Эльф: брат или возлюбленный? (СИ)
Дизайн браслета мне, как женщине, очень нравился. Качественная тонкая работа. На ветвях, похожих на лозу — тонкие листики с прожилками, и в целом — настоящее произведение искусства.
Я так залюбовалась, что по инерции одела браслет на левое запястье.
Вдруг он вспыхнул и заискрился оранжевыми звездочками, а потом… просто растворился в руке! На коже вокруг запястья появился рисунок, напоминающий дизайн браслета: вьющиеся лозы с листочками, и теперь это очень сильно напоминало красивую, но… банальную татуировку!
Я испуганно поскребла по коже, но… похоже татушка останется у меня навсегда!
Что за подстава? Как я могла быть такой беспечной и одеть этот подозрительный браслет??? А вдруг он мне какую-нибудь пакость намагичит?
Стало не по себе, но… в своих подозрениях я оказалась изумительно права: магия началась сразу же!
Что-то вспыхнуло в моем разуме, и я увидела перед глазами очень яркую и очень животрепещущую картину. Молодая и весьма симпатичная особа, причем совершенно обнаженная, прикрытая лишь очень длинными, почти по колена рыжевато-белыми волосами, с ужасом убегает через лес. Она, очевидно, в смертельной опасности, потому что кто-то хочет ее убить. Когда же картинка резко сменяется, я вижу перед собой… Олива, ловко натягивающего большой, проблескивающий позолотой лук, и готового выпустить в девицу смертоносную стрелу.
Я в ужасе замираю и вдруг понимаю, что Олив видит перед собой всего лишь дикое животное — барса, и совершенно не догадывается, что это на самом деле девушка!
Это мне сейчас сон снится с открытыми глазами? Или это настоящая реальность? Но, если я увидела правду, значит…. Олив сейчас может совершить убийство, о котором потом сильно пожалеет! Надо помочь ему! Срочно!!!
Я вскочила на ноги, но растерялась, не зная, куда же мне бежать. Вдруг в разуме очень отчетливо начала осознавать правильное направление: на северо-запад отсюда! Побежала со всех ног, благо, тело эльфа было очень сильным и выносливым, так что я почти не задыхалась от натуги.
Мне понадобилось, наверное, больше получаса, чтобы домчать в нужное место. Олив и его воины, привязав лошадей у излучины реки к жестким кустарникам, начали прочесывать лес. Я видела их напряженные позы и медленные, осторожные движения охотников, выслеживающих свою добычу.
Я двинулась вперед, надеясь перехватить Олива раньше, чем он найдет барса, но начала беспокоиться о том, как бы в этой суматохе и самой не схлопотать стрелу!
Белоголовую красивую голову братца я увидела издалека. Что поразило меня больше всего, так это вид его лука: он выглядел точно таким же, каким я увидела его в необычном видении около получаса назад. Значит, это правда? Барс может оказаться девушкой?
Вдруг на полянку прямо перед Оливом выпрыгнуло огромное, с медведя ростом животное. Это была гигантская кошка с пятнистым окрасом шерсти и маленькими закругленными ушками. Она угрожающе скалила мощную пасть, обнажая могучие грозные клыки.
Воины заволновались, по команде Олива начали окружать животное, держа его на прицеле своих луков. Я поняла, что действовать нужно быстро. Бросившись вперед, я поспешила к брату, но он уже напряг мышцы, собираясь выпустить первую стрелу.
— Олив! — пришлось закричать мне. — Остановись!
Брат вздрогнул, но не повернулся ко мне. Однако барс тут же зарычал и бросился прямо на него.
Ситуация резко превратилась в какую-то страшную и безвыходную. Если Олив в это же самое мгновение не выпустит стрелу, он может погибнуть, но, если выпустит — умрет та девушка из видения. Я почему-то была абсолютно уверена, что видение было настоящим и явило мне истинную суть вещей.
Я не сбавляла скорости бега и неслась вперед, как пуля, хотя каждая секунда сейчас было подобна дыханию злого рока. Вся внутренность моя металась и сжалась до размеров одного маленького момента, как вдруг произошло что-то невероятное: я оказалась прямо перед животным, словно только что разрезала пространство собою и прошла сквозь него. Не знаю, как, но это получилось. Эффект критической ситуации, что ли? Мое запястье с татуировкой браслета засияло и полыхнуло в сторону барса нежным оранжево-желтым огнем.
