"Фантастика 2025-56". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

  
Глава 41
 
Я оставила «гадюк» и служебный телефон ТАКС в машине, а машину — на больничной парковке, вышла из клиники через запасной выход, села в вызванный «убер» и выключила телефон, с которого его вызвала. Водитель-индус высадил меня у ближайшей станции подземки, где спутниковое наблюдение, если оно велось, должно было окончательно потерять меня из вида.
  
Я надела захваченную в больнице маску (в Городе, районы которого то и дело падают в локдаун, медицинской маской никого не удивишь) совершила несколько бессистемных поездок, пересаживаясь с линии на линию и меняя направления, пока окончательно не убедилась, что «топтуны» за мной не ходят. Или что наружная слежка у ТАКС такого запредельного уровня, что мне ее и вовек не обнаружить.
Потом я еще раз сменила ветку, доехала до конечной станции и вышла из поезда. Народу на платформе было мало, основная часть людей уже успела уехать отсюда на работу. Я отсчитала третью по ходу поезда скамейку, села на нее, и, чувствуя себя полной идиоткой, выполняющей инструкции сумасшедшего бомжа, сунула руку под сиденье. Пальцы практически сразу же нащупали прикрепленный скотчем маркер. Не без труда отлепил скотч, я сунула маркер в карман (маркер оказался красным) и села в следующий поезд, идущий в сторону центра.
Еще одна пересадка, еще двадцать потраченных минут, и я снова на конечной, но уже другой линии. Я прогулялась до самого конца станции.
Это была старая ветка, построенная одной из первых, и внутренний интерьер тут не обновляли уже много лет. Стены, выложенные когда-то белой плиткой, были разрисованы граффити, и в том месте, где из тоннеля выезжал поезд, на них практически живого места не было. Найти свободное место оказалось не так уж легко, но Безумный Император заверил меня, что оно обязательно будет, и я не сдавалась, пока не обнаружила две относительно чистые плитки примерно в полутора метрах над полом.
Я оглянулась по сторонам. Здесь тоже было немноголюдно, и в мою сторону никто не смотрел. Убедив себя в этом, я таки совершила акт вандализма и нарисовала на свободных плитках красного пингвинчика. Безумный Император заверил меня, что выбор рисунка остается на мое усмотрение, главное, чтобы я сделала это правильным маркером.
По счастью, маркер возвращать на место не требовалось. Я снова села в поезд, проехала еще с десяток станций, сделала две пересадки и минут через сорок оказалась в другом районе Города. Точнее, под другим его районом.
Если за мной кто и следил, то наверняка уже махнул рукой, придя к выводу, что женщина окончательно сошла с ума и в ее хаотических перемещениях не стоит искать какого-то смысла.
В вестибюле этой станции стояли таксофоны. Три штуки. Разумеется, в век мобильных телефонов и быстрого интернета ими практически не пользовались. Даже наркоторговцы и продавцы оружия нашли более удобные и не менее надежные средства коммуникации, так что для меня было большим вопросом, почему эти архаизмы до сих пор не убрали с глаз долой.
Потому что места в сердцах они потеряли уже довольно давно.
Как и следовало ожидать, рядом с таксофонами никто не задерживался, и я прислонилась к стене неподалеку, делая вид, что листаю экран своего выключенного смартфона.
Спустя примерно час после того, как я нарисовала пингвинчика, зазвонил крайний слева аппарат. Следуя инструкции, полученной от Безумного Императора, я не брала трубку. После девятого звонка аппарат затих.
Внимания на меня все еще никто не обращал. Люди проходили мимо, и лишь изредка кто-то оборачивался на внезапно оживший артефакт из темных веков. Не выказывая, впрочем, особого удивления.
В нашем городе людей вообще достаточно сложно удивить.
Минут через пять зазвонил центральный аппарат, и тут уже я подошла ближе и сняла трубку.
— Ты кто? — спросил мужской и слегка раздраженный голос.
— Никто, — сказала я. — Я от Ланса.
