От я до я (СИ)
Когда чего-то долго не замечаешь, кажется, что этого и нет на самом деле. А по факту — наоборот: взорвет в самый неожиданный момент с непредсказуемыми последствиями.
Аккуратно поправляю одеяло на Ромке и выхожу в коридор. Мысли зовут в прошлое, когда все только начиналось и была непобедимая уверенность, что мы созданы друг для друга, что мы всегда будем вместе. Невольно улыбаюсь, вспоминая наши бои с родителями — то с его, то с моими. Чем больше они сопротивлялись, тем крепче были наши отношения. Оба со спортивным характером, мы не допускали, что кто-то может распоряжаться нашей жизнью. Общий «враг» сплотил нас накрепко. Только в последние месяцы они стали поспокойнее, больше не осталось никаких помех — живи и люби. В сентябре казалось, что мы наконец добились того, чего хотели.
Телефон забит непрочитанными сообщениями, почти все они от сокурсников: спрашивают, что случилось, правда ли, что Разумовского задержали, что с моим парнем, нужна ли мне помощь. Общаться сейчас ни с кем не хочется. Не представляю, что будет в понедельник, хотя университетские сплетни меня мало интересуют. Важно, чтобы Рома поправился, чтобы Разумовский пришел в себя и все объяснил, хотя прекрасно понимаю, что его ничего не сможет оправдать. То, с какой ненавистью парни говорят друг о друге, не дает и шанса минимального, что они могут утрясти все. И я между двух огней. Янош прав, мне придется выбирать. Выбор, кажется, совершенно очевиден.
Глава 46 Янош
— Какого ты влез, а?! Андрияш, так заскучал, глядя на нас? Не мог подождать еще пару минут?! — ору на брата, но толку? Момент упущен, и теперь непонятно, когда будет следующий.
Проф резко тормозит, от неожиданности подаюсь вперед, чуть с лобовым стеклом не поцеловался.
— С катушек слетел?
— Это ты с них слетел, Янош! Приди в себя и девочку не трогай. Она и так к тебе приехала, другая бы послала после того, что ты сделал. Она беспокоится, а ты давишь на нее.
Сзади возмущенно гудят машины, но Андрияш не собирается жать на газ. Ну и кто из нас придурок? Встал посередине дороги, хорошо хоть, аварийку включил.
— Заткнулся бы, а? Ты спец по отношениям? Как там Лада? Замуж еще не вышла?
Перехватываю руку брата у своего затылка. Ладно, признаю, перебрал.
— Извини, на взводе. Она так ничего толком и не сказала. Не знаю, что сделаю, если она его выберет.
— Ты сам все сделал, чтобы она с ним осталась. Он же потерпевшая сторона. — Андрияш, наконец, выключает аварийку и двигается с места. — Сказал бы, что он девок снимает и врет ей в глаза, сразу бы проблему решил. Почему промолчал?
— Не решил бы. Во-первых, она не поверит, было уже такое. Не со мной, но было. А во-вторых… — Прикрываю глаза. Устал так, что сдохнуть хочется. На время, конечно. — Во-вторых, не хочу, чтобы ко мне уходила назло этому уроду. Если я нужен, то нужен. Изменяет ей Баскаков или нет — неважно.
— Ну ты дебил! — выдыхает старший. А я и не спорю.
Заваливаюсь на диван Профа, едва переступив порог его квартиры. Ребра побаливают, так что позу приходится сменить довольно быстро. Но хоть Андрияш в душу больше не лезет.
Мерное гудение мобильного не сразу, но все-таки заставляет оторвать зад от дивана и вытащить смартфон из куртки. Зря, конечно, я это сделал. Раз пятый звонит. Первые два пропустил в полиции, еще два — в машине. Но ведь не отстанет, да и она ни в чем не виновата. Это я ее подставил.
— Привет, Танюх!
— Ну ты и козел, Янош! Ты же всех слил! И меня, и себя, — Танька вот-вот закричит, голос уже срывается, имеет право. — Да ты знаешь, сколько на тебя поставили?! Я лично людям…
— Сколько?! Я постараюсь вернуть. Не всем, конечно, а тем, кого ты привела.
Не люблю женские истерики, Танька циник до мозга костей, но и ее понесло.
— У тебя столько нет, и это проблема. Люди не любят терять деньги. А тут такая подстава… — Дальше идет такой отборный мат, что даже заслушался. — Лученко тоже хороша, но ее Кир отмажет. А кто тебя отмажет?!
