Скрытые шрамы (ЛП)
Обернув полотенце вокруг талии, я захожу на кухню и вижу, как Орион насыпает Воробью немного влажного корма.
— Я подумал, что он голоден, — говорит он, ставя миску с едой на пол.
Я прислоняюсь к стойке, и холодная вода с моих волос стекает между грудей. Орион поднимает на меня взгляд, и, клянусь, я вижу, как что-то замирает в его глазах, прежде чем они опускаются к моей груди и через полсекунды поднимаются обратно.
Его правая рука дергается на боку.
— Я иду в душ, — говорит он низким голосом.
Когда он проходит мимо меня, его рука ненадолго касается моего плеча, и мне кажется, что внутри меня одновременно взрывается миллион фейерверков, а по всему телу пробегает дрожь.
Пульсация между ног усиливается, и я прикусываю нижнюю губу.
Я не должна думать о нем ничего подобного.
Мало того, что он совершенно недоступен, так он еще и встречается с кем-то.
А тут еще и Starboy.
Я задерживаюсь на несколько минут, осматривая его кухню. Полностью укомплектованные холодильник и кладовая заполнены полезными продуктами, хотя есть и несколько лакомств. Профессионально выглядящие кастрюли и сковородки. Газированной воды хватит на всю жизнь - со вкусом клубники. В гостиной почти ничего личного, кроме пары фотографий в рамочках на камине. Я подхожу ближе и улыбаюсь, когда вижу старую фотографию Ориона с братьями. Ему не больше восьми-девяти лет - высокий, долговязый, с копной темных волос. Чейз стоит рядом с ним, запустив костяшку пальца в его волосы, отчего Орион на фотографии смеется. Лиам и Майлз выглядят так, будто не хотят там находиться, а Кай ухмыляется, глядя на Ориона и Чейза - этакий средний ребенок.
Мой взгляд переходит на другую фотографию, и сердце едва не замирает.
Это я - утро моего прослушивания в Парижской школе балета.
Это селфи, которое я ему отправила. Последнее.
Пока все не изменилось.
До того, как он разрушил мое будущее.
Сглотнув комок в горле, я медленно отступаю и иду по коридору в свою гостевую комнату.
Из открытой двери в конце коридора до меня доносится звук льющейся воды. Я останавливаюсь и прислушиваюсь, понимая, что это, скорее всего, комната Ориона и примыкающая к ней ванная.
На цыпочках подхожу ближе и задерживаю дыхание, когда переступаю порог спальни, и взору предстает его комната. Я знаю, что должна отвернуться и заняться своими делами. Понимаю, что это неправильно, но все же не могу удержаться от того, чтобы не заворожиться планировкой его комнаты. Стены белые, а большая часть мебели из темного дерева. Покрывало на массивной кровати из темно-серого льна, и я провожу рукой по мягкому материалу. Две тумбочки из темного дерева обрамляют кровать, так же, как и подходящая рама для кровати из темного дерева. Все гораздо аккуратнее, чем я ожидала.
Его шкаф открыт, и я заглядываю внутрь. Он большой - почти такой же, как моя спальня в моем доме. В воздухе витает запах кожи и дыма, и я осторожно вдыхаю его. Быстро закрыв дверь, я понимаю, что вдыхание его запаха, как гад, будет не самым худшим, на чем меня поймают, если я быстро не уберусь отсюда...
Тишину прорезает низкий, гортанный стон.
Я перестаю двигаться и прислушиваюсь, размышляя, не послышалось ли мне, и не доносится ли он из ванной Ориона. Оглянувшись через плечо, я вижу, что дверь в ванную приоткрыта, и среди шума душа слышу другой звук.
— Черт, — хрипит Орион изнутри.
Все внутри меня сжимается, я приближаюсь к треснувшей двери ванной, в то время как мое подсознание кричит, чтобы я ушла. Но теперь я очарована и не могу не хотеть услышать больше. Когда оказываюсь в нескольких сантиметрах от двери, медленно поворачиваю голову, чтобы заглянуть внутрь ванной комнаты и...
Я отшатываюсь назад и закрываю глаза, потому что обнаженное тело Ориона прямо здесь и видно через стеклянную дверь душевой. И... он мастурбирует.
Мой пульс учащается, по венам разливается жар, и меня пробирает дрожь при виде моего сводного брата с его... штукой... в руке.
