"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Абрахаз выдержал эффектную паузу.
— Неужели нашёлся тот, кто сумел полюбить… — удивился мужчина в окровавленном плаще.
— Дракониху, — закончил за него Абрахаз. — Да, эта девочка плод любви женщины-дракона и мужчины.*
— Он тоже из высокородных? — спросил Бестелесный.
— Нет. Оямото выбрала его по другим качествам. И не обманулась. Дитя превзошло все ожидания.
Все снова посмотрели на девочку. Она подняла голову и обвела их заплаканными глазёнками.
— Но как вы узнали, что девочка окажется на берегу в Элсаре? — вновь подал голос мужчина в окровавленном плаще.
— Её привела ко мне одна… моя подопечная.
Абрахаз протянул руку и показал на Найру. Мужчины повернули головы и только сейчас заметили Найру, которая во время разговора прижалась лицом к мерцающей пыли, боясь пропустить хотя бы слово. Увидев, что все повернулись к ней, девушка в испуге отступила назад. Атия тоже её увидела.
— Найра! Спаси меня! — закричала девочка, протягивая к ней руки.
В грудь Найры словно воткнули нож и провернули — чтобы стало больнее, чтобы уже не спасти.
— Атия! — прошептала она, чувствуя, как по щекам текут слёзы отчаяния.
— Кто эта женщина? — спросил один из мужчин. Он бы низкорослым и широким, отчего казалось, будто плащ наброшен на большой валун.
Абрахаз поднял голову, будто изучал что-то на потолке, с ленцой в голосе ответил:
— Когда мне стало известно, что Оямото даже на берегу реки Забвения удаётся играть против меня и она всё ближе к созданию дитя-дракона, я мог поступить двумя способами: уничтожить строптивую богиню, либо заставить её изобретение работать на себя. К тому моменту я как раз проиграл в битве дому Хандори, мой фамильный меч лишили силы, а сам я стал выполнять постыдную роль пешки в играх высоких домов. Тогда же я вспомнил родовое предание, которое гласило, что Зверь, возникший из чёрных вод Великой реки Азара, может вознести дом Отуа к вершине власти, но может и низвергнуть в бездну. С учётом полученных сведений, выходило, что Оямото занимается как раз созданием этого зверя. Что же, тогда и мне понадобилось подготовиться, — он неторопливо подошёл к стене из мерцающей пыли и остановился напротив Найры. Теперь она разглядела, что его лицо скрывает чёрная маска, отчего казалось, что под капюшоном тьма.
— В своей лесной лаборатории на Азаре я создал девочку, которая с виду была такой же, как остальные, но ядовитая для местного населения вода из Реки оказалась ей не страшна. Именно эта девочка должна была привести ко мне дитя-дракона. С того момента между мной и Оямото начался новый виток смертельной игры. Каким-то образом ей удалось узнать про Найру, и однажды она попыталась руками Великого Хранителя уничтожить девочку в Башне. Но мне удалось её спасти и отдать на воспитание азарке. По моему замыслу, Найра до определённого момента не должна была догадываться о своих необычайных способностях.
— Я не понимаю, — перебил Бестелесный, — если эта ваша Оямото знала о Нйаре, почему она её не устранила?
— Конечно же, потому что я защитил Найру особой магией, — презрительно фыркнул Абрахаз. — Всё, что могла Оямото, это приходить в её сны и ложью сбивать с верного пути. Но я всегда был начеку и возвращал Найру обратно. А странные сны стирал из памяти. Лишь немногим из них удалось зацепиться за её сознание и оставить в нём след.
Абрахаз по-прежнему стоял напротив девушки, и его чёрная маска, в которой отражалась мерцающая пыль, была устремлена на неё. Найра, словно завороженная, не могла отвести от него глаз. Мысли бурей проносились в её голове, сшибались, разлетались в стороны и вновь мчались по кругу. То, что говорил этот человек, многое объясняло, но одновременно рождало новые вопросы.
— Впрочем, хитрой Оямото и тут удалось немного меня обыграть, — в голосе Абрахаза просочился яд. — В одном из отсталых, умирающих миров, пригодном лишь для поставки в Азар мокрозяв, она нашла избранную.
По пещере пронёсся ропот.
— Вы не ошибаетесь? — тихо, словно его могли подслушивать, спросил «валун».
