Прощай, Калифорния !
- Подозрительность, похоже, наша семейная черта, - кротко заметил Райдер. - Я не утаивал вещественных доказательств, а просто взял их с собой. Если их вообще можно считать доказательствами.
- Зачем же тогда ты их взял?
- А ты видел, что именно я взял?
- Да я не очень понял, что это. Какие-то закорючки, каракули.
- Стенографические записи, балда. Ты обратил внимание на покрой пиджака Яблонского?
- Это первое, на что обращает внимание любой полицейский. Ему надо бы заказать более свободный пиджак, чтобы скрыть выпирающий пистолет.
- Не пистолет, а кассетный магнитофон, на который Яблонский записывает все свои заметки и мысли, все, что придет ему в голову, когда он находится на станции.
- И что? - Джефф на мгновение задумался, а затем его лицо омрачилось досадой. - Наверное, мне лучше оставаться со своим верным двухколесным другом и выписывать квитанции нарушителям дорожного движения. По крайней мере, там не видно, что я не обладаю выдающимся интеллектом. Значит, в стенографических записях нет никакой необходимости?
- В том-то и дело.
- Тогда зачем их рвать на маленькие кусочки?
- Да-а, поневоле перестанешь верить специалистам, которые утверждают, что интеллект - качество наследуемое. - Райдер с удовлетворением затянулся сигаретой. - Думаешь, я бы женился на женщине неизобретательной, на паникерше?
- Из тех, которые при виде паука выбегают из комнаты? Ты хочешь сказать, что это какое-то послание?
- Надо думать. Знаешь кого-нибудь, разбирающегося в стенографии?
- Конечно. Мардж.
- Кто такая Мардж?
- Черт побери, папа. Это ж твоя крестница. Жена Теда.
- А-а. Ты имеешь в виду Марджори, жену своего напарника, который обожает гоняться по шоссе сломя голову? Когда вернемся домой, пригласи их к нам в гости.
- Что ты имел в виду, говоря Яблонскому, что ожидаешь своего увольнения?
- Это не мои слова, а его. Скажем так: у меня просто предчувствие, что увольнение не за горами. Мне кажется, что буквально через несколько минут мы с начальником полиции Донахью сильно разойдемся во мнениях.
Все в полиции, даже новички, хорошо знали о неприязни шефа полиции к Райдеру, которая по силе уступала только презрительному отношению сержанта к своему начальнику.
Джефф сказал:
- Он и меня терпеть не может.
- Это точно.
Райдер улыбнулся, вспомнив, как незадолго до развода с мужем миссис Донахью была оштрафована Джеффом за превышение скорости, хотя он прекрасно знал, кто она такая. Донахью сразу же вызвал Джеффа к себе и потребовал от него порвать квитанцию. Джефф отказался. Донахью мог бы предвидеть, что все произойдет именно так. Калифорнийская патрульная служба справедливо гордилась заслуженной репутацией чуть ли не единственного полицейского подразделения в штате, не затронутого коррупцией. Незадолго до этого происшествия патрульный оштрафовал самого губернатора за превышение скорости. Губернатор написал хвалебное письмо в управление полиции, но все же вынужден был заплатить штраф.
* * *
Сержант Диксон все еще сидел за столом.
- Где вы оба пропадали? - спросил он, увидев входящих Райдеров.
- Работали, - ответил Райдер. - А что?
- Шеф пытался разыскать вас в Сан-Руфино. - Он поднял телефонную трубку и сказал: - Лейтенант, здесь сержант Райдер и патрульный Райдер. Только что пришли. - Он выслушал, что ему сказали, и положил трубку. - С удовольствием провожу вас, господа.
- Кто у него?
- Майор Данн. - Майор Данн возглавлял местную службу ФБР. - А также некий доктор Дюррер из какого-то Уира.
- Не Уира, а УЭИР - Управления по энергетическим исследованиям и разработкам. Пишется большими буквами, - заметил Райдер. - Я знаю доктора Дюррера.
- И конечно, там ваш сердечный друг.
В кабинете Малера находились четыре человека. Сам Малер сидел за столом с официальным выражением лица, пытаясь таким образом скрыть, что ему не по себе. В креслах расположились доктор Дюррер, похожий на сову человек в пенсне со стеклами бутылочного цвета, которые придавали ему выражение испуганного оленя, и майор Данн, худощавый, седовласый, интеллигентный, с улыбающимися глазами, которые, наверное, видели в жизни не так уж много веселого. Начальник полиции Донахью стоял, и, хотя он не отличался высоким ростом, его массивное грушеобразное тело занимало слишком много пространства. У него были заплывшие жиром глаза, мясистые нос и губы и внушительное количество подбородков. Он с неприязнью уставился на Райдера.
- Полагаю, дело под контролем, сержант?
Райдер проигнорировал его и обратился к Малеру:
- Вы нас вызывали?
Лицо Донахью моментально налилось кровью.
- Я к вам обращаюсь, Райдер! Это я посылал за вами. Где вы, черт побери, болтались?
- Вы только что употребили слово "дело" и к тому же звонили в Сан-Руфино. Если уж мы должны отвечать на вопросы, то почему они такие глупые?
- Господи, Райдер, еще никто не разговаривал со мной...
- Прошу прощения. - Голос Данна был тихим и спокойным, но язвительным. - Я был бы весьма признателен, господа, если бы вы отложили свою перебранку на потом. Сержант Райдер и вы, патрульный, я слышал о миссис Райдер, и мне искренне жаль. Вы нашли там что-нибудь интересное?
- Нет, - ответил Райдер, а Джефф старательно отвел глаза в сторону. Да и вряд ли кому-нибудь удастся найти. Слишком чистая работа, слишком профессиональная. Никакого насилия. Единственный точно установленный факт это то, что бандиты похитили пригодное для изготовления бомбы вещество в количестве, достаточном, чтобы уничтожить половину нашего штата.
- И сколько конкретно? - поинтересовался доктор Дюррер.
- Двадцать барабанов с ураном-235, а также неизвестное количество плутония. Наверное, полный грузовик. Второй грузовик появился после того, как они захватили вспомогательный корпус.
- Ну что за беда! - уныло протянул Дюррер. - Далее неизбежно последуют угрозы.
- Вы получаете много угроз? - спросил Райдер.
- Не отвечайте ему, - вмешался Донахью. - Официально Райдер не занимается этим делом.
- Ну что за беда! - повторил Дюррер. Он снял пенсне и взглянул на Донахью глазами, в которых не было ничего совиного. - Вы, кажется, ограничиваете мое право свободно высказываться?