100 свиданий с ведьмаком (СИ)
— Это твоя пра-пра… много «пра» бабка Василиса прокляла Квартал, — ухмыльнулся Елисей, наблюдая, как осторожно Белка ступает на скользкие камни мостовой.
— Заслужили, значит, — Беляна дернула плечом.
Это в ней Хранительница заговорила. То ли еще будет. Но лучше так, чем если она начнет всех тут жалеть.
«Волшебное слово» сработало, их впустили. Внутри было шумно и весело. Столик нашелся, только когда Еся щедро отстегнул администратору. На сцене отплясывали лесные дриады. Хмурый принялся нетерпеливо расспрашивать официанта-метаморфа, подошедшего взять заказ, о программе вечера.
— Ну же, — прошипело Зеркало из холщовой сумки Зори, — доставайте меня! Что за гадость вы тут положили рядом со мной? Фу!
— Это не опасно? — поинтересовался Иза. — Показывать тебя людям.
— Ты в самом безопасном месте в Сильверграде, — хмыкнул Дух. — Но на всякий случай спрячьте меня за поставкой с меню. Вообще-то, тут мораторий на воровство, употребление транс-наркоты и разглашение всего увиденного. В стенах клуба спрятан особый артефакт. За нарушение правил — проклятие. И, кстати, именно эта волшебная штучка проверяет посетителей на входе. На вшивость. Алгоритм работы артефакта неизвестен. Однако после нескольких… хм… душераздирающих прецедентов — любит у нас народ все на себе проверять — желающих бросить вызов табу не возникало.
— Слышал я об этой штучке, — прогудел Хмурый, доставая Зеркало из сумки. — Сперли ее три года назад. У почтенных людей.
— Шиш и спер, — подтвердил Дух, — в начале воровской карьеры. Думаю, решил, что тут эта штучка нужнее. Ох, легендарный клуб! Я счастлив! Еще бы пивка хлебнуть! Вкус помню! Столько лет прошло, а я помню!
— Отличное место, — согласился Изза, с восхищением оглядываясь. — Эх, тут бы поработать! Интересно, здесь проводятся стенд-ап выступления?
За соседними столиками веселились люди и нелюди. На сцену вышел квартет тромбонисток. Хмурый подпрыгнул на месте и впился глазами в одну из девушек.
— Нашел, — хихикнула Зоря.
Дамы выдали такой горячий джаз, что гости клуба пришли в неистовство. Предмет вожделения Хмурого, зеркальная фея, явно была всеобщим фаворитом. На самых жарких моментах импровизации она приподнималась над сценой, трепеща крыльями, очень заметными в ярком освещении клуба. Наверное, только здесь она может так отрываться, подумал Еся, не боясь, что люди захотят извлечь выгоду из ее дара, как это случилось с кицуне. Ведьмак покосился на Пусю. Парень сидел, раскрыв рот и, забывшись, выпустив один хвост. Такой стиль музыки явно стал для него открытием. На кицуне посматривали, но без ажиотажа. Здесь попадались посетители и поэкзотичнее.
Когда номер закончился, дамы упорхнули со сцены.
— Пожелайте мне ни пуха ни пера, — сказал, поднимаясь, побледневший дворф.
— Ни пуха ни пера.
— К Нави.
— Мы с тобой, — улыбнулся Елисей.
Хмурый приободрился, но у гримерки артистки попросил:
— Дайте мне пару минут. Наедине… с ней.
Вышел пригорюнившийся, сердито показал жестом: дерзайте. Фея сидела перед зеркалом и пудрила курносый носик. Ноги джаз-исполнительницы в крошечных серебристых туфельках не доставали до пола. Фея отрезала:
— Поклонники? Глупости не слушаю. Автограф — только через моего импресарио. Цветы и подарки не принимаю, если это не бриллианты. На худой конец рубины и изумруды. Есть у вас рубины и изумруды?
— У нас есть кое-что другое, получше, — Еся подмигнул и полез в сумку.
Вытащил старый, почти трухлявый деревянный куб-коробку, открыл ее и продемонстрировал содержимое фее. У Зори, с любопытством заглянувшей в коробку, вытянулось лицо. Дама ахнула, прижав пухленькие руки к своей немаленькой для ее роста груди.
— Какая… прелесть! Откуда это у вас? Впрочем, какая разница? Как вы узнали? И что хотите в обмен на это чудо?
Хмурый заглянул в коробку, воспрянул духом, выдвинулся из-за спины Иззы и закивал:
— Да, да, чудо. Специально для вас… от сердца, так сказать, из личной коллекции.