 
— Не ошибаюсь, — ответил Абрахаз.
— Ту самую, о которой написано в пророчестве? — тоже тихо уточнил мужчина в окровавленном плаще. — Ту, которая получит власть над временем?
— Да. Вы знаете, что её… хех, необычайные способности, если можно так выразиться, должны в полной мере заработать после смешения крови избранной с кровью этого чудо-дитя? — Абрахаз вновь указал на Атию. — Подобно тому, как капля её крови вернула былую силу моему фамильному мечу, девочка должна была привести к жизни дремлющие в избранной магические способности. И уже ничто не в силах было бы их остановить. Это бы означало полный крах не только дома Отуа, но и остальных домов. Именно в этом была истинная и окончательная цель Оямото, и, само собой, я должен был ей помешать.
— Что вы сделали? — спросил Бестелесный.
Остальные молчали, но их спины уже готовы были согнуться в подобострастных поклонах. К этому моменту они безоговорочно приняли власть Абрахаза, признали лидерство дома Отуа, как стая признаёт вожака.
— Когда избранная приплыла к стенам Элсара, я сделал так, что там оказалась Найра. Она сама толком не понимала, зачем стала помогать незнакомке в лодке, которую принесло течение Мёртвой реки. Найра привела её к себе, а потом продала Хранителям Элсара. Нужно было только вовремя приказать ей сделать это, для чего я использовал одну из шлюх Весёлого дома. Таким образом избранная оказалась в Башне мокрозяв. Там у меня тоже был свой человек, Старшая магиня. Она должна была уморить избранную кукрением до смерти, но, — Абрахаз раздосадованно цокнул языком, — мне помешала Оямото. Действуя уже через своих «агентов», назову их так, она заставила Даяну остановить кукрение. Ситуация на некоторое время вышла из-под моего контроля. К тому же, мне надо было решать другие, не менее важные вопросы, связанные с нетбилоном, что тоже отвлекало. Но, как бы то ни было, в конце концов, Найра своими руками привезла дитя ко мне. Этому не смогли помешать ничьи козни, и я теперь могу торжествовать победу.
Он поднял руки, будто призывал в свидетели триумфа неведомых богов.
Мужчина в окровавленном плаще громко и отчётливо зааплодировал. Следом за ним стали аплодировать остальные. Кто-то крикнул «Виват, королю Отуа!»
Этот крик тоже подхватили, и пещера наполнилась криками. Девочка на полу вдрагивала от хлопков, будто это были щелчки бичей.
Постепенно всеобщее ликование стихло. В наступившей тишине мужина в окровавленном плаще спросил:
— Но, король Отуа, что же будет теперь с добычей нетбилона? Проблема Бурака никуда не исчезла. Наши корабли нуждаются в нетбилоне для длительных перелётов, а в Азаре найдены богатые месторождения. Ничуть не преувеличу, если скажу, что ваш Азар — наша последняя надежда. Как вы хотите распорядиться добычей нетбилона после, — он запнулся, — выхода из игры главы клана Хандори?
Абрахаз небрежно махнул рукой.
— Не переживайте, — ответил он. — У ваших и наших кораблей нетбилон будет. Но позвольте этому миру самому переместить баланс сил. Мы в любом случае останемся в выигрыше, это я вам обещаю.
"Плащи" переглянулись. Бестелесный, как самый смелый, спросил:
— По какой цене вы хотите торговать нетбилоном?
Абрахаз цокнул языком:
— Данный вопрос требует отдельной встречи. К тому же, господа, Элсар, просыпается. Мне бы не хотелось, чтобы эта милая пещера, служившая нам в последнее время верой и правдой, и укрывавшая от любопытных глаз азарцев, была обнаружена. Как вам известно, магиня Даяна, которая заколдовала пещеру от посторонних глаз, умерла, её чары упали, и теперь сюда может зайти кто угодно.
— Жаль, что Даяна умерла, — покачал головой человек, похожий на валун.
Абрахаз пожал плечами:
— Что поделать… Как говорят в мире. который поставляет нам мокрозяв, лес рубят, щепки летят.
— Нужно найти другое место, — заметил мужчина в окровавленном плаще.
— Боюсь, в Элсаре таких мест уже не осталось. Да и в целом в ближайшее время Азар станет не гостиприимен, — судя по интонации, Абрахаз улыбался. — А теперь, прошу всех расходиться.