"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Она упёрлась взглядом в ближайшее каменное чудовище: оно сидело на углу крыши, ссутулившись и опираясь длинными мускулистыми руками о край, большой рот с торчащими из него клыками был приоткрыт. Казалось, ещё мгновение, как чудовище оттолкнётся крепкими ногами и прыгнет вниз. Мира прикрыла глаза, чтобы лучше сконцентрироваться и представила, что часть её жизненной энергии переходит в каменного монстра.
«Встань и покинь своё место, — мысленно приказала она. — Ты нужен здесь, на земле».
Налетевший ветер похолодил её щёки, высушил слёзы. Открыв глаза, Мира невольно вскрикнула и отступила: чудовище сидело на окне и смотрело на неё бельмами каменных глаз.
— Иди вниз, — приказала ему Мира срывающимся голосом. — Убей кукра.
Она указала на Бренна. К тому моменту кукр бросил Хадара на землю, сел сверху и месил Старшего агента кулаками. Кажется, тот был уже без сознания.
Чудовище издало короткий рык, оттолкнулось от подоконника мощными задними лапами и спрыгнуло на землю. Бросившись на кукра, оно схватило его лапами за голову и повернуло её, видимо, рассчитывая сломать ему шею. Но голова Бренна повернулась, как на шарнире. Он оставил бесчувственного Хадара и спокойно повернулся к каменному противнику. Всё с тем же безмятежным выражением кукр ударил чудовище в грудь с такой силой, что оно отлетело к соседнему дому, врезалось в стену и, пробив её, исчезло внутри.
«Одного каменного мало!» — поняла Мира.
Между тем, кукр вновь повернулся к Хадару. Тот по-прежнему не подавал признаков жизни. Его лицо больше напоминало кровавое месиво и вызвало у Миры содрогание. Она взгляделась, пытаясь увидеть, исчезло ли Проклятие с его плеча, но находилась слишком далеко, чтобы разглядеть крохотного полупрозрачного человечка.
Она нашла взглядом ещё двух каменных чудовищ и попыталась оживить их тоже. Сейчас же в голове появился нарастающий чугунный гул, в глазах потемнело. Мира поняла, что оживить сразу двоих — для неё непосильная задача. Тогда она «отпустила» одного и сосредоточилась на том, который крупнее. Чудовище повернуло голову, по-собачьи встряхнулось и лязгнуло зубами. Даже сквозь разделяющие их дома, Мира ощущала его равнодушный, мёртвый взгляд. Взгляд камня.
— Делай то, для чего рождён, — хрипло сказал она. — Убей кукра.
Чудовище сорвалось с крыши, прыгая по стенам домов и оставляя на них глубокие борозды от когтей, приблизилось к Бренну. Мира физически ощущала, как ожившие монстры вытягивают из неё силу. Они живут, пока она их «кормит». Вот только надолго ли её хватит? В изнеможении опершись на стену, она с надеждой взглянула наверх, туда, где был Гай. Он как раз примотал к седлу пленника, а сам поймал второго лося и спускался на нём, ведя лося с пленником за повод.
«Мне нужна твоя помощь! — хотелось крикнуть ей. — Надолго меня не хватит!»
Но от слабости она смогла только прошептать:
— Помоги!
В этот момент из дома вышло первое каменное чудовище. Оно присоединилось ко второму, и они вдвоём бросились на кукра. Взяв его за руки и за ноги, они начали раскачивать тело, собираясь забросить его на шпиль здания, чтобы тот пронзил кукра, как шомпол. Но кукр вывернулся и ударил чудовищ друг о друга с такой силой, что с них посыпались камни. Мира сползла по стене на пол, чувствуя себя так, словно рассыпается она. В последних проблесках сознания она нашла Гая, мысленно взмолилась:
— Помоги мне! Сделай что-нибудь!
И почувствовала, что он её услышал. Сразу стало легче, словно он взял часть её изнеможения на себя. Придерживаясь за стену, она вновь поднялась на ноги. Внизу кипел бой. Каменные монстры заломили кукру руки за спину и молотили его головой о стены домов. Летели выбитые камни, падали балконы, с протяжным стоном отваливались водосточные трубы.
Тем временем, Гай приземлился, привязал лосей к крюку, вбитому в стену дома, стоящего в отдалении. Притороченный к седлу пленник пришёл в себя и яростно скалился, глядя на драку чудовищ.
