Плохое влияние (ЛП)

— Но ты это делаешь, — обвиняю я, хмурясь. Я вижу, как он напрягся, но не отрицает этого. Мои вены покрываются льдом, когда я делаю шаг назад, но он разворачивается, его рука сжимает мое запястье, удерживая меня на месте. Я поднимаю на него взгляд, ожидая, что он заговорит. Он тяжело сглатывает, пристально наблюдая за мной, но ничего не говорит.
— Отпусти меня.
Он отпускает мое запястье, и я направляюсь в ванную, желая сохранить между нами дистанцию. Я запираю обе двери, затем сбрасываю одеяло на пол и изучаю свое отражение, которое выглядит таким же оборванным, каким я себя чувствую. Мои волосы спутаны, кожа в пятнах, губы распухли. Нездоровое любопытство заставляет меня опустить руку и пощупать между ног. Я чувствую себя разбитой. Отвергнутой. Как физически, так и эмоционально.
  
Направляясь в душ, я открываю кран. Пока я жду, пока нагреется вода, я говорю себе, что со мной все в порядке. Это просто секс. Это должен был быть кто-то другой. Я рада, что все обошлось. Все в порядке. Я в порядке.
Как только в ванной становится хорошо, и она наполнилась паром, я встаю под душ, позволяя горячей воде обдать меня.
— Эллисон, — гремит Джесси, колотя в дверь, заставляя меня вздрогнуть. — Открой эту чертову дверь.
Я не отвечаю, и стук на минуту прекращается, прежде чем я слышу его с другой стороны.
— Черт возьми, Элли.
Если бы я собиралась заплакать, то сейчас, когда вода скроет мои слезы, было бы самое подходящее время. Но они не текут. Как раз в тот момент, когда я подумала, что он сдался, я услышала громкий звук, за которым последовал треск ломающегося дерева. Занавеска в душе распахивается, открывая Джесс, его взгляд тверд, грудь быстро поднимается и опускается.
— Что, черт возьми, с тобой не так? — спрашиваю я, скрещивая руки на груди в тщетной попытке сохранить скромность, учитывая, что я только что отдала ему свою девственность.
Игнорируя мой вопрос, он заходит в душ, его руки обхватывают мое лицо, заставляя меня посмотреть ему в глаза.
— Я не жалею о тебе, — горячо говорит он. В носу у меня начинает щипать от подступающих слез, подбородок дрожит. Я пытаюсь вывернуться из его объятий, но он удерживает меня на месте. — Это ты должна жалеть.
Я хмурюсь в замешательстве.
— Почему?
— Потому что я все порчу.
— О чем ты говоришь? — Я качаю головой, не понимая, к чему он клонит. Струи душа бьют мне в спину, вода стекает с моих волос на его руки, которые все еще обхватывают мое лицо, стекает по его предплечьям. Он проводит большим пальцем по моей нижней губе, его взгляд прикован к моим губам.
— Я должен уйти сейчас, пока не стало слишком поздно.
— Или ты мог бы просто... остаться. — Я с трудом сглатываю, ища в его глазах хоть какой-то намек на то, что происходит у него в голове. Я знаю, что это только вопрос времени, когда он снова уйдет. Тогда Ло и Дэйр скоро вернутся, и нам придется возвращаться к украденным моментам, когда никто не видит. Наше совместное времяпрепровождение скоротечно, и я хочу сохранить это, что бы это ни было, еще немного.
— Или я мог бы остаться.
  
