"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Не томи же, — торопила эннийка. — Времени мало, а знать я хочу все.
Вассер тряхнул кудрями и почесал длинный тонкий нос.
— У герцога довольно большая свита. Странно для человека, выросшего в Ордене — они же там все страшно нелюдимые и постоянно молятся да мечами размахивают. Лорд Грегор приблизил к себе по большей части молодых — детей баронов и графов. Большинство из них — воины, с которыми его светлость ходил походы на границы с Рундкаром. Но самый любопытный персонаж из этой свиты — безземельный барон Альдор ден Граувер. Эти двое водят дружбу еще со времен, когда были воспитанниками Ордена. Не знаю, по какой причине, но Волдхард доверяет Грауверу как самому себе и даровал тому должность сенешаля. И это меня удивляет.
— Почему же?
Вассер пожал плечами.
— Он старше, выглядит и ведет себя, как южанин, не умеет драться… Странная компания для человека, который не мыслит жизни без войны. К тому же, они так близки…
— Не хочешь ли ты сказать, что молодой Волдхард, — леди Эльтиния хитро прищурилась, — любит мужчин?
— Нет, упаси Гилленай! — шпион замахал руками, насколько позволяло пространство комнаты. — В постели герцог предпочитает женщин. По крайней мере, мне с точностью известно об одном случае. Но о нем я расскажу только после получения остатка своего скромного жалования.
Леди Эльтиния сняла с пояса вышитый бархатный кошелек и протянула юноше:
— Не назвала бы это скромным. Здесь даже больше, чем мы договаривались, — проворчала она. — Но чего не сделаешь ради хорошей сплетни. Я жду.
Глаза Вассера загорелись, когда он взвесил кошель в ладони.
— Сейчас в Эллисдоре гостит посол Латандаля — леди Ириталь. Это не удивительно, ведь она всегда много путешествует. Но к Хайлигланду ее превосходительство питает особую привязанность. В этом году она бывала в Эллисдоре трижды, но лишь раз — с официальным визитом.
Эннийка понимающе улыбнулась:
— Должна же у такой привязанности быть веская причина, верно? Там же холодно!
— Боюсь, его светлость и есть тому причина. Они часто проводят время наедине.
— Насколько наедине?
— Совсем. Они очень, очень близки, моя милостивая благодетельница.
Брови леди Эльтинии поползли вверх в притворном удивлении:
— То есть ты хочешь сказать, друг мой, что нареченная супруга следующего императора делит с Волдхардом постель?
— Именно так, — подтвердил Вассер. — Накануне отъезда герцог пришел к послу и отослал служанку. Надо сказать, девушка не послушалась и решила удовлетворить любопытство. И, по ее словам, занимались они там как раз теми самыми вещами, о которых в приличном обществе говорить не принято. Об этом она рассказала мне чуть позже, когда мы сами занимались… Тем же, чем и герцог с послом. Служанка влюблена в меня и лгать бы мне не стала. Более того, бедняжка сильно рисковала, открываясь мне, и я не вижу оснований не доверять этим сведениям.
— И чего тебе стоила эта информация, мой дорогой?
— Удивительно, госпожа, но я даже получил удовольствие от процесса, — оруженосец расплылся в самодовольной улыбке. — Вы хорошо меня обучили. Но, признаюсь, я скучаю по Миссолену. Когда вы вернете меня обратно?
— Скоро, мой мальчик. Но сейчас ты нужен именно в Эллисдоре. Возвращайся в Хайлигланд и жди весточки. Кроме того, мне нужно получить все, что ты изложил мне сегодня, на бумаге.
— Непременно напишу. И по поводу служанки, которая мне обо всем рассказала…
Леди Эльтиния укоризненно покачала головой:
— Возьми ее с собой, конечно же! Уговори бежать любым способом! Но когда придет время, сделайте это, не мешкая. Бросайте все и бегите в Миссолен.
Шпион поклонился:
— Благодарю, госпожа. Мне жаль девушку, и я не хочу оставлять ее на растерзание Волдхарду. У него слишком крутой нрав, и если он узнает, что она стала свидетельницей…
— Привози. Потом разберемся, что с ней делать. Не подведи меня.
— Никогда, — абсолютно серьезно сказал оруженосец. — Я докажу свою благодарность делом.
