Слова на виражах

Так рождается история, когда у меня есть время от основной работы, и, конечно же, вдохновение. Последнее, к слову, я часто ищу, ведь муза не посещает меня из-за постоянной усталости. Ведь работать на Мию Белароз, восходящую звезду моделинга, крайне нелегко. У меня большое количество обязанностей как у ее личного ассистента. Получить эту работу удалось почти сразу после окончания университета. Я увлеклась смм-проектами, так как реклама была моим профилем. К тому же я отлично фотографировала благодаря университетским курсам по фотографии. Так что использовала в работе сразу несколько навыков. На одной из рекламных съемок мой талант к фотографии заметили: одному актеру так понравилось мое видение, что он порекомендовал меня крупному бренду, а там уже и сама Мия захотела взять меня в свою команду. Мы снимаем для нее видео в социальные сети, устраиваем креативные фотосессии и, когда нужно, готовим рекламные кампании. С недавних пор я также организовываю ее встречи с рекламодателями и помогаю с некоторыми рутинными делами. Например, утром я успела побывать в ателье и забрать роскошное платье к завтрашнему вечернему мероприятию, на котором должна засветиться сама Донателла Версаче. Мия мечтает, чтобы она обратила на нее внимание и сделала одной из своих звездочек. Но пока что охваты Мии не позволяют ей дотянуться до такого уровня. Впрочем, я думаю, это лишь дело времени. Мия очень трудолюбива. А о ее внешности действительно можно говорить долго. В заголовках о ней часто пишут, как о «снежной королеве». Высокая, статная, с жемчужно-бледной кожей и голубыми, похожими на райские оазисы, глазами. Красота ей досталась от русской мамы, а вот легкая холодность характера от папы-француза. Ее местами проявляющийся французский акцент умиляет.
  
Так я и работаю. В вечной запаре. С ненормированным графиком. И с мечтой однажды позволить себе писать истории. Но на пути к этому есть одна большая проблема – кредит, который я плачу за квартиру мамы и сестры. Работа на Мию позволяет помогать близким. Так что мысли о книгах я пока задвигаю в дальний угол.
Однокомнатная квартира, которую я сняла, как переехала в Лондон, находится в тридцати минутах от центра города. Это довольно скучный район, где кроме старейшего Бродвейского театра, нет ничего, что могло бы вдохновлять. Но и выбора у меня не было.
После того, как отношения с Уорнером, моим последним парнем, закончились, хотелось поскорее сменить обстановку. Его бесконечные приступы ревности и упреки по поводу стиля в одежде достали, и я порвала с ним. Моя любовь к винтажным вещам и классным секонд-хендам его уничтожала. Комбинировать разную одежду и искать новые образы – сплошное удовольствие, а занудство Уорнера не давало мне носить, что я хочу. Когда ограничивают свободу, в ход идет тяжелея артиллерия, поэтому я и оказалась одна здесь, в Вест-Энде.
Чтобы отвлечь себя от неприятных мыслей, я ищу новый источник вдохновения. Что-то, что захватит меня и вернет к рукописи. Пока идей для книги и заданий от Мии нет, я решаю пойти в спортзал.
Через несколько минут выхожу из квартиры. И, пока иду в зал, успеваю написать сообщение маме.
Привет, мам! Как ты? Как Элоиза? Она уже закончила свой последний портрет? Если все готово, пусть скинет мне!
 
