"Фантастика 2024-121". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
* * *Все хорошее когда-нибудь заканчивается, и обычно это случается скорее рано, чем поздно.
Корабль находился в полете около трех суток суммарно, еще два дня где-то на промежуточной базе сгружал разбитую технику и загружал взамен что-то другое, не имеющее отношения к легатам и «Игре». Целых пять дней Кирсан радовался обществу Косс днем и ее телу ночью, а на шестой его «плавание» на этом корабле подошло к концу.
Девушка простилась с ним вполне тепло и даже с некоторым сожалением, но Скай прекрасно понимал: она огорчена не собственно расставанием с ним лично, а тем, что в ее личной жизни снова намечается небольшая заминка.
Скай, Эвада, Варда и еще двое сошли с корабля на какую-то просто трындец насколько унылую планету цвета грязи, где над головой тучи цвета грязи, а вдали горы цвета грязи. Зато уровень гравитации в норме, дышать можно без маски, температура несколько прохладная, но не холодно и не жарко.
Сам космодром находится возле обширной базы, явно выглядящей как военная, массивные сферические башни с громадными спаренными пушками, глядящими в небо — самая заметная часть инфраструктуры.
— Значит, учти, — проинструктировал Ская Эвада, — тут так хорошо только днем. Ночью тут порой кислород становится жидким, так что встречать закат следует внутри.
— Интересно, а откуда тут кислород берется, если ночью все вымерзает к чертям?
— Из океана — он теплый, ночью промерзает метров на тридцать, не больше. Растения и бактерии днем поднимаются, ночью опускаются глубже. На суше только анаэробные лишайники, которым плевать на холод. Да, и еще один момент. Умственно неполноценные среди нас рождаются крайне редко и все они в специальных учреждениях, вместе с теми, кто получил необратимые повреждения мозга в результате травм и ран. Именно поэтому на многих дверях, куда тебе заходить нельзя, нет замков, только предупреждающий знак «доступ только допущенному персоналу». Если ты случайно или умышленно войдешь куда не надо — скорее всего, дать вменяемое объяснение этому не удастся ни тебе, ни мне. Сразу и без разговоров тебя на Землю не вернут, но ты сделаешь себе непоправимую пакость. Но роботы-мусоросборщики, если что, обрадуются новому механику.
— М-м-м… Понятно. А почему на таких важных дверях, за которыми что-то очень секретное, нет замков? Поставить же замки и раздать доступ и ключи так трудно?
— На самых важных стоят, — протянул идущий рядом Варда, — но это не вопрос важности. Это вопрос дисциплины. Недисциплинированность у нас — крайне серьезный недостаток. И установка замка там, где достаточно знака — пустая трата ресурсов и времени. Что рациональнее — отправить одного тебя обслуживать мусоросборщиков или ставить замки на всех базах по всей галактике, куда ты, теоретически, однажды можешь попасть?
— Да уж, логично, и возразить нечего, — сказал Кирсан и съехал с неприятной темы: — а какого калибра пушки в этой башне?
— Это не пушки, это рельсотрон. Ты видишь две рельсы, по которым подается напряжение. Калибр тут не играет роли, играет роль масса и скорость снаряда. Конкретно эти разгоняют снаряд в несколько сотен граммов до скоростей, которые позволяют поражать корабли на орбите.
База оказалась действительно военной: промежуточный военно-спасательный гарнизон быстрого реагирования и база снабжения. Какого-то ценного производства или добычи ископаемых тут не ведется. На планете есть и добывающие колонии, но не балларанцев, а рас, обитающих поблизости. Самим балларанцам возить отсюда руду или металлы нет смысла: полно более близких источников ресурсов.
Эвада объяснил, что они тут просто ждут другой корабль, на котором отправятся с периферии в центр балларанского доминиона.
Скай на время постоя получил в свое распоряжение комнату, практически аналогичную той, в которой жил на корабле, и доступ к тренировочному оборудованию, а также доступ в клуб, полностью аналогичный тому, что на корабле.
Правда, клуб оказался на порядок интересней, потому что в силу большого населения базы там порой происходили выступления всех желающих, чаще всего — музыкантов. Уже буквально на второй день пребывания Кирсану удалось послушать игру целого ансамбля из восьми инструментов. И хотя исполняемые мелодии не то чтоб сильно впечатлили его — медленные и плавные, а Кирсан предпочел бы что-то типа рока или металла — он не мог не заметить, что все участники и участницы, будучи военными, продемонстрировали невероятно хорошее исполнение на уровне профессиональных земных музыкантов. Все в такт, никакой фальши — не придраться.
