"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

А ещё я был удивлен, что султан так хорошо говорит на русском языке. Акцент, разумеется, имеется. Он сейчас говорит так, как говорил бы на моем языке турецкий студент, проучившийся пять лет в России, а потом женившийся на русской девушке. В том досье, что мне дали люди Мезинцева, говорилось, что султан владеет иностранными языками, но про русский ничего не было сказано. Забыли упомянуть? Или не знали? Но уже хорошо, что мы обойдемся без переводчика. Как там у итальянцев? Переводчики — предатели.
— Ваше величество, не будем ходить вокруг да около — я предлагаю заключить соглашение о военно-политическом союзе между Россией и Турцией, — расплылся в улыбке султан.
Вот те на…
Договор о сотрудничестве я ещё понимаю, но военно-политический союз? Идея-то неплохая. Нечто подобное уже бывало в нашей истории. В 1833 году был заключен Ункяр-Искелесийский договор. Надеюсь, правильно запомнил название? И договор подписывался в таком секрете, что ни один английский или французский шпион не пронюхал! Да и наши царедворцы пришли в недоумение. Правда, император Николай не ездил в Стамбул, за него подписывал не то министр иностранных дел, не то посланник.
Всех деталей не вспомню, знаю только, что османская армия была разгромлена в пух и прах египетскими войсками. Египет — некогда вассал империи, с удовольствием пытался отомстить своему сеньору за все прежние беды. И только высадка русского корпуса на берегу Босфора спасла Османскую империю от гибели. А ведь был резон у императора Николая Первого спасать Турцию, хотя она и являлась первым врагом России.
Вот тогда заключили военный союз между Россией и Турцией. Ох, могу представить, какой визг поднялся во Франции и в Англии! Жаль, договор продлился недолго, но этого и следовало ожидать. Восточный вопрос (так и хочется добавить — пресловутый!) волновал императора Николая Павловича больше, нежели реальные выгоды. Или внутреннее положение страны. Жаль, что противоречия между Турцией и Россией никто с повестки дня не снимал.
— Ваше величество, я весь во внимании, — хмыкнул я, стараясь держаться как можно спокойнее. — Но объясните — к чему же тогда было совершать провокации, что едва не привели нас к войне?
Омар Фарук поморщился. Наверняка ему не понравилось слово провокации, но я назвал вещи своими именами.
— Дорогая, узнай у капитана, нет ли на этом корабле кофе, — на русском языке попросил девушку султан.
Ишь, дорогая, это что любовница его? Спрашивать конечно я не стану, но интерес вызывает.
Девушка поднялась с лавки, и тут же покинула каюту.
— Мой юный друг, — начал султан, а тут уже поморщился я, и султан сразу же поправился. — Ваше величество. Я знаю, что Османскую империю называют «больным человеком Европы». У нас такое множество проблем, мы так зависим от Европы, что мне приходится делать то, к чему меня вынуждают. Между Францией и Германией идет война, а Россия поставляет зерно во Францию. Любая задержка, даже самая минимальная, может привести к недовольству французов. А я в прошлом году получил кредит от Германской империи миллиард марок, а теперь веду переговоры ещё о трех миллиардах. И что я мог сделать? Посол Германии недвусмысленно дал мне понять, что если я не перекрою проливы, то очередной транш будет задержан. Задержать транш — это задержать выплату жалованья армии, чиновникам.
Миллиард марок? И всего-то? И что, неужели у Османской империи настолько плохи дела, что от жалкого миллиарда зависит судьба войны и мира? Да и четыре миллиарда для государства — это не деньги. Нет, деньги, разумеется, но для государства не слишком чрезмерные. К тому же, марка наверняка станет падать, если уже не падает. Главное, чтобы не случилось того обвала немецкой валюты, что случился в моей истории в двадцатые годы.
— А как быть с теми армянами, которых пригнали к русско-турецкой границе? — поинтересовался я. — Среди них были старики, женщины и дети.
— А здесь, я вас уверяю, частная инициатива одного из моих воинских начальников. Он люто ненавидит армян. Поверьте — генерал уже наказан.
 
Хм… Ничто меня не кольнуло, не врет. Догадываюсь, как наказали генерала, что навлек на себя гнев султана. В Османской империи прилюдно голов не рубят, но судьба невеселая.