Мама сразу же читает сообщение. Похоже, у нее был открыт наш диалог. Я осматриваюсь, чтобы не врезаться в людей. Дождь мелкими каплями падает на землю. Небо затянуто тучами, и, похоже, такая угрюмая погода установилась надолго. Накидываю капюшон и вновь смотрю в телефон. Пользователь печатает. Что за поэму мама пытается уместить в сообщении?
Как только я подхожу к зданию, телефон решает отключиться. Черт! Я знала, что его нужно поменять, но решила отложить покупку до дня рождения. Класс! Теперь я без телефона.
– Эвелин!
Я оборачиваюсь на голос позади, придерживая дверь. Дарлин машет мне, закрывая свою машину. Она бежит ко мне, впопыхах убирая ключи в карман.
– Ты тоже на йогу? – спрашивает она, широко улыбаясь.
– Дарлин, какая встреча! – Мы обнимаемся, и я радуюсь ей, как лучику солнца, в котором так нуждалась. – Вообще-то, я планировала побегать.
– Может, сначала на йогу со мной? Мне столько нужно тебе рассказать!
Мы с Дарлин познакомились полгода назад на групповом занятии по йоге. С тех пор мы пару раз пили кофе вместе, ходили в клуб и всегда обсуждали ее парней.
– Уговорила, – соглашаюсь, хотя не совсем уверена, что осилю йогу сегодня.
– Я так рада! Прекрасно! Как чудесно, что я тебя встретила. Итак, ты помнишь Оливера? Того, с кем я познакомилась на сайте знакомств.
Я смутно припоминаю имя, но многозначительно киваю, чтобы не обидеть Дарлин.
– Он оказался, – она наклоняется ко мне, – несовершеннолетним.
Ее смущенное выражение лица вызывает смех. Я еле сдерживаюсь.
– Ого! Кто бы мог подумать? – подыгрываю я.
– Ужас! Ой, даже не знаю, что именно рассказать дальше. Так много новостей. Ладно, давай зайдем внутрь, а то промокнем. И я продолжу.
– Конечно.
Ближайшие два часа я точно не буду говорить. За меня это сделает Дарлин. Может быть, что-то из ее рассказов послужит идеей для книги. Вдыхаю полной грудью и готовлюсь быть внимательным слушателем. Пока за окном плачет природа, а во мне плачет безнадежный автор, хоть кто-то будет смеяться от своих же историй.
 
Глава 3
 
Даниэль Дюран
 
Ну что? Ты выбрал себе фейковую девушку? Кто она? Чувак, я накидал тебе сотни вариантов. Поэтому если ты напишешь, что не выбрал, я нахрен уволюсь!
 
Сообщение от Итана – вот что я вижу первым на экране мобильного после тренировки.
Я был в зале. Посмотрю ночью.
 
Убираю телефон в карман и надеваю кепку с очками. Журналисты снова караулят меня у машины. Проклятие!
– Мистер Дюран, как вы оцениваете свой неудачный сезон? Есть ли вам что сказать своим фанатам?
– Не разочаруете ли вы их снова в этом сезоне?
– Даниэль, как прокомментируете череду поражений?
Я протискиваюсь сквозь толпу журналистов, закрывая рукой лицо. Инстинктивно сжимаю челюсть. Их вопросы заводят меня. Хочется послать всех к черту, но я сдерживаюсь, потому что важно держать лицо.
– Новый сезон вернет все на свои места, – единственное, что говорю я.
Папарацци делают снимки. И, вероятно, ужасные. Я после изматывающей тренировки, недовольный и злой. Сейчас придумают очередную желтуху. Они любят делать из меня того, кем я не являюсь. В особенности в последнее время. У них теперь другой фаворит, а ко мне можно относиться как к куску дерьма. Пару недель назад в СМИ просочилась новость о том, что я в порыве гнева толкнул журналистку в лужу, хотя на деле все было не так. Она хотела взять интервью, но я вежливо отказал. Ее каблук сломался, и я пытался поймать ее за локоть. Но кому нужна скучная правда, когда есть материал поострее?
  
– Даниэль, многих девушек волнует вопрос, а свободно ли ваше сердце? Вы также никогда не высказывались насчет своих прошлых отношений. Скажите, а вы…
Едва не отрывая ручку, я сажусь в автомобиль и хлопаю дверью. Голоса затихают. Спасибо хорошей звукоизоляции. Кидаю сумку на заднее сиденье и восстанавливаю дыхание. Если я сейчас же не отъеду с парковки, случится нечто ужасное.
* * *
Прежде чем снова открыть этот чертов каталог с девушками, я в заметках пишу свои правила. Раз уж этот пиар-роман так необходим для карьеры, то я сделаю его наиболее выгодным для себя. Первым пунктом добавляю: «Никаких отношений между нами вне камеры». Я должен быть сконцентрирован только на сезоне. Вторым пунктом идет конфиденциальность, которую нельзя нарушать даже после окончания сезона. Последнее, что мне нужно, – видеть, как СМИ выставляют меня засранцем, который платит девушке за фейковую любовь. Третьим пунктом пишу: «Никаких отношений на стороне». У меня их точно не будет, но девушке нужно предельно ясно объяснить: если ее поймают с другим мужчиной, у всех будут проблемы. И так список увеличивается до десяти пунктов, пока я не беру планшет.