На третий день утром Кирсан позавтракал в столовой и только задумался, стоит ему заняться тренировкой или прогуляться по неизведанной планете, как встретился почти нос к носу с незнакомым балларанцем неопределенного возраста, но точно постарше Эвады и Варды.
— Привет, — сказал он, — это ты Скай?
— Ага, я, привет.
— Я Ганца, местный легат. Сыграем?
— Почему бы и нет. А ты в какой лиге?
— В пятой. В самом низу.
— Ух-х… Чую, быть мне битым.
Чуйка Кирсана подвела: он знал, что шансов мало, но хлебнуть такого позора все равно никак не ожидал.
А начиналось все довольно хорошо для него: он занял удобную позицию, распределил войска на два фланга и подготовил ловушки в узких теснинах, центр — изрытое воронками и канавами поле — прикрыл дальнобойными «часовыми» на возвышенности и на корню пресек попытку противника пройти через центр, подбив несколько легких машин и пару «таранов». Стычки на флангах отыграл без потерь и без преимущества, примерно сориентировался, где противник держит свой коммодуль и предоставил ему делать ошибки: ну а что, не ломиться же ему на настолько превосходящего оппонента, наверняка очень опытного? Посидит в обороне, еще что-то отыграет в свою пользу, а потом осторожно начнет…
А потом просто бац — и фланга нет. Чисто отрезано, нет слов, причем как… Противник вот просто взял и «вставил» свою машину аккурат между машинами Ская, прервав цепочку даже без уничтожения звена, просто перегородив путь лазерного луча корпусом своего «тарана». И место узкое — нельзя сделать шаг назад и возобновить передачу. К тому моменту, как Кирсан разобрался с этой проблемой, его цепочка перестала существовать, и весь левый фланг и вроде есть, но его уже нет. И противник прет непонятно откуда, он что, телепортирует свои танки, что ли⁈ Откуда он вообще там взялся, если все поле по центру Кирсан просматривает и простреливает⁈
Попытка контратаки главными силами на коммодуль противника не удалась. Верней, удалась, только коммодуля там не оказалось, а остатки армии Ская растаяли под перекрестным огнем. Разменивался он как мог, и даже где-то в плюс местами, но в конце противник вышел на огневую позицию, где его не брали «часовые» Ская, и что толку, что цепочку с «часовыми» он сберег путем нечеловеческих усилий⁈
Самое обидное — что противник вообще не потел. Он давил массой, не считаясь с потерями, но их, потерь, было мало, потому что каждый раз при наступлении противника расклады были в его пользу по той или иной причине.
Скай вытер вспотевший лоб. Он-то думал сыграть на контроле, навязав противнику бой в нескольких местах сразу, а получилось, что оппонент его полностью прочитал и переиграл. Ну Эвада, конечно, говорил, что стать «номером один» будет нереально сложно, но теперь Кирсан наглядно понял: до сего момента его понимание «нереальной сложности» было, мягко говоря, слишком оптимистичным.
— Пассивно играешь, — сказал Ганца, когда они выбрались из кабинок, — хотя ты заранее знал, что противник сильнее. В итоге ты не воспользовался своим сильнейшим козырем и дал мне без помех все сделать так, как я хотел. А ситуации, когда отличный контроль не поможет, случаются — вот как сейчас. Пересмотри бой с моей точки зрения — особенно седьмую минуту.
— Блин, как ты вообще поле-то пересек? У тебя что, «тараны»-невидимки⁈
— По оврагу. Но ты не разведывал и не нашел вход в него на своем правом фланге, он там чуть дальше, перед тем местом, где ты думал меня в горловине принимать. А я специально дал тебе подбить несколько моих машин, отступая по полю, хотя мог бы спрятать их в канаву. Но я не спрятал — и ты сделал закономерный вывод, что мне негде было их прятать, значит, скрытного прохода через поле нет… А он был. Вообще совет: играй агрессивно, если не знаешь, что делать. Есть шанс спутать противнику планы. Это, как бы, не совсем спорт, тут имеет значение не только победа или поражение, но и счет. Если ты победил, не имея резервов, чтобы воспользоваться своей победой — то получается, что ты не победил. Не всегда бывает так, что на поле только ты и легат противника. Победа огромной ценой не всегда победа и поражение, в котором ты дорого разменялся — не всегда поражение. Эти моменты актуальны для пятой лиги, но начинай готовиться к ней уже сейчас. А еще спроси своего куратора, чтобы он дал тебе доступ к записям реальных боев в пятой лиге.