Мистер Декабрь (ЛП)

Я пожимаю плечами.
— Может быть, он чувствует, что должен заботиться обо мне, как о младшей сестре.
Я понимаю, что это ерунда, как только слова слетают с моих губ, но все же отчаянно хватаюсь за соломинку.
Грифф разражается смехом.
— Послушай, я стебу Лос-Анджелес из-за того, что он брат-ублюдок и все такое, но вы двое не являетесь семьёй. Вы вместе благодаря обстоятельствам, но у него нет абсолютно никаких обязательств заботиться о тебе, однако он делает это, потому что хочет.
  
Я не думаю, что верю всему этому. Грифф ошибается, только этот вариант разумен.
Речь идет о сексе. Легко и просто.
Нам хорошо вместе, это однозначно был самый горячий секс в моей жизни… и поэтому я нажимаю на тормоза.
Лука — тот парень, который любит вызов и погоню. Он так сильно меня хочет только потому, что я отказываю ему.
Не то, чтобы меня это заботило, потому что после того, как Рождество придет и пройдет, мы разойдемся и, вероятно, будем пересекаться раз в год, максимум.
Нам не суждено присутствовать в жизни друг друга, и меня это устраивает. В любом случае, это то, что я должна продолжать говорить себе.
Может, Лука и занимается чем-то большим, чем просто раздевание ради денег и занятия сексом с любой, у кого есть пульс, но он такой парень, хоть немного. Хочет он это признавать или нет.
Лука снова вскакивает на сцену, привлекая мое внимание, и наши взгляды встречаются.
Он ухмыляется своей глупой, дерзкой ухмылкой, и я качаю головой от удовольствия.
У меня здесь целый мир неприятностей.
Он выглядит слишком хорошо и соблазнительно… чересчур соблазнительно.
У меня больше нет силы воли отрицать это.
Он приближается ко мне, не видя ничего, кроме меня.
Я не знаю, и меня не волнует, торчит ли Грифф еще здесь, но, если да, то у меня такое чувство, что ему вот-вот устроят шоу.
— Ты смотрела, — говорит Лука, проходя мимо занавески и останавливаясь, лицом к лицу со мной.
— Наблюдала несколько секунд, — отвечаю я беспечно.
Он поднимает мою задницу на ящик и скользит между моими ногами, выбивая дыхание прямо из моих легких.
— Девиант. — Он ухмыляется, впиваясь пальцами в мои бедра.
— Эгоцентричный.
Мои руки в его волосах.
— Холодная.
Его рот на моей коже.
— Инструмент.
Мои ноги вокруг его талии.
— Моя чертовка, — рычит он, и затем мы двигаемся, наши груди прижаты друг к другу, мои бедра крепко обхватывают его за талию.
— Пожалуйста, — прошу я, давая ему то, что, как я знаю, он хочет.
Надеюсь, на сегодняшний вечер у него не запланированы другие танцы, потому что, если это так, то он собирается оставить Гриффа в одиночестве.
Мы преодолеваем половину лестницы, прежде чем он останавливается и грубо швыряет меня о стену.
— Придурок! — хмыкаю я.
— Ведьма.
— Нарцисс.
— Адская кошка.
— Ты, черт возьми, это знаешь. — Ухмыляюсь я.
Из его груди доносится глубокий гул, а затем его губы накрывают мои, его язык — мой рот, его бедра прижимаются ко мне, пока мы оба не начинаем задыхаться.
— Ты сводишь меня с ума, малолетка, — говорит он хриплым голосом, когда прислоняется лбом к моему, его бедра болезненно прижимают меня к стене.
— Ты доставишь мне столько неприятностей.
— Оглянись вокруг, — рычит он, кусая меня за шею, — у нас уже проблемы.
Столько чертовых проблем. Таких неприятностей я никогда не ожидала.
Он отстраняется, его голубые глаза смотрят прямо на меня.
— Ты готова к небольшим неприятностям?
— В последний раз, — выдыхаю я.
Он качает головой.
— Никакой сделки, просто отпусти, малолетка.
Не более пяти минут назад он танцевал на коленях какой-то другой девчонки, одного этого должно быть достаточно, чтобы я не приближалась к нему и на милю, но по какой-то причине я не могу.
Это самый яркий красный флаг, который я когда-либо видела, и я, должно быть, полная идиотка, потому что делаю этот выбор. Я не говорю нет. На самом деле, я только киваю.