Танька продолжает ругаться, а до меня с опозданием доходит…
— Какой Кир? И как ты поняла, что меня Полина слила?
— Совсем не вкуриваешь? Янош, это же очевидно! Ты ее бросил, она такое не прощает. Ее никто не бросал раньше. У меня подружка работает официанткой в кафе, где вы сидели. Полина там тоже была. Викуся сказала, почти сразу за вами вышла с тем парнем.
— Видео монтировали. Нет записи, где он меня мочил.
— Она знала о пари, специально в Сеть выложила, чтобы тебя подставить!
— А Кир — это кто? — спрашиваю, а перед глазами уже стоит приятель блондинки, сестры Мамаева. — Ее любовник?
— Это дядя ее родной. Крутой мужик, не знаю, чем занимается, но к нему вряд ли кто полезет. И «мисс универ» это прекрасно знает.
Дядя, значит?! Может, не просто так появилась на субботнике? Наверняка знает, что за терки у него с Жабиным.
Усмехаюсь сам себе: даже сейчас думаю о том разговоре, который мы случайно подслушали с Занозой. С него все и началось. Делаю в голове «засечку» — надо передать инфу дальше, хотя не удивлюсь, если это уже известно.
Больше в тот день никому не отвечал. Родители, конечно же, звонили не мне напрямую, а через Андрияша. Да, пари проиграл, я понял это сам, пап. Нет, в Испанию и сам не собирался возвращаться. Не страшно, останусь здесь, а что, мне тут нравится. В Краков вернуться и поступить в твое рабство? Дай хотя бы семестр доучиться. Нет, мне здесь нравится. А ты сам не видел? С деньгами? Это не самая большая моя проблема сейчас…
С матушкой был более сдержан, она и сама перестала наседать, как только про Ладу спросил. Похоже, это мой личный оберег от всех членов семьи. Но главное другое — Заноза не звонила.
— Эй! А полегче?! Что случилось? — Утром просыпаюсь от бесцеремонного толчка в плечо.
Проф уже одетый стоит, пропускаю мимо его раздраженный взгляд и снова утыкаюсь в подушку.
— Случилось! Поднимайся. Из отделения звонили. Просят приехать.
— А надо? Зачем?
Пытаюсь проснуться, но получается не очень, спал плохо, сны снились дурацкие, настроение — свалить в закат и никого не видеть. Кроме улыбающейся мне Занозы. Хочу ее видеть.
— Сказали, надо утрясти формальности, в паре мест подпись не поставил, — поясняет Андрияш, задумчиво рассматривая спинку дивана за моей спиной. Что ж там такого интересного?
— Уверен? Я не идиот, брат, читать умею, хоть и был вчера невменяем.
— Признаешь, наконец?
— Ну да, но это не значит, что я жалею. Увидь я его сейчас…
— Понял. Уверен, что с бумагами не накосячил?
— Ты сам за мной все проверил.
Андрияш молчит, а потом отвлекается на мобильный.
— Юля, привет!
Мгновенно напрягаю слух, даже с дивана быстро соскочил, чуть поморщившись от боли в боку. Заноза! Почему Андрияшу, не мне?
— Уверена? — Голос Профа не обещает ничего хорошего. — Напомни, из какого ты города? Юля, спасибо большое. Янош тебе очень благодарен, как и я. Не переживай, с ним все нормально будет. Надеюсь.
Вид у Андрияша похоронный, мне опять пора беспокоиться. И почему мне не позвонила?
— Родители Романа приехали к сыну, и не с пустыми руками.
— Гостинцы привезли?
— Тебе, лет на пять гостинцев. Юля говорит, еще в ночи приехали, сегодня утром в больнице встретилась с ними. Жаждут твоей крови.
В больнице, выходит, встретились? И долго она к нему ходить будет? И мне, мне чего не позвонила?
— У них связи, если верить Вьюгиной, очень солидные, раз полиция так быстро зашевелилась — на часах и десяти утра нет. Это очень плохо…
— Она позвонила предупредить, значит? Хоть что-то.
— Никуда не поедешь. Сиди здесь, дверь никому не открывай. Я серьезно, Янош.
Проф уже кому-то звонит и уходит на кухню.
А я пытаюсь подсчитать все свои косяки за последние сутки. Не меньше, чем за весь последний год. Андрияш не слишком и удивил, от приятеля Занозы я засады ждал с самого начала. Даже удивился вчера, когда Юлька сказала, что Баскаков все спустит. Я бы не спустил.