Зверь тут же замер и начал принюхиваться, шевеля могучими усами и тяжело выпуская из ноздрей воздух.
«Что же теперь будет?» — испуганно пронеслось в моей голове, потому что устрашающий вид огромной кошки, которую так и хотелось назвать машиной для убийства, вызывал у меня некоторую панику, но татуировка снова полыхнула желтым свечением, а барс резко высунул свой длинный шершавый язык и… лизнул мою слегка дрожащую руку. Я замерла, услышав, как он замурлыкал, а после и вовсе потерся мордой об мою ногу. Его усы, как тугая леска, заскользили по бедру, и я даже через одежду ощутила их жесткость.
Улегшись прямо на землю, барс завалился на бок и, сложив огромную голову на мягкие подушечки лап, просто… уснул.
Я стояла около него и все еще не могла двигаться. Мои волосы, поддеваемые порывами теплого ветра, взлетали за моей спиной и перебрасывались наперед, через плечи, прямо мне в лицо. Через несколько мгновений я почувствовала прикосновение пальцев к своему плечу и вздрогнула. Я знала, что это Олив. Он обошел меня и со странным гневно-ошеломленно-облегченным выражением на лице взглянул в мои глаза.
Я поняла, что он сердится и безумно волнуется обо мне, но… при воинах он не стал ни бранить, ни обнимать меня.
Отведя меня в сторону, он спокойно, даже неестественно спокойно потребовал объяснений. Мне показалось, что он себя просто очень сильно сдерживает.
Я рассказала о браслете и об очень реалистичном видении. Когда я упомянула, что у девушки волосы слегка отливали рыжиной, он всерьез задумался. Напряжение слетело с его лица, и, похоже, его гнев, перемешанный с любовью, начал утихать.
— Ты знаешь ее? — с надеждой спросила я, подавшись к нему ближе. Он задумчиво изучал землю, а потом резко поднял на меня глаза. Наши взгляды встретились, потому что я наклонилась к нему почти вплотную, и он отчего-то неожиданно замер. Его глаза медленно опустились на мои губы, из груди вырвался судорожный вдох. Вдруг он резко побледнел, потом дико смутился и опустил взгляд. Я еще никогда не видела его таким скованным и даже испуганным. Он отступил на шаг назад, потом собрался, выпрямился и усилием воли согнал с лица неподобающие чувства. Я отчего-то и сама стушевалась, потому что вообще не поняла его реакции. Что происходит?
— Я слышал о том, что около года назад бесследно исчезла любимая дочь графа Люмбергнот — Алиса, — начал он почти что выровнявшимся голосом. — Эльфийка с уникальным для нашего королевства рыжеватым оттенком волос. Они достались ей от ее матери, в жилах которой течет кровь эльфов Северной Стороны…
— Что такое Северная Сторона? — спросила я.
Олив посмотрел на меня сперва удивленно, словно забыв, что у меня «потеря памяти», а потом печально вздохнул и ответил:
— Северная Сторона — это ряд эльфийских королевств, тянущихся на севере континента. Они отличаются от нас рыжим цветом волос и зелеными глазами. Мать Алисы попала к нам случайно: в детстве ее похитили работорговцы, продали на черном рынке и отправили с караваном в соседнее королевство Амиран. Но наши воины случайно вступили в схватку с работорговцами и вызволили пленников. Граф Люмбергнот в те времена был молодым воином и лично спас девочку. Увидев, что это маленькая эльфийка, он оставил ее в замке своих родителей, а, когда она подросла, женился на ней… Однако год назад их дочь неожиданно исчезла. Без следа и безо всякой надежды, потому что она словно растворилась в воздухе. Неужели… — Олив скосился на огромное спящее животное, — неужели он может быть ею?
— Кто-то мог с ней сделать подобное? — спросила я.
— Не знаю, не уверен, — ответил Олив. — И я вообще не знаю, что мне делать с этим зверем… Но скажи, Алекс, ты говоришь, что все это сделал браслет, который тебе дали амазонки?
Я утвердительно кивнула и протянула ему для наглядности руку, где на запястье была отчетливо видна татуировка.