Плохое влияние (ЛП)

— Это ничего не значит, — подхватывает другой голос, и я перестаю сопротивляться, хотя бы для того, чтобы не привлекать их внимания. — Он не производит на меня впечатления моногамного человека.
— Честно говоря, мне на это наплевать, — легкомысленно говорит дьявол в образе модели Victoria's Secret. — Пока он дает мне этот большой, толстый…
Услышав более чем достаточно, я прикусываю пальцы Джесси, заставляя его зашипеть, но он не отстраняется. Он толкает меня вперед, прижимая грудью к стене. Я пытаюсь ударить его по яйцам, но с такого ракурса это не удается, и он просто уворачивается.
  
— Остановись и послушай, — рычит он мне в ухо. Я отбрасываю прядь волос с лица.
— Зачем? — шепчу я. Какого черта он хочет, чтобы я это услышала?
— Интересно, хорош ли он в постели, — размышляет одна из них. — То, что у него есть оборудование, еще не значит, что он знает, как им пользоваться.
— Пожалуйста. — усмехается Сиерра. — Конечно, он хорош.
Я снова вырываюсь из его объятий, когда обида перерастает в гнев. Гнев — это хорошо. Гораздо лучше, чем грусть. Джесси крепче сжимает меня, приближая губы к моему уху.
— Просто послушай, — говорит он мягким, почти извиняющимся голосом. Как будто он точно знает, что делает со мной, заставляя выслушивать это дерьмо.
— И Джесси все равно, что ты увиваешься за его другом? — это говорит другой голос, который я не узнаю.
Я замираю в объятиях Джесси, и до меня доходит. Они говорят не о нем. Когда он чувствует, что я смягчаюсь, я чувствую улыбку Джесси на своей шее. Растянутый воротник моей слишком большой футболки свободно свисает с одного плеча, и он скользит губами по моей обнаженной коже.
— Как только он увидит, что кто-то другой играет с его игрушкой, он захочет ее вернуть, — смеется она.
— Нет, не захочет, — шепчет Джесси мне на ухо. Его рука отрывается от моего рта, опускаясь к подолу моей футболки. Я напрягаюсь, но не возражаю, когда он опускает руку ниже, нежно поглаживая мое бедро, прежде чем обхватить меня между ног. — У меня в руках именно то, чего я хочу.
— Кстати, где он? — спрашивает одна из девушек.
— Я не знаю. Он сказал, что собирается приготовить что-нибудь выпить, но так и не вернулся.
— Он нашел себе занятие поинтереснее, — говорит Джесси, проводя пальцем по моему телу через нижнее белье. Я задыхаюсь, моя голова снова падает ему на плечо. Из-за задней двери, которую они забыли закрыть, доносится песня Билли Айлиш «Bad Guy», пока он продолжает свои ласки. Мягкие, дразнящие поглаживания, которых достаточно, чтобы свести меня с ума, но недостаточно, чтобы довести до оргазма.
— Он, наверное, встречается с той девушкой наверху, — шутит одна девушка. Она понятия не имеет, насколько близка к истине.
— Фу, Эллисон? Да брось. Эта фригидная сучка не смогла с ним справиться...
— Мне с ней приятно и тепло, — возражает Джесс, скользя пальцами под мое нижнее белье. Я задыхаюсь от его прикосновения. — Она уже влажная. — Его голос становится хриплым. — Такая чертовски влажная.
— Джесси, мы не должны...
— Она слишком напряжена, — продолжает Сиерра, и ее приспешницы смеются в ответ. Джесси скользит во мне пальцем, заставляя меня снова ахнуть.
— Напряжена? Нет. Тугая? Очень.
Из моего горла вырывается стон, и я распахиваю глаза, отчаянно надеясь, что никто этого не услышал.
— Заткнитесь, — резко шипит Сиерра. — Вы это слышали?
— Поторопись и приготовь напитки. Он сказал, что его сестра и ее парень наверху.
Я затаила дыхание, когда услышала, как они лязгают в холодильнике. Джесси разворачивает меня, и я с тихим стуком ударяюсь спиной о стену. Его мокрые волосы падают на лоб, черные плавки мокрые, но простая белая футболка сухая. Я ловлю себя на том, что дуюсь от осознания того, что он был в джакузи с этими девчонками, даже если ничего не случилось, но затем он поднимает меня, мои ноги обхватывают его за талию, и мы направляемся в ванную в коридоре. Он пинком захлопывает дверь, не заботясь о том, чтобы не шуметь, а затем его губы прижимаются к моим.