Вдовствующая герцогиня снисходительно улыбнулась.
— Оказывается, я неплохо тебя воспитала. Помнить о долгах полезно, мой мальчик. Пока у тебя прекрасно получается расплачиваться. Я довольна тобой, Вассер Дибрион.
— Письма передавать тому же человеку, что и раньше?
— Да. А теперь уходи, пока тебя не хватились. До встречи, мой юный шпион.
Юноша согнул спину в почтительном поклоне. Леди Эльтиния изящно спрыгнула с бочки и выскользнула за дверь.
Он подождал с минуту, слушая звук удаляющихся шагов эннийки. Она получила информацию, как и договаривались. Все было честно. Хорошие деньги — хорошие сведения. Но уговора, что о выведанных тайнах узнает только леди Эльтиния, не было.
Этим вечером Вассера Дибриона ждал еще один кошель. На этот раз — с золотом.
Вольный город Гивой.
— Наместник желает видеть лишь господ Танора и Артанну, — стражник чеканил каждое слово, преградив вход в здание ратуши. — Только главарей, упертые вы идиоты!
Сотница развалилась прямо на широких деревянных ступенях, отрешенно наблюдая за пререканиями предводителя «Братства» и непреклонного охранника. Она старалась сохранять невозмутимое выражение лица, но руки выдавали ее нервозность. От внимательного взгляда не могло укрыться то, с каким раздражением она теребила закатанный левый рукав своей рубахи — ломала голову, куда подевался ее браслет.
Артанне было не по себе. Цацка — цацкой, но рука без нее казалась голой. Этот простой серебряный обруч был единственной реликвией, оставшейся Артанне от семьи. Даже пару изящных длинных кинжалов вагранийской работы в свое время ей подарил лорд Рольф. По какой-то причине герцог часто преподносил ей всевозможные безделушки с ее родины. Вероятно, думал, что они смогут скрасить тоску по дому, в который Артанна больше не могла вернуться. Однако за все проведенные вместе годы Рольф так и не понял, что она не скучала по родине. Наоборот, оказавшись на чужбине, вагранийка всеми силами пыталась вычеркнуть первые семнадцать лет своей жизни и привыкнуть к новым порядкам. К чему держаться за ушедшие времена, если возможности вернуть их уже не представится? Но на то, чтобы распрощаться с воспоминаниями окончательно, силы духа у Артанны так и не хватило. И потому она никогда не снимала тот браслет.
В конце концов, память о том, кем ты на самом деле являешься, порой способна спасти твою никчемную задницу.
Бойцы «Сотни» расположились на ступеньках и парапетах рядом с командиром: кто-то раскуривал трубку, кто-то демонстративно проверял заточку клинков, иные просто угрюмо переглядывались с наемниками «Братства». Артанну сопровождали всего пятеро наемников, Танор же зачем-то привел с собой целую толпу. Это тревожило торговцев, распугивало покупателей и в целом портило впечатление от ясного и теплого весеннего денька.
— Неужели он теперь нас боится? — вагранийка покосилась на Танора и, встретившись с ним глазами, холодно улыбнулась.
— Скорее хочет, чтобы боялись его. — Шрайн аккуратно вычищал грязь из-под ногтей маленьким ножиком. — Он всегда слишком много о себе мнил.
— Танор удобен тем, что предсказуем, в отличие от его помощников. Но Чирони меня беспокоят, — Веззам бросил маленький камень под ноги и наблюдал за тем, как он прыгал со ступеньки на ступеньку. — Вот уж действительно братство. Только не Танора, а этих скользких гацонцев. Как бы твоя интрига не обернулась для нас огромной бочкой дерьма, Артанна.
Наемница забрала у Шрайна нож и заткнула его за голенище сапога.
— Как правило, с гацонцами можно договориться. Они же любят чесать языком.
— Ага, один заговаривает тебе зубы, а второй в это время подходит сзади, достает кинжал и… — великан провел пальцем по горлу, — готовьте костер, пойте погребальные гимны, он был хорошим товарищем.
— А ты не поворачивайся к ним задницей, и все будет хорошо, — Артанна приподнялась, устремила взгляд поверх бритой головы Шрайна и нахмурилась.