Я снова наклоняюсь вперед, внезапно увлекшись эротическим зрелищем мастурбирующего Ориона. Он так велик, что заполняет собой весь душ, и вода падает на его лицо и грудь, пока он медленно проводит по своему толстому стволу вверх и вниз. И он такой толстый. Сглатывая, смотрю на темно-розовую головку, на то, как она напрягается, становится венозной, упругой и твердой. Его голова откинута назад, глаза обращены к потолку, а ноги слегка раздвинуты. Он стоит лицом ко мне, и у меня пересыхает во рту, когда я наблюдаю, как он медленно проводит рукой вверх-вниз, плавными движениями.
Я снова отстраняюсь, закрываю глаза и сжимаю ноги вместе, дыша через нос. Я шпионила за ним, и это все испортило. Я не должна быть здесь. Но слышу, как плещется вода на его руке, слышу, как быстро он скользит рукой, как из душа доносится низкий гул, как шипят от удовольствия его губы.
Из ванной вырывается облако пара, и я внезапно теряюсь в море Орионского мускуса с нотками табака, кожи и дыма.
Это его средство для мытья тела — вот чем он пользуется, чтобы так хорошо пахнуть.
Я снова заглядываю в щель, и вместо того, чтобы медлить, он теперь активно насаживается на руку - приближаясь к кульминации с таким отчаянным рвением, какого можно ожидать от голодного человека во время еды. Все внутри меня превращается в жидкость, когда я наблюдаю за тем, как он кончает, и я больше не жалею, что наткнулась на это.
Это самое горячее, что я когда-либо видела.
Я хочу прикоснуться к себе. Хочу. Но я сжимаю кулаки и смотрю в упор, как мой сводный брат закусывает нижнюю губу и сворачивает бедра в кулак. Я представляю, как он прижимает меня к стене и входит в меня сзади - одной рукой хватая за волосы, а другой натягивая мои бедра на свой член.
Я представляю, какие грязные слова он скажет, думая о том, как он был властен с Хейли. Скажет ли он такие слова и мне?
Ты можешь взять больше.
Он бы прорычал это. Как бы это рычание отразилось от мраморных стен душевой?
Каково ему было бы говорить мне эти слова?
Вены на его руках напрягаются, спускаясь к кисти, когда он сжимает ее сильнее, и с его губ снова срывается тот же низкий рык. Его дыхание резкое и рваное, и он по-прежнему лежит лицом вверх с закрытыми глазами.
Пространство между моими ногами пульсирует, и я напрягаюсь, наблюдая за тем, как его бедра начинают неустойчиво подрагивать. Мои губы приоткрываются, пока я наблюдаю за происходящим, и как раз в тот момент, когда я собираюсь уйти - на этот раз навсегда, - он опускает голову и открывает глаза.
Он смотрит прямо на меня.
Никто из нас не успевает среагировать, как его рот открывается, и из его члена на пол со стоном вылетают толстые струи спермы. Его глаза не отрываются от моих, его лицо застывает, а все тело содрогается и трясется. Его глаза на мгновение закрываются, когда он снова стонет, и по нему прокатываются толчки.
Я поворачиваюсь , спотыкаясь, ухожу.
ГЛАВА 16
ИСКУССТВО
Орион
Я все еще улыбаюсь, натягивая через голову черную футболку и проводя руками по мокрым волосам. Серые треники сидят низко на бедрах, и мое положение очень очевидно, потому что я не потрудился надеть боксеры. В прошлом году Лейла опубликовала в твиттере фотографию серых треников с такой подписью: Вас домогались в сезон серых трусов? Возможно, вы имеете право на компенсацию.
Я пошёл и купил пять пар.
Я думал, что издеваться над ней в образе Starboy было весело, но это? Соблазнять ее в образе Ориона? Заставить ее понять, что она упускает, что находится прямо перед ней? Она понятия не имеет, с чем и с кем имеет дело. В сети ей кажется, что она сблизилась с кем-то, кому можно доверять, кто понимает ее. Как Starboy, я стал ее доверенным лицом, ее тайной одержимостью. Она изливает свое сердце, думая, что находится в безопасности за экраном, совершенно не понимая, что я тот же самый человек, который стоит перед ней сейчас.