Мои руки запускаются в его мокрые волосы, я слишком взвинчена, чтобы сохранять хоть какое-то подобие невозмутимости. Джесси разворачивает нас так, что я прижимаюсь спиной к двери. Используя это как рычаг давления на свои бедра, он скользит обеими руками по моим бокам, пока не обхватывает меня через футболку, поглаживая подушечками больших пальцев мои соски.
— Джесси, — выдыхаю я, стараясь не прижаться грудью к его рукам, не в силах выразить свои мысли словами, поэтому ограничиваюсь мыслями и вздохами: «Пожалуйста. Пожалуйста, не останавливайся. Пожалуйста, не уходи. Пожалуйста, сделай так, чтобы мне было хорошо».
— На этот раз я, бл*дь, не уйду, Элли, — хрипит Джесси, читая мои мысли, и прижимается ко мне бедрами.
— Хорошо.
Он наклоняется, чтобы поцеловать меня в шею, задирая при этом мою футболку, но я останавливаю его блуждающие руки своими, когда мне в голову приходит мысль.
— Подожди.
— Что? — говорит он мне в шею в перерывах между облизываниями и поцелуями.
— Я не хочу, чтобы ты прикасался к ней, если мы сделаем это.
— Понял, — говорит он, возвращаясь за добавкой. Я выгибаю шею, прислоняясь головой к двери.
— Я серьезно, Джесси. К ней или к кому-нибудь еще. Когда ты закончишь со мной, сначала скажи мне. — Я стараюсь говорить твердо, но это звучит уязвимо даже для моих собственных ушей, и я ненавижу это.
Он отстраняется, поднимая на меня карие глаза, и смотрит на меня с таким выражением, что я не могу понять, что именно. В ожидании его ответа мой желудок сжимается от волнения. Я прикусываю губу, чувствуя себя совершенно беззащитной под его пристальным взглядом, не зная, что у него на уме, что он собирается сказать, но он шокирует меня, когда говорит:
— То же самое касается и тебя.
Я слегка улыбаюсь и киваю в знак согласия. Джесси, не теряя времени, хватает меня за задницу и разворачивает, прежде чем посадить на раковину. Я вскрикиваю, когда прохладный гранит касается моей обнаженной, разгоряченной кожи, но он заглушает этот звук своим ртом, когда снова целует меня. Ловкие пальцы снова находят тепло между моих бедер, сдвигая трусики в сторону. Когда он, наконец, наполняет меня ими, я кусаю его за плечо, чтобы не закричать.
Джесси стонет, двигаясь сильнее. Я сжимаю его предплечья и прижимаюсь лбом к его плечу, глядя на то, как при движении вздуваются толстые вены на его предплечье.
— Черт, Элли. — При этих словах я чувствую, как сжимаю его пальцы, и он снова чертыхается, прежде чем убрать их от меня.
Он опускается на колени и цепляется пальцами за пояс моего черного нижнего белья, прежде чем спустить его вниз по моим ногам. Мое сердце подпрыгивает в груди, в равной степени от волнения и тревоги за то, что сейчас произойдет. Как только они доходят мне до лодыжек, я приподнимаю ноги, чтобы они легко касались пола.
— Раздвинь для меня ноги.
Мое лицо вспыхивает от этой команды, но я все равно выполняю ее. Джесси смотрит мне между ног в течение долгих секунд, и я борюсь с желанием сжать их.
— Чертовски красиво, — говорит он, прежде чем наклониться вперед. Его нос скользит по моей ноге, поднимаясь все выше. Он покрывает легкими поцелуями внутреннюю сторону моего правого бедра, затем левого и везде между ними, игнорируя то место, где я хочу его больше всего. Я практически дрожу, когда его язык, наконец, находит мой центр, одним долгим движением. Мои бедра сами собой подаются вперед, колени приподнимаются. Джесси сжимает мои голени, раздвигая меня еще больше, пока лижет, и я опьянена этим ощущением, опьянена им. Мои вспотевшие ладони скользят по столешнице, и я откидываюсь на предплечья, зажмуривая глаза от нахлынувших ощущений. Мои бедра начинают дрожать, а когда он втягивает мой клитор в рот, я чуть не разваливаюсь на части.
  
К моему полному ужасу, он останавливается слишком быстро, вытирая рот тыльной стороной ладони.
— Я хочу, чтобы ты кончила на мой член. — И снова его резкие слова застают меня врасплох. Мои широко раскрытые глаза, должно быть, выдают мою нерешительность, потому что он одаривает меня ленивой ухмылкой.