Реджиста (СИ)

— Джио, всё, я готова! — вбежала на кухню нарядная сестрёнка, держа в руках новый мобильный телефон, купленный сегодня с утра.
— Может всё же покушаете? Домой ведь поздно вернётесь, — спросила бабушка, глядя на нас.
— Бабуль, спасибо, но я обещал Джине зайти перед футболом в нашу пиццерию, — ответил я и, допив какао с молоком, встал из-за стола. — А ты, стрекоза, убирай телефон в свою сумочку и вперёд на выход.
В половину первого дня мы вышли из подъезда. Я вежливо поздоровался с соседями и поймал на себе их удивлённые взгляды. Ну да, обычно Джанни первым ни с кем не здоровался, а тут такое событие. Широко улыбнувшись, я подхватил сестрёнку под руку, и мы двинули в сторону легендарной пиццерии «Да Мичеле», которая находилась неподалёку от нашего дома. Негласно это заведение считалось лучшей пиццерией Неаполя. Однако Джованни был с этим категорически не согласен. Он был без ума от бабушкиной выпечки, впрочем, как и я. Хотя, если кто-то из его друзей покупал их продукцию, то за обе щеки её уплетал.
Пять минут ходу и вот мы уже стоим в очереди. Выбор пицц был невелик. Здесь выпекали только две пиццы — маргариту и маринару. Заказав по два больших куска каждой пиццы и по стаканчику горячего капучино, мы отошли в сторонку и присели за свободный столик.
— А мы точно не опоздаем? — с полным ртом пробубнила сестрёнка, доедая первый кусок выпечки.
— Не переживай, до стадиона будем добираться на метро. И не спеши, ешь спокойно, — улыбнувшись, сказал я и с наслаждением откусил очередной кусочек вкуснейшей пиццы.
* * *
До начала матча осталось несколько минут. Я листал программку на матч, а сестрёнка разглядывала шарф с символикой родной команды, приобретённый в киоске возле стадиона. Старый пройдоха Фабрицио меня не подвёл, организовав нам с сестрой отличные места на нижнем ярусе почти напротив центрального круга. Обзор поля был шикарным. Хорошо были видны скамейки запасных и общий ракурс всего шестидесятитысячного стадиона «Сан Паоло». В целом стадион мне понравился, за исключением одного — присутствие беговых дорожек, отдаляющих нас, болельщиков, от футбольного зрелища.
Все болельщики были снабжены атрибутикой команды — шапками, футболками, толстовками, шарфами, дудками. Куда не посмотри, повсюду мелькал голубой цвет, слово «Наполи» и футболки с именами игроков. И довольно-таки часто встречался номер «10». Номер, под которым играл мой соотечественник Диего Марадона.
Матч ещё не начался, а переполненный стадион уже стоял «на ушах». Такой праздничной атмосферы я не видел даже в Аргентине. Не зря это спортивное сооружение, занимающее в стране третье место по вмещаемости зрителей, считается самым шумным и эмоциональным. А после того, как болельщики дружно исполнили клубный гимн, Джина пребывала в настоящем восторге. Она хоть и не знала слова торжественной песни всех неаполитанцев, но умудрялась её подпевать. В отличие от неё, я молча смотрел по сторонам, поражаясь сумасшедшей атмосфере, происходящей на трибунах.
И вот судья оглядывает обе команды, смотрит на секундомер и своей трелью напоминает всем присутствующим о начале матча между командами «Наполи» и «Аталанта».
Скажу честно, посмотреть спокойно матч и насладиться игрой команд у меня не получилось. Постоянно все вскакивали, раскачивались из стороны в сторону и кричали:
— Ууууу-Ууууу-Уууу! — и так практически весь матч. А в особенно напряженные моменты, когда «голубые» шли в атаку, болельщики и вовсе сходили с ума.
По правде говоря, я ни за кого не болел. Просто смотрел матч и наслаждался происходящим на поле. Как и ожидал, родная команда победила своих соперников из Бергамо со счётом 2:0. Дублем отметился нападающий Фабио Квальярелла, забив по мячу в концовках каждого из таймов. Я нисколько не пожалел о том, что решился посетить этот матч. С огромным удовольствием окунулся в атмосферу современного футбола и своими глазами оценил уровень итальянских команд и чемпионата. Теперь я имел чёткое представление о том, в какой футбол играют в двадцать первом веке и к чему мне нужно стремиться.
