейт поймет, почему Блер была так разгневана. Дольше пятнадцати лет она была разлучена со своей матерью из-за глупой ссоры. Ссоры из-за мужчины, который даже не заслуживал того, чтобы находиться рядом с Кейт. Он был изменником и убийцей.
Кейт придется простить ее за все, как она сама простила Кейт. В конце концов, то, что сделала Кейт, было гораздо хуже. А Блер только попугала ее немножко и помогла избавиться от мужчины, отнявшего у них мать, от мужчины, который заслуживал страданий до конца своей жалкой жизни. Со временем Кейт это поймет. И в итоге Блер спасет Кейт жизнь. И может быть, Кейт осознает, что Блер сделала все это ради того, чтобы убрать из ее жизни Саймона. Без помощи Блер его бы ни за что не поймали. Да-да, Кейт увидит, что порой необходимы жесткие меры. Блер всегда прикрывала спину Кейт, прикроет и на этот раз.
Войдя в дом, Блер закашлялась от дыма. Надо было торопиться. Почти сразу она увидела Кейт, которой удалось доползти до прихожей, где она лишилась чувств. В гостиной полыхало пламя, его языки уже начали захватывать холл. Блер подхватила Кейт под мышки и потащила к выходу из дома. Огонь уже лизал обои в холле. Чувствуя прикосновение ужасного жара к щекам, Блер пятилась к двери, таща за собой сестру. В какой-то момент ноги Кейт задели за столик около стены. На пол упала большая ваза. Отлетевшим осколком поцарапало запястье Блер.
Когда она наконец выволокла Кейт за порог и положила на землю во дворе, она тут же начала делать ей искусственное дыхание. Из глубокого пореза на запястье Блер сочилась кровь.
С удивлением заметив на подъездной дороге полицейскую машину, Блер встала и выпрямилась. К ней подбежали два офицера, и она прокричала:
– Вызывайте пожарную бригаду! Скорее, она без сознания. Думаю, надышалась дыма.
Один из офицеров опустился на колени рядом с Кейт и послушал ее дыхание. Второй пристально посмотрел на Блер:
– Что здесь произошло?
– Я не знаю, как это началось. Я вернулась из аптеки, а дом горит! Я вбежала и нашла ее. Слава богу, что я вовремя вернулась! Когда я вошла в дом, огонь уже почти добрался до прихожей.
– Да, ей повезло, что вы вернулись вовремя, – кивнул офицер.
Кейт все еще не пришла в себя. А Блер вдруг охватила паника. Что она натворила… А вдруг Кейт умрет?
Через несколько минут она услышала вой сирены подъезжающей пожарной машины.
    
Глава двадцать девятая
 
Когда Кейт открыла глаза, рядом с ней стоял отец. Она часто заморгала, не в состоянии понять, где находится, и, повернув голову, понюхала подушку. При этом она ощутила сильный запах дыма, и все начало возвращаться. Огонь. Блер, говорившая ужасные, безумные слова. А потом как в тумане.
– Кейт, – произнес Харрисон с нескрываемым облегчением, сел на край кровати и взял Кейт за руку.