"Фантастика 2024-145". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Занятная штуковина непонятного назначения, та самая, которую потерял мальчишка из воровской банды. Назгульский медальон никаких признаков тревоги не передавал, так что Петька со спокойной душой поместил вещицу в одну из ячеек своего полупустого хранилища. Можно было бы и на полочку в гостиной поставить, но что-то подсказывало, что первое решение правильнее.
Целее будет.
24. СНЫ ВИРТА
…
Он вставал в строй вновь и вновь. В очередной раз — на той стороне, что когда-то, много лет назад, проиграла.
Вставал в надежде, что опираясь на всю совокупность данных он, может быть, сможет направить ход событий так, чтобы воины его войска смогли превозмочь.
Чтобы пали не все.
Чтоб остался в живых хоть кто-то…
Он искал выхода — и не находил его. И оставалось только одно: делай что должно, и будь что будет.
И опять его белая котта была красна от чьей-то крови…
И клевец вновь и вновь врубался в стену противников, с влажным чавканьем входя в чужую плоть и застревая в латах…
И снова чей-то удар заклинивал его наплечник так, что левую руку невозможно было поднять, и едва стоящий на ногах от усталости мастер клещами выправлял его доспехи…
И он, валясь от изнеможения, получал десять минут отдыха внутри непрерывно рубящегося кольца и вдруг обнаруживал, что сидит на теле своего лучшего друга, и капеллан, поймав его ошалелый взгляд, грустно улыбался: «Я думаю, Олаф был бы не против…»
И чужие закованные в железо кони втаптывали его тело в пропитанную кровью землю…
И он вставал с мыслью: «Напрасно вы сочли меня мёртвым!..»
Во сне он раз за разом делал свой стартовый выбор. И снова становился на сторону, что должна была проиграть. Ведь должен же быть шанс? Хотя бы один из тысячи…
…
Многие наивно полагают, что игра не имеет власти над спящими.
Однако, сны тех, кто всю свою жизнь проводит в вирте, порой значительно отличаются от цветных картинок живущих в реале. А время, которое течёт внутри сна, может сжаться гораздо, гораздо плотнее обычного.
Игра внимательно наблюдала за этим сном, который мало чем разнился с интенсивной работой в любой из тренировочных локаций.
Игра следила за каждым его действием, каждым принятым решением — и думала, что наконец-то нашла нужного человека.
Игра смотрела за тем, как растёт её тёмный властелин.
И улыбалась.
Ольга Войлошникова
Не все НПС попадают-2
Внезапно
Примечание, необходимое в связи с обновлениями в законодательстве:
Автор ни в коем случае не преследует цели сформировать привлекательный образ нетрадиционной сексуальной ориентации и не отрицает семейные ценности.
01. КОГДА ТВЕРДО ВСТАЛ НА ТЕМНЫЙ ПУТЬ
ДРУЖЕСКОЕ ПЛЕЧО. ИЛИ НЕ ПЛЕЧО…
5 июня, пятница, день одиннадцатый из восьмидесяти четырёх.
Петька проснулся посреди ночи, шаря рукой по кровати. Потом понял, что ищет меч, и бросил это занятие. Прошлёпал в кухню, выпил стакан воды, стараясь избавиться от привкуса крови во рту. И всё равно ему казалось, что запах гари и железа никуда не исчез. Тело ныло немилосердно.
Он решительно поставил стакан на стол. В конце концов, есть две ведьмочки, которые могли бы прийти ему на помощь.
Обе оказались не в сети. Должно быть, Марина тоже решила зайти в игру. Но он хотя бы знал, где найти Ягу!
Решив, что ломиться ночью прямо в дом к девушке всё же невежливо, он открыл портал на поляну возле избушки на курьих ножках. Вышло не слишком близко — что ни говори, навык требует тренировки — но в зоне прямой видимости. В этой локации царила обычная для неё длинная ночь, меж деревьев чернели густые тени, а трава оказалась щедро усыпана росой. Брюки мгновенно промокли до колена.
— Избушка-избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом, — произнёс заветную фразу Петька.
