Плохое влияние (ЛП)

Итак, я был готов уйти и разыграть все по-честному, но вместо этого мне пришлось выплачивать ее долг. Такие парни, как Джулиан, не валяют дурака. Отказ от драк означал подписание ее смертного приговора.
Я был гребаным дураком, когда думал, что Кристал когда-нибудь позволит мне жить нормальной жизнью. Я был еще большим дураком, когда думал, что смогу быть достаточно хорош для Элли.
  
— Я не такой. Я пытался. Что бы я ни делал, как бы сильно ни старался, конечный результат один и тот же.
— Джесс, — говорит Элли, и ее глаза наполняются слезами. — Я тебя не осуждаю. Как ты мог подумать, что я буду осуждать тебя после всего, что произошло?
— Я тебе не подхожу, — говорю я, — и если ты останешься со мной, я только испорчу и тебя тоже.
— Как ты можешь так говорить? Разве у меня нет права голоса?
— Прекрати!
Она вздрагивает от моего тона, и я ненавижу себя за то, что несу ответственность за боль на ее лице.
— Я не собираюсь меняться, Элли, — говорю я покорным голосом. — Я не могу.
— Кто тебя просил об этом? — Ее губы дрожат, а по щеке катится слеза. Стук в дверь заставляет ее подпрыгнуть, и секунду спустя в комнату входят Хэлстон и Салливан. Я написал Салли адрес и попросил его отвезти Элли обратно в Риверс-Эдж.
Хэлстон пытается притянуть Элли к себе, чтобы обнять, но она качает головой, останавливая ее.
— Я не буду умолять тебя быть со мной, — говорит Элли сквозь стиснутые зубы. — Если я выйду за эту дверь, между нами все кончено.
Три пары обвиняющих глаз устремлены на меня. Салли выглядит разочарованным. Хэлстон в ярости. А Элли выглядит... сломленной.
— Иди домой, Эллисон.
  
Глава 33
 
Элли
СЛЕДУЮЩИЕ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ ПРОШЛИ КАК в тумане. Я хожу как в тумане, испытывая то желание расплакаться, то желание ударить кого-нибудь. Как человек может перейти от «Будь со мной, Элли» к разрыву отношений за считанные дни? Я ничего не слышала о Джессе с тех пор, как он сказал мне уйти. Честно говоря, я рада, что он не вернулся. Спать в его постели, окруженной его запахом, его вещами, его семьей — это уже достаточно плохо. Оставаться под одной крышей — не вариант.
Когда мы с Хэлстон вернулись в дом Ло, та поняла, что что-то случилось. Мои глаза были налиты кровью, а сердце разбито. Она спросила, где Джесс, и я растерялась, не зная, как много мне следует рассказать, но Хэлстон без колебаний рассказала ей все до мельчайших подробностей, начиная с того, где мы его нашли, и заканчивая тем, где он остановился.
Хэлстон осталась со мной в ту ночь и с тех пор не отходила от меня ни на шаг, как будто ждала, когда я выйду из себя. Даже Дилан, кажется, беспокоится, наблюдая за мной, как за бомбой замедленного действия, которая вот-вот взорвется. Но я в порядке. Это было просто весело. Мы всегда знали, что у этих отношений есть срок годности.
Запишите это в разделе «Ложь, которую я говорю себе».
  
