Плохое влияние (ЛП)

— Я в порядке, — говорю я, стараясь говорить непринужденным тоном. Когда я делаю шаг назад, его рука скользит вверх по задней поверхности моего бедра и ныряет под платье, чтобы сжать мою попку.
Я отталкиваю его руку, отскакивая назад. Шок лишил меня дара речи, и все, что я могу делать, это стоять на месте, пока мой мозг отчаянно пытается понять, что, черт возьми, только что произошло. Он дружил с моим отцом. Он, наверное, лет на пятнадцать старше меня. Я и представить себе не могла, что это произойдет.
  
— Не будь такой, — говорит он, откатываясь на стуле назад, прежде чем встать. Желание убежать охватывает меня как раз в тот момент, когда дверь распахивается, ударяясь о стену с такой силой, что ручка оставляет в стене дыру. Я подскакиваю, когда Джесси и Салли крадутся по комнате, две пары глаз полны ярости, челюсти плотно сжаты.
О, черт.
Виктор заметно нервничает, встает перед столом, пытаясь спрятать кокаин.
— Это частная встреча...
Он не успевает закончить фразу, как Джесс одной рукой сжимает воротник его рубашки, а другой бьет его кулаком прямо в лицо. Виктор падает на стол, зажимая нос, сквозь пальцы сочится кровь. Джесс тащит его через стол, сбивая при этом все со стола, прежде чем швырнуть на пол. Виктор с ворчанием приземляется на осколки стекла и пытается пнуть Джесса, когда тот приближается.
— Он сделал тебе больно? — спрашивает Салли, хватая меня за плечи и заставляя посмотреть на него. Я качаю головой в ответ.
— Ты предлагаешь моей девушке наркотики? — кричит Джесс, возвращая мое внимание к тому месту, где он стоит над Виктором, который все еще лежит без движения. — Значит, ты думаешь, что можешь дотронуться до нее?
— Джесс, пойдем, — говорю я, подходя к нему. Салли останавливает меня, подхватывая на руки и ставя у двери, как ни в чем не бывало.
— Оставайся здесь. Я приведу его.
Салли подходит, чтобы оттащить Джесси, хватает его за руку, но Джесси еще не закончил.
— Давай, чувак. Ты пугаешь ее.
Это останавливает его, когда он смотрит на меня диким взглядом через плечо. Я ни хрена не боюсь. Я зла. Зла, что Виктор устроил это дерьмо, зла на себя за то, что пошла сюда, и зла, что Джесс пришлось прийти мне на помощь.
Джесси оборачивается, когда Виктор достает из кармана свой телефон. Джесс садится на корточки и обеими руками хватает его за воротник, отрывая плечи от пола.
— Я бы дважды подумал об этом, — говорит он, многозначительно глядя на телефон Виктора. — У тебя клуб, полный пьяных несовершеннолетних, офис, полный запрещенных веществ, и дело о сексуальном насилии, которое только и ждет своего часа. — Голос Джесс низкий и угрожающий, какого я никогда раньше не слышала. — И если ты еще раз хотя бы взглянешь на нее, я убью тебя к чертовой матери. — Он отталкивает его обратно на пол и встает, оставляя Виктора в куче долларовых купюр и битого стекла.
— Думаю, можно с уверенностью сказать, что ты упустила свой шанс, Эллисон, — говорит Виктор, упираясь одной рукой в пол, чтобы подняться. Джесс дергается к нему, но Салли опережает его, ударяя ногой по яйцам. Виктор падает обратно на пол, сворачиваясь калачиком, а Салли садится на корточки, собирая долларовые купюры в стопку.
— Кстати, я заберу это, — говорит он, постукивая Виктора пачкой наличных по лбу. — Надеюсь, ты не возражаешь.
  
