Спасти СССР. Часть 2 (СИ)
Они пошли к выходу из вокзала, минуя носильщиков, и вездесущих продавцов мидий и симит — стамбульских бубликов…
— За нами точно не следят? — спросил Берден
— Конечно же, следят — ответил Джиралди — только у них нет аппаратуры записывать разговоры в такой толчее. Мы знаем какая у них есть потому что сами ее и поставляем…
— Вы просили о встрече? — спросил Берден
— Да — ответила баронесса — скорее это пока просто любезность как с вашей так и с моей стороны. Колин просил пока встретиться на низком уровне, чтобы задать несколько вопросов, ответы на которые нам надо знать сейчас.
Колин — это был сэр Колин Фредерик Фигурс, еще один неизвестный рыцарь Холодной войны. Он работал в половине европейских стран, поддерживал восстания в Праге и Будапеште…
— Какие вопросы?
— Как США относятся к новому лидеру Горбачеву?
Джиралди усмехнулся
— Дафна, я не могу говорить от имени США
— Но твое начальство может, верно? Вопрос не требует немедленного ответа.
— Допустим. Но этот ответ что-то может изменить?
— Колин хочет знать, насколько он может рассчитывать на помощь США.
— В чем же?
— Перенести войну на территорию противника.
Джиралди присвистнул
— Ты имеешь в виду СССР?
— Именно.
— Это невозможно — вклинился в разговор Берден
— Почему?
Берден не ответил, хотя ответ знал. В 1984 году была проведена командно-штабная игра, посвященная возможному обострению вокруг Афганистана и Пакистана. Она привела к неутешительным результатам — в семидесяти случаях из ста начиналась неконтролируемая эскалация во всем регионе с вовлечением в войну и возможный обмен ядерными ударами нескольких стран. Поэтому были введены операционные ограничения, в частности запрещено использование для снабжения тяжелых грузовых самолетов, которые могут быть приняты на экране радара за бомбардировщики.
— У нас операционные ограничения, мы не можем их игнорировать.
Баронесса была явно недовольна.
— Сейчас, в это самое время — сказала она — двумя сотнями километров севернее, в Тбилиси — сотни молодых мужчин и женщин вышли бороться за свободу…
Джиралди стоически выслушал спич
— Дафна, я все передам. В точности.
— Уж будь любезен.
Баронесса развернулась и отправилась к многочисленным такси, ждущим клиентов
— Что это было — спросил Берден, беря с подвернувшегося лотка обсыпанный какими-то семенами большой бублик
— Думаю, у миссис Тэтчер снесло крышу после Фолклендов. Они и понятия не имеют что мы для них сделали.
В ЦРУ об этом знали хорошо. Когда стало известно что в Перу приземляются самолеты с советскими ракетами воздух — корабль, Рейган понял, что надо действовать. Он надавил на хунту через чилийцев, и на Францию, чтобы та и не думала поставлять противокорабельные ракеты Экзосет. Война прекратилась вовремя — ровно до того как стать затяжной и как англичане столкнулись бы с суровой дилеммой — или атаковать материк и стать врагом всей Латинской Америке очень надолго — или уходить несолоно хлебавши.
В любом случае Черное море не Атлантика, оттуда не уйдешь…
— Я то тут при чем?
— Скажем так… ты нужен.
— А подробнее?
— Не здесь
14 мая 1985 года
Москва, РСФСР
Утром — утренняя программа новостей "Сегодня" (мое, кстати, предложение) сообщило о ходе посевной и о том, что вчера полиция США сбросила на дом, где находились чернокожие борцы за гражданские права бомбу, в результате чего сгорел шестьдесят один дом. Про беспорядки в Тбилиси не было сказано ни слова.
И правильно.
Утро у меня началось с зарядки на тренажерах (наконец-то тело начинает поддаваться, а то мамон нарастил, стыдно смотреть). После чего перехватил на кухне наскоро и поехал на работу…
После того, как Лигачев сказал мне, что совмещение должностей предсовмина и генерального секретаря запрещено, я решил гусей не дразнить. Предсовмина сейчас Маслюков, а я — занял должность председателя ГКЭР (государственного комитета по экономической реформе) и сейчас под меня готовится МЭР — министерство экономического развития.