Глава 23
 
Элли
— ТЫ ПОМНИШЬ ТОТ ДЕНЬ, когда мы встретились? — спрашиваю я, собирая волосы в высокий хвост, прежде чем погрузиться в горячую ванну. Джесс ухмыляется мне с противоположной стороны, обводя взглядом мое тело. После того, как он прошлой ночью выскочил из ванной, он отвел нас обратно в постель, как будто ничего не случилось. Я была слишком чувствительна для очередного раунда так скоро, поэтому он ограничился тем, что лизал меня, пока я не кончила, прижавшись бедрами к его лицу.
У меня не было занятий в школе, и я проработала пару смен на этой неделе, и, как ни странно, Джесс не стал исчезать. Последние несколько дней мы провели вместе, разговаривая, смеясь, трахаясь. Быть с ним в таком состоянии — это горько-сладкое чувство. Я чувствую себя на вершине блаженства, когда мы находимся в нашем собственном маленьком пузыре, но что произойдет, когда этот пузырь лопнет? Я вижу, что он все еще на взводе. Я вижу, что его поведение меняется каждый раз, когда звонит его телефон, хотя он и не отвечает на звонок. Что-то не дает ему покоя. Я просто не знаю, что именно.
— Ммм, — говорит он, притягивая меня ближе за ноги, пока я не оказываюсь на нем верхом. — Когда я сказал Сиерре, что ты моя девушка.
— Это было не в первый раз, — говорю я, отталкивая его руку, когда он отодвигает черный треугольник моего бикини от груди.
— Да, это было тогда, — возражает он непреклонным голосом.
— Нет, — я улыбаюсь, качая головой. — Мой папа преподавал игру на гитаре в старшей школе.
Джесс откидывается на спинку стула, обхватывает меня руками за талию и ждет, когда я продолжу.
— Я обычно проводила время под трибунами, чтобы скоротать время, когда ему приходилось работать. — Я вспоминаю, как впервые увидела Джесса, потного и тяжело дышащего, на тренировке по лакроссу, когда он убегал с поля, чтобы взять свою бутылку с водой. Хэлстон поймала мой пристальный взгляд и рассказала мне все, что она о нем знала, а это было совсем немного. Он только что переехал сюда и был новой блестящей игрушкой, с которой хотела поиграть каждая девочка. Я сделала вид, что он не самый привлекательный парень, которого я когда-либо видела, и в конце концов она сменила тему. Только через несколько недель мы действительно встретились.
— Однажды я потеряла счет времени и поняла, что мой отец будет искать меня. Я выскочила из-под трибун, как летучая мышь из ада, и налетела прямо на тебя.
Джесс хмурится.
— Я бы тебя запомнил.
— Ну, ты не запомнил. — Я смеюсь. — Я уронила свой дневник в тот же момент, когда ты уронил свою книгу. — Старый, потрепанный экземпляр «Аутсайдеров» в мягкой обложке. Это был не последний раз, когда я видела его с этим.
— Я смутно помню это, — говорит он, поглаживая большими пальцами мои бедра.
— Ты наклонился, чтобы поднять их, а затем протянул мне мой дневник.
— Как всегда, джентльмен. — Он ухмыляется, явно довольный собой.
Я фыркаю от смеха.
— Ты явно не помнишь, что сказал мне дальше.
— Нет.
— Ты сказал, цитирую: «Позвони мне, когда снимешь свои брекеты».
Джесс запрокидывает голову и заливисто смеется. Я отплываю от него, брызгая водой ему в лицо.
— Я рада, что ты так доволен собой, — говорю я, но не могу сдержать улыбку. Видеть Джесси Шепарда счастливым — чертовски красивое зрелище.
— Неудивительно, что ты возненавидела меня, когда я увидел тебя в Blackbear, — размышляет он. — Пока мы исповедуемся, — говорит он, скользя ко мне и опираясь руками о край гидромассажной ванны позади меня, словно заключая меня в клетку. — На самом деле мне было все равно, что подумает Сиерра. Я просто хотел поговорить с тобой.
Я прикусываю губу, обхватывая руками его шею сзади и обхватывая ногами его талию.
— О, да?
Он кивает.
— И посмотри на нас сейчас.
Я чувствую, какой он твердый через свои плавки, и приподнимаю бровь.
— Во всем мире не хватит хлорки, чтобы заняться с тобой сексом прямо здесь. Уже достаточно плохо, что я здесь без защитного костюма, учитывая все, что происходит в этом джакузи.
Джесс хихикает, утыкаясь носом мне в шею.
— Я ничего не могу с собой поделать. У тебя нежная кожа и ты, черт возьми, пахнешь ирисками.
Улыбаясь, я поворачиваю голову, чтобы ему было удобнее.
— Я думала, ириски напоминают тебе о старушках.
— Больше нет, — говорит он, поднимая меня за бедра и вставая. Я крепче обхватываю его за шею и визжу, когда он выводит нас из джакузи.
  
— Куда мы идем?
— Ты сказала «нет» горячей ванне. Тогда я трахну тебя на ближайшей поверхности. — Он наклоняется, все еще прижимая меня к себе, и достает презерватив из своих сброшенных джинсов.
— Ты просто ходишь с презервативами в карманах? — Я дразню его, затем провожу языком по его толстой шее, осыпая поцелуями в промежутках.