Глава 34
 
Джесс
РАЗДАВШИЙСЯ СТУК В ДВЕРЬ заставляет Кристал оторвать задницу от дивана, чтобы открыть ее. Как только она поворачивает ручку, дверь распахивается, являя Ло, которая явно в ярости, если судить по выражению ее лица. Большое спасибо, Элли.
— Ты, — говорит она, тыча пальцем в лицо Кристал. — Я должна была догадаться, что ты стоишь за всем этим.
— Я тоже рада тебя видеть, Логан, — говорит Кристал, возвращаясь к дивану, плюхается рядом со мной, прежде чем дотянуться до пачки сигарет на кофейном столике и закурить одну.
Ло издает горький смешок, оглядывая нас обоих.
— Две капли воды, мать и сын.
Я стискиваю зубы, откидываюсь на спинку дивана и делаю глоток из бутылки «Джека», которую держу в руке.
— И что же? Ради этого ты отказался от своего будущего? Чтобы просто сидеть и напиваться с Кристал? — Ло расхаживает перед нами по комнате. — Черт возьми, Джесс! Нам даже не пришлось бы уезжать из Окленда ради этого. А ты, — говорит она, снова обращая свое внимание на Кристал, — я знаю, что ты не слишком известна своей добродетельностью, но неужели у тебя нет ни капли материнских инстинктов? Неужели ты настолько жалкая и эгоистичная, что готова разрушить жизнь своего сына ради собственной выгоды?
— Он любит свою мать, — кричит Кристал, вставая. — В этом нет ничего плохого. В отличие от твоей неблагодарной задницы.
— Заткнись, Кристал. Я чувствую ответственность за тебя, но я не люблю тебя. Есть разница.
— Почему ты мне не сказал? — спрашивает Ло, и в ее глазах вспыхивает обида.
Я пожимаю плечами.
— Ты заплатила свое.
Выражение ее лица смягчается, и она склоняет голову набок.
— Еще не слишком поздно, Джесс. Приходи домой. Прямо сейчас. Давай сядем в машину и поедем. Что бы это ни было, мы сможем это исправить.
Ло умоляюще смотрит на меня. Я делаю еще один глоток, отводя глаза. Я хочу. Я хочу пойти и умолять Элли принять меня обратно и забыть все, что я наговорил. Но я так сильно все испортил, что не вижу выхода.
— Ты боец, Джесс. Ты всегда был таким. Это все, что ты когда-либо знал. Но прямо сейчас? Ты сражаешься не за то, черт возьми. Сражайся за себя. Черт возьми, сражайся за Элли. Но не трать больше ни секунды на борьбу за нее, — говорит она, указывая на Кристал, и в ее голосе слышится смирение. — Ты ни черта ей не должен.
Когда я не отвечаю, она принимает это за свой ответ и выходит за дверь.
— У нее всегда была склонность к драматизму, — замечает Кристал, выпуская струю дыма между нами. — Отпусти ее. — Она похлопывает меня по колену. — Она не такая, как мы, Джесси.
— Я совсем не такой, как ты, — выплевываю я.
Кристал издает смешок, который переходит в кашель.
— Оглянись вокруг, мальчик мой. Ты в точности такой же, как я.
Бл*дь. Она права. С тех пор как я здесь, я только и делаю, что топлю себя в выпивке и погрязаю в своих страданиях. Внезапно я чувствую, что стены сжимаются вокруг меня. У меня перехватывает горло, а на лбу выступают капельки пота.
Это не должно было стать моей жизнью. Ло права. Я не знаю, можно ли что-то исправить, но я точно знаю, что не хочу этого.
  
Глава 35
 
Элли
Две недели спустя
СЕГОДНЯ МОЙ ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ. Это также первая годовщина самого ужасного дня в моей жизни.
Я пыталась вести себя так, как будто это был любой другой день, но я не смогла заставить себя пойти в университет. Я не смогла заставить себя встретиться с Хэлстон и Диланом, которые уже завалили меня звонками и сообщениями. Даже моя мама пыталась дозвониться мне. И я не смогла встретиться с Ло, которая ничего не знает о важности сегодняшнего дня, но знает, что мы с Джесс не вместе. Я бросила свой телефон на пол лицевой стороной вниз, схватила наушники, включила их до упора и двинулась в путь.
Я не знала, куда иду. Не знаю, как долго я бродила, прежде чем обнаружила, что стою перед воротами кладбища. Внезапно чувство вины стало невыносимым. Мой отец был там, гнил в земле в полном одиночестве, а я ни разу его не навестила.
Я с трудом сглотнула, проталкиваясь через ворота, и направилась к его надгробию. Я ничего не говорила. Я не плакала. Я просто сидела, скрестив ноги, на его могиле. Я часами слушала свой компакт-диск, щипала траву и наблюдала, как другие люди приходят и уходят, приветствуя своих близких, прежде чем разогнула затекшие ноги и снова начала идти.
  
Следующим пунктом программы «Вечеринка жалости» была аренда на время отпуска. Я стояла перед закрытым гаражом моих бабушки и дедушки, собираясь с силами, чтобы открыть эту чертову штуковину. Я медленно поднесла пальцы к клавиатуре, сдвинула крышку и набрала код. Дверь накренилась, прежде чем начать подниматься дюйм за дюймом.