— Так это ваше? А что у вас еще есть интересненького? — промурлыкала зеркальная фея, извлекая из коробки сушеную голову нормура.
Дворф был награжден кокетливым взглядом и слегка сползшим с плечика боа.
— Трудно как-то… сразу, — Хмурый впился пальцами в напомаженную бороду, делая вид, что размышляет. По его лицу было видно, что по первому требованию артистки он отдаст весь свой магазин. — Предлагаю на досуге совершить… экскурсию, осмотреть, так сказать. Подберем, доставим под заказ, если нужно.
— Разумеется, я заплачу, — спохватилась фея, любовно поглаживая жесткую шерсть на голове мумии.
— Ски…дки, — Хмурый аж поперхнулся, — лично для вас большие скидки… непременно.
— Голову зовут господин Грызля, — сообщила Белка. — Он особенно активен на полнолуние. А сейчас он немного… вялый.
— Будем знать, будем знать, — с воодушевлением пробормотала фея, изучая флегматичное лицо нормура. — Господин Грызля станет одной из жемчужин моей коллекции.
— Мне он всегда нравился, — призналась Белка.
— А что вы еще коллекционируете? — любопытная Зоря встряла в разговор, стараясь держаться подальше от мумии.
— Артефакты из миров вне Изученной Дюжины. Все то, что у нас не встретишь, необычное, странное. Я умею определять происхождение предметов, отражая их магию и отслеживая ее движение. О, у меня в коллекции есть кусочек альвийского дерева с запертым в нем духом!
Дворф, пользуясь тем, что девушки с энтузиазмом принялись обсуждать необычные артефакты, отступил к Есе и яростно зашептал:
— Предупредить сложно было? Уж я бы расстарался.
— Поэтому и не предупредил. Ты бы весь магазин притащил.
— Ворюги. Это был Пуся, да?
— Зато сработало.
— Господа, — фея вздохнула, — все это замечательно, но сдается мне, вы подозрительно хорошо осведомлены о моих пристрастиях. Разумеется, в силу особенностей данного заведения, мои секреты его не покинут. Однако хотелось бы уточнить: какой… потенциально мертвый индивид вам обо мне столько рассказал? Кстати, меня зовут госпожа Иеле. Это мой сценический псевдоним.
— Вы доставляли нам посылку, — сказал Еся. — Зеркало. Оно тут, с нами. И может подтвердить, что именно от него мы столько всего о вас и узнали.
— Ах вот как? — фея спрыгнула со стула, подошла к ведьмаку и заглянула в сумку, где, предусмотрительно помалкивая, прятался Дух. — И, полагаю, вас также интересует Шиш?
— Очень, — со всей серьезностью подтвердил Елисей.
— Увы, мне вам и сказать-то нечего, — госпожа Иеле извлекла из ящика столика курительную трубку и принялась задумчиво ее раскуривать. Вопреки еще одному неоднозначному пристрастию тромбонистки, на лице Хмурого проступило благоговейное обожание. — Все мы, кто считает клуб «На донышке» своей жизнью, почитаем Шиша. Именно благодаря ему тут мы защищены от преследований корыстных людей. Тот мальчик метаморф в зале, официант, был спасен людьми Шиша из плена оборотней, они заставляли его торговать транс-наркотой, меняя обличия. Моя коллега скрипачка, горная фея, приглянулась одному богатому магу и чуть не лишилась чести, а ведь горные дриады выбирают возлюбленного на всю жизнь. Когда мне передали просьбу Шиша, я немедленно вылетела на дело. Грех было не утереть нос стерве Морановой. Их семейство сгребло в свои жадные лапки не один десяток ценных артефактов. В записке был указан адрес. Это все. Если условием обмена была информация о Шише, боюсь…
Фея с сожалением посмотрела на Грызлю, раскрывшего глаза и прикусившего острыми зубками пуховку в пудренице.
— О нет, — сказал Еся. — Условие другое. Их два, точнее. Во-первых, сходите на сви… в магазин господина Хмурого, во-вторых, — Елисей шагнул вперед и сжал руку Белки, вопросительно на него обернувшейся, — госпожа Иеле, обвенчайте нас… меня и эту девушку… по законам Благого Двора.
Фея, усевшаяся в кресло, закашлялась.
— Вы и об этом знаете? Это ваше Зеркало и впрямь Око, жаль, что я не узнала о нем до заказа. Обязательно бы сперла для личных целей.