Изба начала своё вращательное движение, в окошке заметался удивлённый огонёк, и на крыльцо выскочила Ягуся в своей молодой ипостаси.
— Петечка! Что случилось? На тебе ж лица нет! Заходи, заходи! — она поспешно затворила за ним дверь и внимательно оглядела его, подсвечивая себе плошкой со свечным огарком, отступила назад, потом недоверчиво потрогала руку повыше локтя, — Задеревенел-то… А ну, пошли!
Она решительно поволокла его в дверь, за которой обнаружилась жарко натопленная баня, без лишних слов пропарила, а потом растёрла его каким-то ароматным маслом, от чего тело наконец-то расслабилось и стало ощущаться лёгким, как пёрышко.
Потом они вернулись домой. От застолья Петька отказался, но с удовольствием выпил напитка, который Яга называла «сбитень» — с мёдом и пряностями. Они улеглись на печке, но не так, как спали в предыдущие разы. Яга устроилась повыше, а он — головой на её груди. И вот тут, в кольце ласковых и уютных рук, он рассказал ей свой сон.
— Ты понимаешь, Ян, я как будто целую жизнь за него прожил. Мне кажется, если постараться, то я смогу припомнить и детство его, и юность, и вступление в орден — событие за событием, вплоть до дня… когда я раз за разом старался вырвать у судьбы победу. Пафосно звучит, да? Глупо…
— И нисколько не глупо, — не согласилась Яга, — Бывают случаи, когда такие слова самые подходящие и есть.
Она задумчиво перебирала его волосы, и Петька не заметил, как провалился в сон, в котором было спокойно и хорошо.
Сбитень ли был тому виной или то, что Петька выговорился и успокоился, но за оставшиеся до подъёма три или четыре часа он выспался великолепно. Утром Яга проводила его тёплым объятием, нежным поцелуем, и заручилась обещанием, что он обязательно заглянет к ней после своих занятий и задержится подольше.
СКОЛЬКО ИХ БЫЛО?
Петька шагнул в свою квартирку — скорее по привычке, чем по необходимости — нашёл в шкафу свою старую футболку с милитаристическим принтом, натянул. Удивился ощущениям — как будто слегка маловата стала.
Достал из храна избушкино яйцо, приложился ухом к тёплой скорлупе. Стучит. Спрятал обратно.
Зачеркнул в календарике, недавно прикреплённом на стенку в кухне, очередную дату. Пятое июня. Пятница. Суббота и воскресенье выходные — вот и двух недель, считай, нет. Осталось десять — много это или мало?
Очень странно было видеть отмеченную кружком финальную дату своего стажёрства — семнадцатое августа. Всю жизнь день рождения зимой отмечал — наверное, в день перехода в вирт. Символично будет, ведь семнадцатое августа должно стать и днём рождения нового тёмного властелина. Почему-то эта мысль подбодрила его, и Петька отправился в буфет, воспользовавшись своим новым навыком, потому что Дрозд просил его практиковать быстрые перемещения по возможности чаще.
Дрозда ещё не было, но Петька вдруг ощутил такой зверский аппетит, что решил приступить к трапезе, не дожидаясь своего наставника. Многое в меню показалось ему привлекательным, и он сделал такой заказ, что привыкшая к нему за десяток прошедших дней буфетчица кидала на него странные взгляды.
Он подумал и сел за стол побольше, расставил свою поляну. Подошёл Дрозд, окинул всё это великолепие взглядом:
— Достойно! Сколько их было?
Петька слегка пожал плечами:
— Тысяч тридцать, наверное…
Дрозд выпучил глаза:
— Тысяч тридцать кого?
Петька слегка вынырнул из своих раздумий:
— А вы про кого спрашивали?
— Да про девушек.
— А-а-а… — Петька засмеялся, — Девушка была одна, да и то… Не суть.
— А тридцать тысяч кого? — наставник навис над столом, — Колись, юнга — опять в тренировочную тайком ходил?
— Да нет. То есть ходил, но вчера вечером ещё. Ну и… ночью продолжение снилось.