 
Домой мы вернулись около восьми вечера. Джина быстро перекусила и побежала к подружкам делиться впечатлениями. Я ещё раз проверил собранные в рюкзак вещи и, убедившись в том, что ничего не забыл, пошёл на кухню.
Глава нашего семейства мыла посуду. Пока мы с сестрой отсутствовали, она успела приготовить четыре больших пиццы, которые я заберу на вечеринку в честь моего выздоровления и выхода на «работу». Выпивку и другую закуску должны были организовать мои друзья, чей приезд я ожидал в районе девяти часов.
Я присел за стол, посмотрел на остывающую выпечку и обратился к бабушке:
— Рюкзак лежит под столом. Передашь его синьору Сержио. А это деньги для вас, — положил я на край стола стопку евро, перетянутых резинкой. — Здесь две с половиной тысячи. На первое время вам их хватит. Ну а там будет видно, что да как, — пожал я плечами, так как сам не знал, как у меня сложится с футболом. — Но в любом случае я вам буду помогать.
— Откуда у тебя столько денег? — охнула женщина и присела за стол. — Ты бы их лучше с собой забрал. Тебе они будут нужнее.
— Не переживай ты так за меня, — усмехнулся я. — У меня их достаточно. На год точно хватит, а там уже на карту начнёт капать зарплата. По крайней мере, я на это надеюсь.
— Джио, может ты всё-таки передумаешь и не будешь устраивать инсценировку своей смерти? Дождись Сержио и поезжайте с ним на дальнюю пристань. Зачем своим здоровьем рисковать? Вода ещё толком не прогрелась. От силы градусов восемнадцать.
— Бабуль, ну опять ты взялась за своё. Я тебе тысячу раз говорил, что всё продумал до мелочей. На то и рассчитано, что многие подумают, типа у меня свело мышцы и я пошёл на дно.
— Джио, я боюсь…
— Не волнуйся ты за меня, — перебил я её. — Всё будет хорошо. Ты мне лучше вот что скажи. Я уже несколько лет не задавал этот вопрос, а сейчас хочу задать его снова. Кто мой отец? Я имею полное право знать кто он. Только не говори, что не знаешь? — сказал я и, немного погодя, добавил. — Пожалуйста, бабуль.
Родственница молчала и сверлила меня своим взглядом. И я молчал и улыбался. В какой-то момент я подумал, что не дождусь ответа, но она встала изо стола и, подойдя к окну, начала говорить. Её лица я не видел, но мне показалось, она плачет:
— Хотела эту тайну унести с собой в могилу. Но сейчас не вижу смысла это скрывать от тебя, — сказала она и на некоторое время замолчала. — Алессии только исполнилось семнадцать лет, и я стала замечать, что она начала задерживаться и приходить домой позже обычного. Где-то через месяц моя подруга рассказала, что в центре города видела её с каким-то парнем. Они шли в обнимку. Я сразу поняла, она влюбилась. Возраст у неё такой, да и вела она себя немного странновато. В тот вечер мы с ней поругались. Поругались очень сильно. Я ей запретила встречаться с этим парнем и выходить из дома. А спустя неделю, придя с работы, я застала её всю в слезах. Оказалось, что её парня убили на каких-то разборках. Я уж было в душе обрадовалась, только через неделю узнала, что она беременна от этого парня. Как оказалось, он был старшим сыном Эмилио Амато. Да, тот самый Амато, глава сильнейшего преступного клана Неаполя. Он в тот момент находился в тюрьме и не смог уберечь своего сына от файды. А потом на свет появился ты. Алессия назвала тебя в честь своего любимого — Джованни.
Я слушал рассказ бабушки и просто офигевал. Это что получается, я внук самого авторитетного человека каморры, главы клана Амато, куда, помимо их семьи, входят ещё четыре влиятельных семьи преступного мира Неаполя: Каприано, Барикко, Литтиццетто и Мартинелли.
Вот это новость! Неожиданно, конечно, но это ничего не меняет в моих планах. Тем более моего отца уже давным-давно нет в живых. Я хотел узнать его имя — узнал. На этом можно и успокоиться.
— А вы с мамой обращались в его семью? Я имею в виду, сообщали обо мне.
— А зачем? — сказала родственница, поворачиваясь ко мне лицом. Вытерев кухонным полотенцем остатки слёз, она продолжила. — Нам бы никто не поверил. Да и не надо нам было этого. Мы сразу с ней решили воспитывать тебя самостоятельно, без чьей-то помощи.