— Какого еще Ланса?
— Бродяга, — сказала я. — Живет под мостом.
Так себе рекомендации, конечно, но и вручала я их не совсем обычным способом.
— А, от этого Ланса, — сказал он. — Что нужно?
— Консультация, — сказала я.
— За тобой следят?
— Сейчас — нет.
— Постарайся, чтобы так все и оставалось, — сказал он. — Поверни голову чуть правее и сними маску.
Я повернула, краем глаза пытаясь вычислить камеру, но у меня ничего не получилось. Камер тут было несколько.
— Маску, — напомнил собеседник.
Я стянула кусок тряпки на подбородок.
— Эй, а я тебя знаю. Ты — Черная Вдова.
— Не без этого.
— И ты водишься с теневиками.
— По необходимости.
— Я стараюсь держаться подальше от тех, кто водится с теневиками, — сказал он.
— Понятно, — сказала я. — До свидания. Прошу прощения за беспокойство.
— Стой, — сказал он. — Не клади трубку. Ты чего такая резкая?
— Возможно, это генетическое, — сказала я.
— Если Ланс направил тебя ко мне, значит, это кому-то нужно, — вздохнул голос на том конце провода. — В любом случае, я слишком ему обязан, чтобы просто проигнорировать его просьбу.
Я подумала, не стоит ли сказать ему, что Ланс ушел из этого мира, чтоб было честнее, но потом решила, что не буду. Дать человеку, способному внести хоть какую-то ясность в происходящий вокруг меня бред, лишний шанс уклониться от нашей беседы, было бы не слишком благоразумно.
— Ты еще там?
— А ты не видишь? — я снова нацепила маску на лицо.
— Конечно, вижу, — признался он. — Это была просто фигура речи. Запомни адрес, — он продиктовал. — Жду тебя там через сорок минут.
— Это впритык, — заметила я, прикинув маршрут.
— Ничего, я в тебя верю, — сказал он и положил трубку.
Судя по рекомендации Ланса, этот парень был экспертом, а настоящие эксперты все странные.
Я посмотрела на часы. Все эти конспиративные квесты сжирали просто кучу времени, и с учетом предстоящей встречи стало очевидно, что на свидание с Ленни я опоздаю. Ну и черт с ним, информация мне сейчас важнее, а ТАКС выдает мне ее только в части, меня касающейся, в чисто гомеопатических дозах, по чайной ложке в неделю.
И вообще, принято же считать, что если женщина опаздывает на свидание, то это нормально.
* * *
Названный моим собеседником адрес находился в таком себе районе. Про такие говорят, сегодня еще не гетто, но завтра уже возможно да. Жилье достаточно дешевое, но собственные уличные банды пока еще не завелись.
Впрочем, это всегда только вопрос времени.
Район недавно вышел из локдауна, так что людей на улице было немного, а половина маленьких магазинчиков, пекарен, кафе и парикмахерских просто не открылись после нескольких недель простоя. К сожалению, это сейчас довольно частое явление. Локдауны губительны для малого бизнеса.
Я прошла метров двести пятьдесят от станции подземки, свернула в переулок, обнаружила нужный дом и вошла в третий подъезд. Что это был за дом? Знаешь, говорят, бедненько, но чистенько? Так вот, это было не про него.
Холл был завален мусором, и мне показалось, что я видела крысу. Лифт, разумеется, не работал. Я поднялась по лестнице на четвертый этаж, то и дело переступая через пустые бутылки и битое стекло, протопала по грязному ковролину и постучала в дверь в конце полутемного, освещаемого только через небольшое окно, коридора.
— Входи, — послышалось из глубины квартиры.
Я вошла.
В прихожей было темно и пахло запустением. На вешалке из одежды висел только старый дождевик, и, судя по всему, висел он тут уже очень давно. На полочке для обуви было пусто. Я провела пальцем по зеркалу, и палец оставил полосу на слое пыли.
Здесь вряд ли кто-то жил. Скорее всего, эту квартиру использовали для вот таких вот встреч.
В гостиной стоял большой древний деревянный стол, несколько стульев из разных коллекций и эпох, и огромный сервант, дверца которого висела на одной петле. На всем лежал толстый слой пыли, наводящий на мысли об археологических раскопках. За столом сидел молодой человек.