Гай отцепил от седла меч и, взяв его обеими руками, подошёл к каменным чудовищам. Мира отметила, что его походка изменилась, стала более мягкой, пружинистой, а выражение лица — хищным.
 
— Бренн! — громко сказал он и занёс меч для удара.
Кукр, которого в очередной раз отлепили от стены, повернул голову, как сова на сто восемьдесят градусов. В нём уже не осталось ничего человеческого. От ударов о стену череп был смят, кожа слезла, глазные яблоки смотрели на Гая без всякого выражения. Видимо, собрав последние силы, кукр ударил каменных монстров друг о друга так, что они рассыпались на обломки. Но и сам не удержался на ногах, упал, не отводя глаз от Гая.
— Я пришёл освободить тебя, брат, — тише сказал тот и с размаху ударил кукра мечом по шее.
Обезображенная, смятая голова откатилась в сторону. Сейчас даже сложно было понять, где у неё нос, а где рот — просто кусок белой глины.
Несмотря на то, что Мира ожидала такого конца, ей стало дурно. Закрыв лицо руками, она осела на пол и горько зарыдала. В этот момент у неё появилось совершенно необъяснимое предчувствие, что этим ударом Гай убил не только Бренна, он обезглавил их будущее, и что бы они дальше не делали, им никогда не быть вместе. Это длилось несколько мгновений, но наполнило Миру таким отчаянием, что хотелось по-звериному завыть, и бежать без оглядки, не жалея ног, пока за спиной не останется всё людсткое.
Но она не завыла и не побежала, а заставила себя спуститься по лестнице и выйти из пагоды. Ноги дрожали так, словно Мира отмотала десяток километров, к тому же, была сильная одышка. Заметив недалеко от дверей пагоды большую палку, Мира подняла её подошла к Гаю, тяжело опираясь на палку, будто старушка. Он уже опустил меч и склонился над Хадаром. Мира остановилась, почему-то не решаясь окликнуть Гая; он тоже делал вид, что не видит её, хотя не заметить, как она подошла, мог только слепой. Так они и стояли, словно разделённые прозрачнной стеной, как когда-то давно в Башне. Только на этот раз стену возвёл Гай.
Старший агент по-прежнему был без сознания, однако на его плече Мира заметила Проклятие. Оно сидело, пригорюнившись и подперев руками подбородок. При виде Проклятия Мире стало спокойнее: значит, время расплаты Старшего агента ещё не пришло, и на этот раз он выживет. Мира подумала, что нужно поскорее доставить его на ладью к Дарине, которая знала заклинания для лечения. Всё, на что хватало её умений, она уже сделала.
Краем глаза она видела тело кукра, но избегала смотреть в ту сторону.
— Нужно как можно скорее отвезти Хадара на ладью, — нарушила Мира молчание. — Там есть магиня.
Гай медленно перевёл на неё взгляд, и в его чёрных глазах Мира увидела досаду и гнев. Онавзглянула на его руку и заметила, что он до сих пор сжимает меч. Мира вдруг поняла, что Гай хочет убить Хадара и бесится, что не может себе этого позволить. Вспыхнув, она подошла к нему и осторожно коснулась его плеча, словно пробовала кончиками пальцев горячую воду.
— Его нельзя сейчас убивать, — почти ласково сказала Мира.
Лицо Гая исказила судорога. Ноздри трепетали, как у зверя.
— Он не должен поганить азарскую землю, — хрипло сказал Гай.
Мира сдержала вздох и твёрдо сказала:
— Я знаю, ты его ненавидишь. Я тоже к нему симпатии не испытываю, но что мы будем делать, если он умрёт? Слишком много на него завязано. И многие.
Гай дёрнул плечом, скинув её руку. Затем подошёл к груде камней, в которую превратилось одно из чудовищ, размахнулся и яростно рубанул по ней мечом. Камни брызнули в стороны, Мира вздрогнула от звука удара.
Тут же с той стороны, где остались лоси, раздались булькающие звуки. Мира и Гай одновременно повернулись. Пленник захлёбывался собственной кровью. Она стекала у него изо рта тёмно-красным потоком, лицо пленника исказила мука боли. Выругавшись, Гай бросился к пленнику, мечом разрубил верёвки, не заботясь о том, поранит мужчину или нет. Пленник кулём упал на землю. Гай отбросил меч, склонился на умирающим, пытаясь остановить текущую из его рта кровь, но было поздно. Пленник задрыгался в агонии и умер.