Он притягивает меня ближе, моя грудь вздымается, когда он крепко обнимает меня.
— Что за мертвая хватка?
— Если ты снова попытаешься сбежать, я усложню тебе задачу, — рычит он.
Я смеюсь.
— Ты собираешься просто держать меня в заложниках?
Я не знаю, как, черт возьми, он это делает, но одно движение его ног между моими, и я оказываюсь на спине, мои руки зажаты над головой, а его вес восхитительно прижимается ко мне.
— Что-то мне подсказывает, что тебе это может слишком понравиться.
— Ты ненасытный.
— Только, когда дело касается тебя, — говорит он, его ответ приглушен, поскольку Лука тычется носом в мою шею, пальцы его свободной руки скользят вверх и вниз по моей коже, заставляя мою спину выгнуться над кроватью.
— Что мы делаем? — стону я, пока он исследует нижнюю часть, втягивая один из моих сосков в рот и посасывая.
— Я почти уверен, что ты знаешь ответ на этот вопрос.
— Это не то, что я имею в виду.
Он еще раз покусывает мою кожу, прежде чем скользнуть вверх по моему телу и посмотреть на меня.
Он отпускает мои руки и переносит свой вес на локти.
Мои пальцы сами по себе проникают в его грязно-светлые волосы, пробегая по прядям.
Я тяну, приближая его губы к своим и целуя его до тех пор, пока мне отчаянно не хочется большего.
— Имеет ли значение, что мы делаем? Разве мы не можем просто делать то, что хотим, а всех остальных послать нахер? — спрашивает он, его глаза почти умоляют меня.
— Я не думаю, что мы сможем.
— Почему нет?
— Моя мама, например. Твой папа теперь мой отчим, — отвечаю я, вздрагивая при мысли о его отце.
— Мне плевать, — рычит он. — Не надо о нем.
— Это не меняет того факта, что мы теперь семья.
— Все равно плевать.
Я тоже не уверена. Не могу здраво мыслить, особенно после того, как он только что перевернул весь мой мир. То, что кажется таким хорошим, не может быть неправильным.
— Я не откажусь от этого, не ради него.
Стараюсь не слишком задумываться о том, что означают эти слова.
— Что произошло между вами? Почему ты так его ненавидишь?
— Он — нехороший человек, придурок, чем дальше ты от него держишься, тем лучше, поверь мне.
Я киваю. Это все, что я собираюсь от него добиться.
— Что там с твоим отцом? — спрашивает он, поворачиваясь ко мне.
Я пожимаю плечами.
— Не знаю. Никогда не встречала его. Они с моей мамой были обычными людьми, и у него не было желания становиться отцом, поэтому он ушел, когда она узнала, что беременна мной. И никогда не возвращался.
— Чертовски удачная мы парочка, — ворчит он. —Удивительно, что у нас нет проблем с папой.
— У тебя определенно есть какие-то проблемы, — поддразниваю я.
Он кусает меня за плечо.
— Ой!
Он смеется, его улыбка нахальная.
— А что насчет твоей мамы? Где она? — я думала о его маме, но у меня не было возможности спросить.
— Она путешествует по работе, у нее нет места, которое она могла бы назвать домом, но она приезжает и навещает меня несколько раз в год. Мы немного разговариваем по телефону. Она очень хорошая женщина, но так и не оправилась от разрыва с Риком. У нее никогда не было других отношений, она никогда так по-настоящему и не остепенилась… может быть, однажды она это сделает.
— Это меня огорчает.
Он целует меня в лоб.
— Нет, не расстраивайся из-за этого, у нее потрясающий сын.
Я закатываю глаза.
— Неплохая оценка.
— Ты ей бы понравилась.
Очень мило с его стороны это сказать.
— Я уверена, что она мне тоже понравится.
— Она произведет гораздо лучшее впечатление, чем чертов Рик.
Думаю, дымящаяся куча собачьего дерьма произвела бы лучшее впечатление, чем он.
  
— Трахни его, — бормочу я.
— К черту его, — соглашается он. — Он — никто.
— Итак… ты думаешь, нам следует продолжать использовать друг друга для секса? — спрашиваю я.