Глава 28
 
Элли
Я ПРАКТИЧЕСКИ ВЫБЕЖАЛА ИЗ задней комнаты, и Хэлстон поняла, что что-то не так, как только увидела мое лицо. Она схватила меня за руку, потянула из здания и не останавливалась, пока мы не дошли до ее машины. Я объяснила, что произошло по дороге, а потом мне пришлось уговаривать ее не возвращаться и не надирать Виктору задницу. Мне нужно было держаться как можно дальше от Виктора.
И вот мы сидим на диване в гостиной Ло в два часа ночи.
— Он когда-нибудь делал что-нибудь подобное раньше? — спрашивает Хэлстон, открывая бутылку с водой.
— Никогда, — отвечаю я, качая головой. Я прокручивала в голове каждое наше с ним общение, пытаясь найти подсказки, которые могла упустить. Потом я обвинила себя в том, что у меня не хватило чутья. Но это все чушь собачья. Я приняла неверное решение. Мне не следовало заходить с ним в ту комнату, но это не было приглашением прощупать меня.
Я подпрыгиваю, когда входная дверь распахивается, и мои глаза тут же встречаются с глазами Джесси.
— Какого хрена ты ушла без меня? — кричит он, подходя к дивану, Салли следует за ним по пятам.
— Мне нужно было убраться оттуда, — запинаясь, говорю я. — И тебе не следовало этого делать.
— Ты что, издеваешься надо мной? Что мне оставалось делать, Элли? Стоять там и смотреть? Я же говорил тебе, что этот парень был вкрадчивым. С той минуты, как он увел тебя, я понял, что он выкинет что-нибудь подобное.
Я смотрю на Хэлстон.
— Ты не могла бы подвезти Салли домой?
Ее губы кривятся, и я знаю, что она хочет сказать «нет», но она не станет отказывать мне.
— Разговоры запрещены, — говорит она, указывая на него пальцем, и получает ухмылку в ответ.
— Это принадлежит тебе, — говорит мне Салли, бросая наличные на кофейный столик, прежде чем направиться к двери.
— Мне не нужны деньги этого мудака. Я отдам их группе.
Я встаю, чтобы обнять Хэлстон, обещая позвонить ей завтра, и остаемся только мы с Джесс.
Не говоря ни слова, я вывожу его через заднюю дверь и калитку, ведущую к озеру. Прохладный ночной воздух ласкает мою кожу, но это приятное ощущение после того, как я провела всю ночь в жарком, потном помещении. Луна выглядывает из-за облаков, отбрасывая на песок жутковатые тени от сосен. Здесь так тихо. Мирно.
— Ты серьезно злишься на меня? — спрашивает он, глядя на меня, пока мы идем вдоль берега.
Я вздыхаю, проводя рукой по волосам.
— Нет, я не злюсь на тебя. Я злюсь на него. Я была в восторге от этой работы, а он все испортил, оказавшись извращенцем. — Я поворачиваюсь к нему, протягивая руки к его лицу. — Но ты же не можешь просто так ходить и бить людей по лицу каждый раз, когда они тебя выводят из себя.
— Почему нет?
— Потому что тебя могут ранить. Или арестовать.
— Если ты думаешь, что я когда-нибудь буду стоять в стороне и смотреть, как кто-то причиняет боль моей... тебе... ты меня совсем не знаешь.
Я хмурюсь, и он проводит большим пальцем по моей нижней губе.
— Что?
— Ты назвал меня своей девушкой. — Он сказал это раньше, но я была слишком занята, чтобы отреагировать. Противоречивость даже близко не подходит к тому, что я чувствую.
— В этом есть проблема? — его голос жесткий, но в нем чувствуется уязвимость.
— Джесс... — начинаю я, но тут он поднимает меня за бедра. Мои лодыжки обхватывают его талию, а руки тянутся вверх, чтобы обхватить его плечи, пока он ведет нас к гигантскому камню, наполовину погруженному в воду. Он усаживает меня на гладкую поверхность, его руки обхватывают мои бедра с внешней стороны.
— Ты хочешь этого. Я, черт возьми, чувствую это. Почему ты так чертовски напугана?
Я издаю грустный смешок.
— Ты даже не говоришь мне, куда идешь, когда исчезаешь. У тебя совершенно другая жизнь, о которой я ничего не знаю.
— Я не хочу говорить о той жизни, когда я с тобой. Я не хочу, чтобы это дерьмо касалось тебя.
— Этого недостаточно, — говорю я, ненавидя себя за эти слова.
— Я пытаюсь быть хорошим для тебя, — говорит он, его ладони скользят по моим бедрам, проникая под платье. — Я пытаюсь освободиться. Мне просто нужно время.
  
Освободиться. От чего?
Мое сердце бешено колотится в груди.
— Я обещаю тебе, что, когда я ухожу, я не бываю ни с кем другим. Ничего подобного. Ты просто должна мне доверять. — Джесс наклоняется и целует меня в уголок рта, и я закрываю глаза, приглашающе приоткрывая губы. — Будь со мной, Элли, — шепчет он мне в рот, прежде чем скользнуть языком внутрь.