Почему так? Любой действительно серьезный управленец вам скажет: если нет людей или структур для выполнения определенной функции — она и не будет выполняться. Одна из причин провала Перестройки — не было ни комиссии по экономической реформе, ни министерства, а сами действия выполняли люди, которые работали и до реформы и считали ее ненужной. Вот все и провалилось.
Реформы должны выполняться
— Новыми людьми
— Занимающимися только реформой.
— Комплексно, то есть должен был план реформ, с этапами, разрабатываемый не на ходу.
Кроме того, я сразу прекратил работу всех групп, которые занимались реформой ранее (Абалкин, Аганбегян, Ситарян), а их сотрудников и их самих мы сейчас интегрируем в штат ГКЭР и нового министерства. Программа должна быть только одна и ни в коем случае нельзя допустить разных программ и конкуренции между ними. Понятно, что если будет конкуренция, то ничего хорошего не будет. Как было прошлый раз — было две основные программы, Абалкина и Ситаряна, и была программа "ничего не делать, просто пересмотреть цены" которую продвигал Павлов и еще кое-кто. Заслушали обе программы, ничего не выбрали решили сделать одну из двух. Потеряли время еще и на этом. Потом появилась еще более радикальная программа, пятьсот дней, ее испугались… а время то шло, шло и шло. Потому и потеряли страну — иногда лучше делать хоть что-то чем не делать ничего. Программа должна быть одна еще и потому что никто все равно не знает, какими они должны быть — реформы.
Но одновременно с этим работает еще одна группа — во главе с Валовым, он работает программу "реформы без реформ", то есть как уйти от показателей вала и обеспечить управляемость экономики на основе новой системы показателей. Эта программа хороша тем что ее намного проще внедрить, надо просто поменять систему показателей (мотивацию). Какое соотношение между двумя программами, реформаторской и консервативной — пока не знаю. Консервативную — то есть новый учет — будем внедрять уже со следующего года, первого года новой пятилетки. На раскачку радикальной нужно будет несколько лет и то какое-то время они будут сосуществовать — государственный и коммерческий сектор. И в государственном должен быть нормальный учет.
Сколько я отвожу времени на такое вот "сосуществование"? Лет двадцать. Построить рынок за пятьсот дней — опасная утопия, за пятьсот дней институты не создаются, равно как и люди, готовые работать в новых условиях. В конечном итоге пойдем по китайскому пути госкапитализма — то есть приватизируем все, включая и тяжелую промышленность. Просто приватизация приватизации рознь. Приватизировать так как приватизировали в девяностые — это преступление. Приватизировать без инвесторов, без "длинных денег", в условиях экономического кризиса, нарушенных хозяйственных связей, инфляции — это безумие. Китайцы выходили на IPO в совершенно других условиях, причем у них наиболее ценные активы — не сами предприятия, а банки, которые держат их кредиты. В итоге, в десятке крупнейших банков мира то ли три то ли четыре китайских. Из десяти. А у нас — что?
Нельзя ли избежать приватизации? Поверьте — нельзя. Даже если у государства останется где-то контрольный пакет — это и то лучше чем госпредприятия, в которых работают чиновники, получают большую зарплату и ни за что не отвечают. Пытаться бороться с воровством и злоупотреблениями через ОБХСС — это как пальцами затыкать дыры в плотине: пальцев не хватит.
Впрочем, это я забегаю вперед. Посмотрим, что наработает Валовой — идеи у него здравые, а компьютеры и интернет на пороге, что позволит добиться принципиально иного уровня управляемости. Может, пройдет и второй вариант, который я держу в голове. Если удастся без приватизации основных активов, и вообще только с чисто косметическими дополнениями и несколько большей степенью свободы в малом бизнесе, за счет инвестиций и иной, более здоровой системы мотивации выйти на длительный период, на рост ВВП 7-10 % или даже выше как в Китае — то оседлаем эту волну и посмотрим, куда она нас вынесет. Рост семь процентов в год на протяжении десяти и более лет — на выходе будет совсем другая страна. А ведь китайцы и большего добились.