— Ваше величество, — поинтересовался я. — Если бы у вас имелись союзники, вы бы начали войну с Россией?
Султан замешкался. Подумав, ответил:
— Ваше величество, даже если бы и Франция и Германия объединились, а потом начали войну против вас, даже в этом случае я не стал бы развязывать войну. Что такое война с Россией — мы прекрасно помним. Россию можно покачнуть, ее можно ослабить, но победить ее никому не удавалось. Османская империя не считает, что Крымская война — это поражение России. Это лишь кратковременное отступление. Но следствием стало не ослабление России, а ослабление моей страны, при том что государства, затеявшие войну, остались в стороне.
Ишь, приятно слышать. И опять не врет. Или Турция стала мудрее, нежели в девятнадцатом веке, или султан хитрее, чем я считаю. Уж вы меня простите, но есть у меня определенный стереотип о турках, как о самой коварной нации. Впрочем, до англичан и туркам далеко. Турция, по крайней мере, не показывает вам, что делает одолжение, совершая подлость.
— А в чем же будут заключаться условия этого договора? — полюбопытствовал я.
— Прежде всего — в отказе России от претензий на проливы Босфор и Дарданеллы, отказ от военной поддержки стран Балканского полуострова, чье население состоит из славян. Разумеется — отказ от нападения на Османскую империю, отказ о предоставлении своей территории, как плацдарма для нападения на нашу империю, третьих стран. А ещё — взаимная помощь друг другу в случае нападения на любого из нас. В свою очередь — Османская империя гарантирует отказ от всех своих территориальных претензий в отношении России и она готова закрыть проливы, в том случае, если это потребуется России.
— А что вы выиграете от такого союза? У нас проливы, а у вас?
— Прежде всего то, что Германия оставит нас в покое. Ссориться с Турцией, если она в союзе с Россией, немцы не станут. К тому же, — хитро сощурился султан, — я рассчитываю, что Россия предоставит нам кредит хотя бы на два миллиарда рублей.
Ишь, хитер бобер. Кредит ему. Впрочем, что такое два миллиарда? Да я тебе за право пользоваться проливами, а уж за их закрытие по моему требованию, все пять дам, да ещё и под льготные проценты. Конечно, пять миллиардов… Нет, зачем баловать султана? Если попросит пять, так дам и пять, но просит-то два. А два миллиарда я свободно выделю даже не из государственного кармана, а из собственных средств. Если верить Титову, их у меня нынче около двадцати миллиардов. Все равно лежат мертвым грузом. А так — пусть работают и какие-нибудь проценты капают. Но кредиты — это потом, после подписания соглашения о союзе. Можно пока составить протокол о намерениях, а уж потом пусть финансисты прорабатывают детали. Кредиты — вторичны, а вот военный союз куда интереснее.
Что касаемо Балка, тут вопрос не простой. Хотя, за ту же Болгарию, Россия два раза вступалась, и оба раза они нас подводили.
Но самое забавное, что заключив договор с султаном, я ничего не теряю. Если Османская империя будет разгромлена греками ли, ещё кем-то, то на её место придет неизвестно кто. А вот этого «кого-то» станет контролировать либо Англия, либо Германия напрямую. Сейчас имеется хотя бы иллюзия суверенитета. А если я помогу Турции, то укреплю её. А не получиться ли так, что укреплю Османскую империю на свою голову? М-да, дела.
Когда-то Советская Россия пришла на помощь правительству Ататбюрка, что воевал с греками, поставив тому 39 тысяч винтовок, свыше трехсот пулеметов, снаряды и миноносцы. А ещё подкинула десять миллионов рублей золотом. Турция выстояла и укрепилась. Спрашивается, зачем это было товарищу Ленину, когда винтовки и золото позарез были нужны Советской России?
Если особо не мудрить, согласиться на предложение султана, то вырисовывается интересная ситуация. Россия и Турция заключают военный союз, предусматривающий взаимную помощь в случае нападения на одно из государств. А если на меня ополчится Европа, а Турция подставит свое плечо — будет совсем неплохо. Союзников у России нет, а они нужны, даже если имеется наши армия и флот. Но и у турков есть армия и флот. К нашим вооруженным силам их не присовокупить, но в каких-то операциях помогут. Или, по крайней мере, не обратят оружие против нас.